Наталья Жильцова 
Два короля

Глория – 4

«Наталья Жильцова «Глория. Два короля»»: АСТ; Москва; 2020
ISBN 978-5-17-121808-9
Аннотация

Меня зовут Глория. Я — темный прорицатель-поисковик и с недавних пор замужем за одним из сильнейших магов королевства.
Но хотя наш брак, вычеркнувший Айронда из списка престолонаследников, выгоден врагам, на меня объявлена охота. Некто неведомый жаждет моей смерти, и в его распоряжении столь могущественная сила, что противостоять ей в одиночку не способен даже Айронд.
Что это? Очередная игра Паука и Черных Клинков или моей смерти действительно хотят те, кому я клялась в верности?
Единственный способ сохранить свою жизнь — выяснить это. И как можно быстрее…

Наталья Жильцова
ДВА КОРОЛЯ

Глава 1

И что хорошего находят люди в деревенской жизни? Тоска же смертная! Здесь настолько все одинаково и размеренно, что уже через несколько дней я поймала себя на том, что старательно вслушиваюсь в доклады управляющего. Хоть какое-то разнообразие!
Вот и сегодня утро началось с неимоверно «занимательных» новостей о надоях коров и особенностях сельской жизни.
— А еще, госпожа Глория, извольте заметить, траву на лужке самовольно покосили…
— На каком лужке? — Я изо всех сил старалась не зевнуть.
Управляющий покосился сначала на тетю Файлину, которая сидела рядом со мной, а потом перевел взгляд куда-то на мыски своих начищенных сапог.
— Ну как же… — пробормотал он. — Семежин луг, что на самой границе промеж холмов аккурат лежит. Мы еще землемера пару месяцев назад вызывали, чтоб все по закону было. Из столицы приезжал, все промерил и подтвердил официально, что луг этот ваш как есть. И нечего на него благородному Брокдорфу, соседу вашему, поглядывать. Его-то людишки, точно знаю, и устроили покос.
Я взглянула на тетю.
— Вызывали, — подтвердила она. — Наш тот луг. Я его еще хотела под две фермы разметить, да и отдать в аренду. В отдалении он, не наездишься. А людям хорошо будет. Сами в достатке, нам прибыток и безобразия прекратятся. А то не в первый раз жалуются.
— Людишки Брокдорфовы давно там покосы устраивали. — Управляющий кивнул. — Дескать, спорная это земля. А значит, кто успел, тот и съел. А как тут успеешь, коль до того луга на ситтере не доехать, мост-то не проезжий. А у них там работный барак недалеко построен. Вот и балуют, значит.
Не удержавшись, я все-таки зевнула. Но особым образом. Не размыкая губ. Да, это не просто, сразу может и не получиться. Но учеба в академии, особенно курс «Взаимоустойчивые частицы, притяжению не поддающиеся, а сообразно потокам волшебно отталкиваемые», развивает этот навык неимоверно.
— Чего это тебя перекосило так, девонька? — озабоченно спросила тетя Файлина, которой именно в этот момент приспичило отвести взгляд от управляющего. — Луг, что ль, жалко? Так не переживай! Я вон Айронду пожалуюсь, так Брокдорф этот нам не только за урон в тройном размере заплатит, еще и лично извиняться приедет.
Я с досадой фыркнула:
— Да провались этот луг вместе с Брокдорфом! У Айронда забот и так хватает, чтоб еще и с каким-то лугом к нему лезть. Он вон ночевать сюда приходит в неделю раз и меня никуда не выпускает.
Тетя легонько стукнула по столу ладонью. Айронда она уважала безмерно. В отличие от Винса, кстати.
— У мужа твоего дела не простые, а государственные! — строго сказала она. — Шутка ли, азура короля. Что ему с тобой тут бока пролеживать?
Управляющий сдавленно кашлянул.
— Если с новостями все, иди, — махнула я ему рукой. И, когда тот вышел из кабинета, вновь недовольно посмотрела на тетю. — Я и не прошу его отлеживаться. Но все же он мог бы и почаще приезжать, чем раз в неделю. Или меня отсюда уже выпустить. А то сам по всей столице заговорщиков ищет, веселится, можно сказать, а я тут взаперти сижу. Да еще и охраны полон замок!
Тетя Файлина всплеснула руками:
— Так для тебя же старается, дуреха! Забыла, что ты теперь не только Скалиор, но и де Глерн?! А это, знаешь ли, обязывает!
Я, разумеется, знала. И ворчала так, несерьезно, а больше от скуки. Потому что делать в замке было не-че-го. Вообще. Совсем.
— И Винс носа не кажет, — вздохнула я. — Всем весело, кроме меня.
В глубине души я понимала, что у Винсента есть право обижаться. Решение о свадьбе Айронд принял столь быстро, что о полноценном торжестве и речи быть не могло. Просто взял и переместил нас двоих в храм, где заставил служителя провести церемонию. Спонтанно, на ночь глядя, без свидетелей, торжеств и гостей. И без Винса. А потом еще и отмечать не захотел, мол, обстановка пока не та, и отправил меня с охраной в Астарон. Для безопасности.
Обстановка и впрямь к празднованию чего бы то ни было, даже собственной свадьбы, не располагала. Айронд после разрыва отношений со своей бабушкой леди Катриной и ругани с Рошалем, всемогущим главой Тайной стражи, был мрачен и замкнут. И я его понимала. Да, Айронд любил меня, но слишком часто ему последнее время приходилось делать выбор между долгом и чувствами. А долг — это то, чем он жил всю жизнь, поэтому сейчас моему мужу было нелегко.
Так что, несмотря на собственную радость, в решении отложить торжество до лучших времен я Айронда поддержала. Чем тоже заслужила недовольство Винса, у которого характер был куда более резкий и в то же время легкий. И ругаться, и праздновать Винс мог практически одновременно.
В общем, так или иначе, теперь я де Глерн. Вопреки желанию леди Катрины и Рошаля. Да и короля, который оказался совсем не в восторге от того, что его азура теперь не только его.
Хотя приказ об ограничении прав Айронда его величество Дабарр все-таки отменил. Пусть, наверное, и скрипел зубами, когда его подписывал. Защита азуры для Короны была слишком важна.
Тем временем, отвлекая меня от невольных воспоминаний, тетя закрыла папку с отчетами и поднялась со своего места.
— Давай вот что сделаем. После завтрака возьмем и вместе прогуляемся до того лужка, — предложила она. — Своими глазами посмотрим, что там и как. До излучины на ситтере, а дальше пешком. Заодно и голову проветришь.
— Не получится вдвоем. — Я поморщилась. — Человек пять стражников точно увяжутся. Им перед Айрондом отвечать.
— А и пусть увязываются, — весело ответила тетка, явно довольная, что я не отказалась. — Их дело — службу справлять, наше — хозяйство под надзором держать. Хорошо хоть родственнички твои в столицу отбыли. — Она усмехнулась. — Пусть и ненадолго.
— Да уж. — Я быстро кивнула и поежилась.
Несмотря на замужество, Дрюкль продолжал терзать меня стихами. Уже не пошлыми, конечно, но по-прежнему жутковатыми.
— Ладно. — Тетя направилась к двери. — Насчет завтрака я распоряжусь, а ты пока переоденься для дороги. В платье-то по кустам лазать не слишком удобно.
Еще раз кивнув, я наконец нормально зевнула и пошла готовиться к прогулке.

Много времени сборы не заняли, да и позавтракала я быстро. Есть утром не хотелось, так что обошлась лишь травяным чаем да парой пирожков. Спустя полчаса мы с тетей Файлиной вышли во внутренний двор, где нас дожидались пятеро стражников с лейтенантом Гайстормом во главе.
— Леди Глория. Госпожа Файлина, — поприветствовал нас лейтенант. — Хочу заметить, что лорд Айронд очень неодобрительно отнесется к тому, что вы покидаете замок. Даже так ненадолго. У меня совершенно четкие инструкции…
— Господин Гайсторм, — перебила я его, — если я тут начну со скуки выть, Айронду такой поворот точно не понравится. Воющая жена, поверьте, — это кошмар для любого мужчины.
Лейтенант усмехнулся и отдал честь.
— Не смею сомневаться, леди Глория. Но убедительно прошу вас хотя бы вернуться засветло.
— Не переживайте, — я улыбнулась. — Мы быстро.
Мужчина удовлетворенно кивнул.
— Наш ситтер поедет прямо за вами. Приятной прогулки, леди Глория.
Он еще раз козырнул и отошел.
Мы же с тетей направились к моему ситтеру. Да, за эти дни я наконец-то научилась нормально его водить и даже получала от процесса удовольствие. Так что сейчас, выехав за ворота замка, я довольно вздохнула и прибавила скорость.
Увы, ненадолго. Все-таки сельские предместья — это вам не мощеные улицы и проспекты Лирании. Несмотря на то что ситтер несся над землей, удерживаемый в воздухе магией транспортного кристалла, он старательно выдерживал расстояние между днищем экипажа и полотном дороги, подбрасывая нас на всех кочках и ухабах. Так что вскоре я была вынуждена замедлиться, к вящей радости тети Файлины.
Тем не менее до моста через реку мы добрались всего за полчаса. Здесь ситтеры пришлось оставить. Мост был исключительно пешеходным.
«Кстати, этот момент надо бы исправить», — сделала я себе мысленную пометку. В конце концов, дороги — немаловажная часть экономики. И во времена ситтеров пешеходные мосты должны уйти в прошлое.
Я вежливо кивнула в ответ на глубокие поклоны каких-то встречных крестьян и пошла вперед.
Тетушка держалась на шаг позади, словно понимала, что сейчас мне не хочется говорить. Ну а стражников я и вовсе не слышала. Те умели, оставаясь неподалеку, не привлекать к себе внимания.
Вокруг пели птицы. Лес, тянувшийся по обеим сторонам дороги, не задерживал легкий прохладный ветерок с оставшейся позади реки.
Однако сейчас мне было не до любования окружающими красотами. Гораздо больше волновал вопрос: сколько еще будет продолжаться мое вынужденное заточение?
После успешного подавления восстания, мастерски организованного одним из трех Пауков, прошло почти три месяца. Я знала, что в столице сейчас не слишком спокойно. Айронд во время своих нечастых визитов иногда рассказывал, что по всему королевству до сих пор раскрываются тайные общества и объединения граждан, захваченных общей идеей «Свободы, равенства и братства». Вот только каждый понимал ее по-своему.
Течения, как говорил Айронд, были самые разные. От относительно невинных граждан, желающих пересмотра налоговой политики, до отъявленных радикалов, готовых разрушить королевство до основания, чтобы потом на его руинах построить нечто величественно прекрасное. В котором, несомненно, счастливы будут абсолютно все.
И никакой конкретики. Сначала разрушим, потом построим. Виновником всех бед называли короля, барона Рошаля, который железной рукой выжимал из народных грудей «воздух свободы», министра финансов и самого Айронда. Как там? «Цепного пса режима», вот.
Да, несмотря на то что короля совсем не радовал факт женитьбы собственного азуры, отказаться прямо сейчас от службы Айронда он не мог. Азур в королевстве почти не осталось, а жизнь Дабарру была дорога. Пусть основное восстание и было подавлено, вспышки недовольства вспыхивали то там, то здесь. Так что Айронд метался между ними, яростно стараясь отыскать след, который выведет его к оставшимся двум Паукам, чьи сети по-прежнему опутывали Лиранию.
Мной же он рисковать не хотел, поэтому отправил в родовой замок Скалиоров Астарон ждать, когда все это закончится. Окружил его сеткой заклятий, нанял отдельный отряд стражников и, я точно знаю, даже просил Винса пожить здесь некоторое время.
Винс, правда, что не удивительно, наотрез отказался. И от обиды, и вообще. Он слишком любил расследования и приключения, чтобы отсиживаться в такой глуши.
Я с завистью вздохнула.
— Глория! — окликнула меня тетушка. — Мы почти на месте.
И точно. Пока я предавалась мрачным мыслям, дорога сделала очередной поворот, деревья расступились, открывая как на ладони большой Сенежин луг. А на нем…
— Нет, ты посмотри! — возмущенно воскликнула тетя Файлина. — Посмотри на этих наглецов! Траву скосили на пол луга, да все им мало! Опять покос устроили! — Обвиняющий палец тетушки был нацелен прямо на маленькую группу людей, которые, завидев нас, стали спешно подниматься с земли. Не много, восемь человек всего.
Наверное, они как раз отдыхали, так как косы лежали отдельно, у большой скирды сена.
— Пойдем, объясним им что к чему, — решила я и направилась к крестьянам.
Правда, почти сразу меня обогнала наполненная праведным гневом тетушка.
— Это кто тут самоуправство чинит?! — с ходу начала она. — Это кто тут супротив закона идет?! Вам что, указы не писаны, коль воровством промышлять удумали? А ну, арестовать их! — Тетя Файлина развернулась к стражникам и указала рукой на опешивших мужиков.
— Чего? — не понял лейтенант. — Я здесь не для того, чтобы…
Но тетушка перебила его, тихонько хихикнув:
— Всегда мечтала это сказать. — И, не дожидаясь ответа, вновь развернулась к мужикам, упирая руки в бока: — Кто тут старший? Марш ко мне!
Вперед выступил один из мужиков. Он мял в руках легкую шапку и со страхом смотрел на грозную тетушку, переводя взгляд с нее на стражников и обратно.
— Так не сами мы, ваша милость, — пробормотал он. — Приказ такой нам посланец лорда Брокдорфа господин Фандор изволил дать.
— Какой такой Фандор? — Тетя Файлина еще больше нахмурилась. — А ну…
— Это я.
Уверенный мужской голос перебил тетку на полуслове, а затем из-за скирды показался высокий мужчина, одетый в знакомую темную форму. И лицо его тоже было очень знакомым!
Я ахнула, отступив на шаг. От пронзившего страха сердце вмиг застучало как сумасшедшее.
А Черный Клинок, явно довольный произведенным эффектом, усмехнулся:
— Ну, здравствуй, Глория. Поговорим?
— Это враг! — опомнившись, крикнула я.
Рука инстинктивно потянулась к браслету с кристаллами связи. Вызвать Айронда, срочно!
Однако браслет на касание не отреагировал.
— Не надо, — заметив мое движение, Клинок улыбнулся. — Связь заглушена в пределах всего луга.
Одновременно послышался запоздало-испуганный вскрик тети Файлины и лязг выхватываемых стражей мечей.
Но Клинок тотчас рванулся к ним, словно порыв ураганного ветра. Миг — и на ногах осталась стоять только я. Лейтенант, стражники, тетя Файлина… они просто повалились на землю, будто сломанные куклы!
— Тетя! — Я в панике рванулась было к ней, но меня удержали, крепко схватив за руку.
— Твои спутники живы. Только потеряли сознание, — сообщил Клинок. — И, кстати…
Мужчина обернулся к крестьянам, но тех рядом уже не было. Лишь мелькали вдалеке удирающие фигуры.
— Вот что значит, крестьянская смекалочка, — усмехнулся он.
— Что тебе надо?
То, что тетя жива, немного успокоило, и теперь я изо всех сил старалась вернуть самоконтроль. Да, противостоять Клинку я не смогу, убежать, как крестьяне, тоже. Но убивать-то меня не собираются. По крайней мере, сейчас.
— Как я уже сказал, поговорить, — повторил мужчина. — Времени у нас немного. Скоро в замке обнаружат, что связь со стражей потеряна, и объявят общую тревогу. Разумеется, доложат и Айронду де Глерну, так что тот окажется здесь буквально через несколько минут. Поэтому говорить буду я, а ты слушай. Понятно?
Я кивнула. Слушать — это вам не оживающие дома или бьющие молниями заклятия. Слушать — это я всегда готова. Тем более что Айронд будет здесь совсем скоро. По крайней мере, я на это очень надеялась.
— Хорошо, Клинок, — сказала я со всей возможной твердостью. — Или как там тебя звать? Фандор?
— Никак не звать, — резко перебил он. — Молчать и слушать. Если хочешь жить.
Я сглотнула и быстро кивнула.
Клинок неприятно, понимающе улыбнулся.
— Да, ты совершила глупость, покинув защищенный замок. И, надеюсь, сейчас это осознала.
Я кивнула еще раз. Неужели все-таки убьет? Или использует, как очередную приманку для Айронда? Или…
— Врагов у тебя очень много, Глория. Но Черных Клинков среди них нет.
Э-э? Я растерянно кашлянула.
— Мы действительно не хотим твоей смерти, — подтвердил Фандор. — Причина тому проста: нам совершенно не нужно, чтобы наследником пьяницы Дабарра стал Айронд де Глерн. А единственное, что отделяет азуру от трона, — это ты. Пусть сам он и не стремится к власти, но если не будет тебя, а с Даббаром что-то случится, Айронд, ведомый чувством долга, словно бычок на веревке, покорно займет королевское седалище. Поэтому, несмотря на то что нас ты можешь не опасаться, есть немало иных причин сделать то, что я тебе скажу.
— Что именно? — в горле от нервного напряжения пересохло, и голос прозвучал словно несмазанная ось телеги.
— Научись защищать себя сама, — твердо произнес Клинок. — Айронд не всегда может успеть вовремя. Например, как сейчас. Ведь пожелай я тебя убить, уже сделал бы это с легкостью. В твоем замке, как нам известно, есть тайная комната, приспособленная для магических занятий. Используй ее.
А вот такого я точно не ожидала! Меня не просто хотят оставить в живых, но и к развитию магического дара подталкивают?
— Айронд говорил, что это опасно. И противозаконно, — пробормотала я растерянно. — Темная магия под запретом.
— Глупо отрицать то, что есть. — Фандор пожал плечами. — Еще глупее — отрицать свою суть. В своем нынешнем беспомощном положении ты никогда не будешь в безопасности. Враги будут преследовать жену де Глерн всегда. Так что хочешь жить, и жить, имея возможность покидать защищенную клетку очередного убежища, — умей защищаться. Твой отец дал тебе все возможности для этого. Выбор за тобой.
Клинок резко взмахнул рукой. В воздухе проявилось окно портала.
— Запомни, что я сказал!
И исчез, будто его и не было.
— Нет уж. Больше никаких прогулок, — хрипло сообщили сзади.
От неожиданности я едва не подпрыгнула на месте. Резко обернулась и увидела, как тетя Файлина, кряхтя, пытается встать.
Я тотчас бросилась к ней, помогая подняться.
— Ты в порядке?
— Руки-ноги целы. Но как минимум синяк будет. Похоже, ударилась о какой-то камень, когда упала, — сообщила та Ворчливо, но отчего-то слишком спокойно для той, на которую напал убийца. А затем неожиданно добавила: — Знаешь, насчет твоих врагов этот Фандор прав.
— Ты слышала? — удивилась я. — Значит, ты не потеряла сознания?
— На мгновение после его касания я действительно будто заснула. — Тетя Файлина поморщилась. — Но только на мгновение. А потом в голове прояснилось, и я разве что пошевелиться не могла. Лежала вот. Слушала. Разговор, конечно, получился занимательный… О какой, скажи-ка, тайной комнате он упомянул?
Я отвела взгляд в сторону, не зная, стоит ли признаваться тетке про обнаруженную лабораторию отца. Однако от необходимости ответа меня избавил еще один открывшийся портал, из которого вышел мрачный, как легион демонов, Айронд.

Глава 2

Айронд изволил пребывать в гневе. И я тоже. Только тетя Файлина изо всех сил старалась притвориться мебелью, но при этом оставлять нас одних явно не собиралась.
— Да пойми же ты, твоя помощь и заключается в том, что я точно знаю, где ты находишься! И никакая другая подмога мне не нужна! — говорил Айронд, бросая слова, как камни.
— Серьезно? — Я едко усмехнулась. — Наверное, и из Громорга сам бы выбрался?
— Винс бы помог, — буркнул он в ответ. — Рано или поздно…
— Ой, что это? Я слышу неуверенность в голосе?
Айронд сверкнул на меня глазами, но промолчал, продолжая мерить шагами комнату.
Спорили мы уже почти полчаса. Причем сначала, когда он только-только вернул нас в замок, я еще чувствовала свою вину и безропотно выслушала первую нотацию о том, как глупо подставляться. Разногласия начались, когда я передала мужу слова Фандора о том, что Черные Клинки не хотят моей смерти. А значит, я могу попробовать помочь ему и что-нибудь выяснить о наших врагах.
Айронд и слушать ничего не пожелал! Сразу же запретил всякую самодеятельность и контакты с врагом, который «мало ли что говорит». Мол, обещание оставить в живых еще ничего не значит. Навредить и живому человеку можно. Тем более такому беззащитному, как я.
Касаемо беззащитности мне было что сказать, но я понимала, что в нынешнем состоянии Айронд предложение о занятиях темной магией отметет сразу. Так что я выжидала. И продолжала обрисовывать ему все «прелести» своего нынешнего существования.
— У меня тут вообще не жизнь, а сказка! Вернее, была бы сказкой, если бы я была растением. Ну а что? Проснулась, поела, по двору походила, еще поела, снова спать. Просто чудесно! Вот скажи мне, ты когда-нибудь ненавидел часы? Особенно вот эти. — Я нервно и некультурно ткнула пальцем на здоровые, напольные часы. — Представляешь, они еще и с кукушкой! Мало того что тикают, так еще и кукуют каждые три часа.
— И что? — не понял он.
— Они. Тикают, — раздельно произнесла я. — А проблема в том, что тикают они очень медленно! И пока эта гребаная кукушка вылезет из своего гребаного домика, чтобы оповестить меня, что прошло еще три часа, я готова со скуки лезть на стену! Она еще и кукует противно!
Айронд покачал головой:
— Можешь посмотреть телекристалл, почитать…
— Кристалл посмотреть? — Я нервно рассмеялась. — Это прекрасная идея! Репортажи, новости, происшествия. Ух, и как я сама не догадалась! Это же так здорово, узнать, что жизнь не остановилась, не застыла, а идет себе своим чередом. Что-то происходит, что-то меняется. А потом орет эта гребаная кукушка, и я вспоминаю, что это у других что-то происходит и что-то меняется! Вот точно говорю, возьму молоток и разобью эту часовую древность в пыль!
Айронд перестал ходить и сел за стол, напротив меня. Пристально посмотрел в глаза и вздохнул, стараясь взять себя в руки.
— Послушай, Глория, — начал он спокойным и таким противным увещевательным тоном, — ну пойми ты, наконец, мне тоже не доставляет радости держать тебя здесь. Но потерпи еще немного. Пожалуйста. Я клянусь, что вскоре все улажу, и заберу тебя отсюда.
— В Глернгард? — грустно усмехнулась я. — То-то Катарина обрадуется.
— Не в Глернгард. — Айронд отрицательно покачал головой. — Разберусь с остатками заговорщиков, а потом купим большой дом…
— Большой не обязательно. Мне твой нравится, — перебила я его. — И по Барристану я скучаю.
На губах Айронда впервые за последний час проскользнула слабая улыбка.
— Он тоже скучает. Хотя и не показывает вида.
— Если бы он показал вид, я бы точно знала, что это не Барристан, а кто-то чужой в его теле, — ответила я, улыбнувшись в ответ.
— Так мы договорились? — Айронд поднялся и обошел стол. Наклонился надо мной и крепко обнял за плечи. — Потерпишь? Еще чуть-чуть… — прошептал он мне на ухо.
От теплого дыхания любимого мужчины по спине побежали мурашки. Но расслабляться и давать волю желаниям было нельзя. Тем более что я поймала быстрый, брошенный в мою сторону взгляд тети Файлины. Сейчас, когда начал успокаиваться Айронд, появился подходящий момент для следующего этапа уговоров.
— Ах, да… — произнесла я, словно о чем-то вспомнив. — У меня тут еще одна идея возникла.
— Все, что захочешь, — все так же щекоча мне ухо, прошептал в ответ Айронд.
— Я тут решила, что мне надо попрактиковаться в магии.
Теплое дыхание сменилось резким, прерывистым выдохом.
Отстранившись, Айронд медленно выпрямился.
— В какой магии? — спросил он ровным тоном. — В поисковой, надеюсь? Решила вспомнить, чему тебя учили?
— Нет, не в поисковой, — ответила я, тоже поднимаясь и разворачиваясь к нему лицом. — Поисковая магия меня не защитит, случись сюда явиться еще какому-нибудь Черному Клинку, который не будет настроен столь миролюбиво, как Фандор. И вместо очередного сообщения мне просто снесут голову мечом.
Айронд не спускал с меня напряженного взгляда, но молчал. Ждал продолжения.
Что ж… хорошо.
— Ты сам знаешь, к какой магии у меня есть способности, — тихо сказала я. — И я намерена вплотную заняться их развитием. Я должна уметь защитить себя.
Лицо мужа окончательно закаменело, но он по-прежнему не произнес ни слова.
Но теперь и я молчала. Все, что хотела, я сказала.
— Ку-ку! — прерывая общее молчание, сообщила кукушка из напольных часов. — Ку…
Как ужаленный, Айронд резко вскинул руку. Мгновенная вспышка, и от брошенного заклинания часы с грохотом разлетелись на куски.
Я оторопело перевела взгляд с него на стену и обратно. Там, где находились часы, теперь осталось лишь светлое пятно.
— Раритет, между прочим. Был, — тихонько произнесла со своего места тетя Файлина.
— Простите, тетушка, — взяв себя в руки, извинился Айронд. — Нервы. Я, признаться, и забыл, что вы тоже тут.
— Ну а где ж мне быть? — Тетя Файлина вздохнула. — Я теперь всегда буду вынуждена находиться рядом с Глорией. У тебя-то дела важные. Азурьи, если можно так выразиться. А я вот буду пробовать защитить свою племянницу сама. Уж как смогу. Ты только не ругайся, если у меня того… если не получится. Я ж не азура, магией не владею. Скажу вон кузнецу, чтоб скалку мне железками какими оббил, да и будет…
Айронд помрачнел.
— Ну нельзя ей темной магией заниматься! — резко сказал он. — Как вы обе не понимаете? Дикая она, сила эта. Не просто так ее запретили! Для контроля этой силы собственной воли может и не хватить. А тогда случится все что угодно. И самое неприятное в том, что в первую очередь это «что угодно» случится с самим магом.
— Ну, с Черным Клинком вроде как ничего не случилось, — пробормотала я.
— Ты не Черный Клинок! — отрезал Айронд. — Ты — Глория де Глерн. Моя жена и выпускница академии по специальности «поисковик». Не воин, не целитель, не боевой маг, а по-ис-ко-вик! — произнес он по слогам.
— А еще я Скалиор, — отметила я. — И в моих жилах течет кровь моего отца. Как ни крути.
— И Авендейл. Не забывай это, — вновь вмешалась тетя. — А мы, Авендейлы, никогда не были тихими мышками и умели за себя постоять!
— Вас так много, а я один, — парировал Айронд. — Но решение я все-таки оставлю в силе: никакой темной магии. Никакого запрещенного колдовства.
Я попыталась было возразить, но наткнулась на твердый взгляд. И как-то само собой вспомнилось, что передо мной не только муж, которого я люблю, но еще и азура, который полжизни занимался тем, что отыскивал таких вот «экспериментаторов», выносил им приговор и лично же приводил его в исполнение.
— Это понятно? — спросил он, не отводя от меня взгляда.
Я кивнула. А что еще оставалось делать?
— Ну, никакой так никакой, — сказала тетя Файлина, тоже поднимаясь. — Пойду распоряжусь насчет обеда. Ну и скалку отыщу заодно, озадачу кузнеца.
С этими словами она вышла из комнаты.
Остаться наедине было еще хуже. Айронд, мрачный, мерил шагами комнату, а я судорожно искала нейтральную тему для разговора. И не находила. Мы как-то незаметно отдалились друг от друга за это небольшое время. Айронд привычно молчал о своих делах, а мне и рассказывать было особо нечего.
— Надеюсь, ты не поверила словам этого Клинка? — наконец спросил он. — Я про то, что ты их интересуешь исключительно в качестве моей жены.
— Не знаю. — Я пожала плечами. — А что еще думать? Если бы со мной что-то хотели сделать, то, сам видишь, никакая стража им не помеха.
Айронд поморщился:
— Я обязательно разберусь с ними. Со всеми ними. А потом мы уедем в столицу и все будет как раньше. И, знаешь что, я, пожалуй, не останусь на обед. В одном ты права: добраться до тебя, как оказалось, можно и здесь. Пусть замок и защищен, но выманить тебя из него теоретически можно. Так что, пожалуй, я сделаю кое-что. Хоть и не сильно хочу.
Узнать, что именно он задумал, я не успела. В комнату вошла тетушка и сообщила, что обед готов, и Айронд тут же начал прощаться. Быстро поцеловал меня в щеку и исчез в портале.
Пронаблюдав, как угасают его искорки, я вздохнула. Что ж. Попытка договориться ожидаемо потерпела неудачу. Однако повод ли это продолжать бездействовать?
— Как-то у тебя, деточка, глазки подозрительно заблестели, — констатировала тетя. — Все-таки по-своему сделаешь?
Я кивнула:
— Выбора у меня нет, скажем прямо. Клинок все-таки прав, хватит мне за чужими спинами отсиживаться. Так что Айронд может говорить об опасности темной магии что угодно, но я все же попробую ее изучить. Хотя бы основы. В конце концов, я ее уже использовала, и не вся она настолько ужасна. Тем более закон я нарушать не собираюсь, искать буду только способы самозащиты.
— Хоть покажи мне ту комнату, — проворчала тетя Файлина. — А то живу здесь уже давненько и понятия о ней не имела. Надо же. Секретное помещение. Вроде я так хорошо все тут изучила…
— Если б ты смогла найти отцовскую рабочую лабораторию, то, думаю, и другие отыскали бы. Причем гораздо раньше, чем я тут появилась, — хмыкнула я. — Замок после смерти отца обыскивала Тайная стража. Честно говоря, я и сама наткнулась на то место во многом благодаря чистому везению. Ну и потому, что оно само меня позвало.
— Это как это? — Тетя удивленно и с некоторым беспокойством посмотрела на меня. — Само позвало? Там что, еще и живет что-то?
— Нет. — Я отрицательно качнула головой. — Точнее… не знаю, как объяснить. Увидишь.
Мы вышли из гостиной, где проходил этот разговор, и направились в другое крыло замка. По пути я вдруг подумала, что, наверное, зря поддалась уговорам Айронда и переехала из отцовской спальни в другие покои. Да, его аргументы были понятны: Айронд беспокоился, что у меня под боком находилась Виордова лаборатория с «Оком демона», которое, как он узнал, могло позвать меня, если я находилась в той спальне.
Но чем дальше, тем больше эти опасения казались мне преувеличенными. В конце концов, звало меня темное «зеркало» всего однажды, да и контроля над собой я не теряла.
А вот теперь обратно, увы, уже не вселишься: муж сразу поймет, что я задумала. Эх…
Ну и ладно! В конце концов, больше ходишь — меньше размер платья.
Несмотря на то что Северное крыло замка опять пустовало, теперь оно не выглядело заброшенным: никакой пыли, все окна сияли чистотой. И хотя отсутствие гобеленов по-прежнему бросалось в глаза, было видно, что хозяйская рука тети Файлины добралась и сюда тоже. Вот только ощущение того, что это крыло по-прежнему остается необитаемым, не проходило. И здесь вины моей тетушки не было. Невозможно сделать по-домашнему уютным место, куда даже слуги заходят с неохотой.
Миновав короткий коридор, мы невольно задержались в гостиной. Портрет отца, висевший над мраморным камином, заставил замедлить шаг, а потом и вовсе остановиться.
Парадная военная форма, темные, коротко стриженные темные волосы, острый и ощутимо холодный взгляд… Только сейчас я обратила внимание на то, что художник, рисуя Виорда Тихоходца, особое внимание уделил его глазам. Они словно существовали отдельно от портрета и, казалось, смотрели на тебя живым взглядом.
— Красивый был, надо признать. Я уж и забывать начала.
Голос тети Файлины заставил меня отвести взгляд от портрета.
Я внезапно поняла, что именно сейчас, в этом месте, у меня нет никакого желания слушать теткины воспоминания. От взгляда нарисованного отца по спине побежали мурашки, чего раньше не случалось, и я, резко передернув плечами, направилась к каменной лестнице, ведущей на второй этаж.
Поднявшись, я остановила тетю Файлину, которая уже намеревалась продолжить подъем.
— А нам разве не в обсерваторию? — удивленно спросила она. — Я думала, что…
— Третий этаж нам без надобности. Как и кабинет, — сказала я. — Тайная стража в свое время перерыла там все настолько досконально, что даже книги по безобидной астрономии прихватила. Кстати, уже который раз забываю у Айронда поинтересоваться, куда все это делось.
Миновав короткий коридор, мы остановились у нужной двери, и я, немного поколебавшись, толкнула ее плечом.
В отцовской спальне все осталось без изменений. Единственное, что тут не было пыли, каковая обнаружилась в мой первый визит. Тетя Файлина не потерпела бы подобного.
Я подошла к камину, выложенному из больших камней, и оглянулась:
— Нам сюда, тетушка.
Та приблизилась и с любопытством уточнила:
— Сюда — это куда? В камин, что ли?
— Именно.
Я кивнула, а затем привычно царапнула ладонь об острый край декоративной чугунной оградки очага и приложила ладонь к камню.
«Только тот, в ком течет наша кровь». Это я помнила.
Раздался знакомый щелчок, и открывшийся темный проем заставил тетю восхищенно охнуть.
Но восхищение быстро сменилось испугом, когда она увидела узкие металлические ступеньки, спиралью уходящие вниз. И если их правый край еще упирался в стену, то с левой стороны не было даже какого-нибудь подобия ограждения. Один неверный шаг — и падение в темноту будет коротким, но, несомненно, смертельным. Отец был верен себе даже в устройстве личного убежища.
— Держи меня за руку, — произнесла я, активируя ночное зрение. — Нам вниз.
— Да мне уже как-то и не хочется, — сообщила тетя, с сомнением вглядываясь в черноту проема, но тем не менее крепко ухватила меня за руку. А когда мы обе начали осторожный спуск и проем за нашими спинами закрылся, даже не вскрикнула. Лишь покрепче сжала мои пальцы.
— Не волнуйся, я все вижу, — ободряюще сказала я. — Просто будь аккуратна и иди точно за мной. Внизу есть светокристаллы.
— Могла бы и здесь повесить парочку, — ворчливо отозвалась тетушка.
Я пожала плечами:
— Да мне они ни к чему были. Как и отцу. А чужим тут делать нечего. Я же не думала, что кого-то сюда еще приведу. До последнего момента я вообще не собиралась больше сюда приходить.
Когда мы наконец спустились, площадка, как я и обещала, осветилась тусклым светокристаллом. Тетя Файлина облегченно выдохнула, а я нашла взглядом вплавленный в камень отпечаток ладони и приложила к нему руку.
Мгновенный укол — и смертельное проклятье ледяным холодом пробило ладонь! Но тут же где-то в глубине меня проснулся жар, кровь вскипела, нейтрализуя темное заклятье, и я выдохнула сквозь сжатые зубы. Хоть и не в первый раз сюда прихожу, но привыкнуть к такому вот «замочку» пока не в состоянии. Не будь я дочерью Виорда, смертельное проклятье такой силы оставило бы от меня только кучку пепла. Или слизи. Или того, на что хватило бы папочкиной фантазии.
Часть каменной стены бесшумно отползла в сторону, и за спиной глухо ахнула тетушка, которая наконец-то смогла разглядеть тайное логово Виорда.
— Ох ты ж, спаси нас всех Единый! — потрясенно пробормотала она, делая шаг внутрь и оглядываясь.
А я почему-то впервые ощутила гордость за отца. Когда мы здесь были с Винсом и Айрондом, такого чувства у меня не возникало.
Кристаллы давали света ровно столько, чтобы не натыкаться на предметы меблировки, оставляя тайную комнату отца в тревожном полумраке. Мне было привычно, а вот на тетю Файлину обстановка произвела неизгладимое впечатление.
Она ходила по комнате, стараясь ни к чему не прикасаться. Однако я все-равно предупредила ее:
— Будь осторожна. Тут многие предметы обладают не самыми приятными свойствами для неподготовленного человека.
Та кивнула, внимательно разглядывая тем временем большой камень из хрусталя, стоявший на одном из концов большого алхимического стола-верстака. Хотя меня, например, всегда больше интересовал расположенный по другую сторону от него темный оникс. Камень Мертвой Земли, как его иногда называли, явно был предназначен для чего-то темного и запретного. Того, что мне предстояло узнать.
— Стой! Ближе не подходи! — крикнула я, бросая взгляд в сторону тетушки, которая направилась было к большому черному зеркалу в массивной золотой раме.
От неожиданности тетя Файлина вздрогнула и замерла, а я перевела дух. Страшно было подумать, что могло произойти, затяни зеркало, которое вовсе и не зеркало на самом деле, тетку поближе.
Я решительно шагнула вперед и загородила его собой.
— Мне… мне будто послышалось что-то… — пробормотала тетушка. Она не выглядела испуганной, хотя и следовало бы. Только слегка озадаченной.
— Вот то, что тебе «послышалось», меня сюда и позвало, — сообщила я. — И, поверь, это очень опасная штука даже для темных магов.
— Верю. — Вот теперь тетя Файлина зябко передернула плечами. А потом вдруг уставилась на что-то сбоку от нас и охнула: — А там что? Рука? Настоящая?
Я обернулась и посмотрела на светильник.
— Ну да, рука. Мумифицированная и приспособленная к делу, — ответила я. — Видишь, из кончиков пальцев торчат фитили? Такой вот светильник, специальный.
Глаза у тетушки заметно округлились.
— Вот ведь гадость какая! — проворчала она. — Может, муж твой и прав, может, и не стоит тебе со всей этой темной магией связываться. Мертвая рука, поди ж ты. И в склянках тех мерзость какая-то…
— В такие дебри колдовства я забираться не собираюсь. Просто научусь управлять собственной силой и все. Найду только нужную книжечку, и пойдем отсюда, — заверила я тетю и повторила: — Ты пока постарайся ни к чему не прикасаться, а на зеркало лучше даже не смотри.
После чего подошла к массивным полкам с книгами и быстро пробежалась взглядом по истертым корешкам. Никаких практических руководств выносить отсюда я не собиралась. Специфический колдовской «запах», сопровождающий подобные тома, мог привлечь к моему замку ненужное внимание. И не только Айронда. Заниматься их изучением и практикой я намеревалась здесь.
Однако некоторая предварительная, теоретическая подготовка мне все равно требовалась. Я до сих пор помнила, как поэтично называлась, по словам Винса, Луна в моем обряде инициации — Ночное солнце. Если таких названий у темных магов много, я в практических книгах ничего не пойму.
Так что, перебрав книги, я с некоторым трудом вытащила увесистый том за авторством Миодреда Беосского. Его, насколько я помнила, сожгли при большом скоплении народа лет этак триста назад как раз за активные проповеди о превосходстве темной магии.
Безымянный труд Миодреда после беглого изучения оказался собранием лекций и размышлений о сути темного колдовства. Для начала — то, что нужно. Ну а дальше будет видно.
— Я взяла, что хотела, — сообщила я тете, которая, как оказалось, во избежание неприятностей вернулась ко входу в лабораторию. — Можем возвращаться.
— А не опасно отсюда выносить хоть что-то? — уточнила она.
Я отрицательно качнула головой:
— Конкретно эту книгу — нет. Это просто работа одного… гм… историка. Монография. Хоть и старая, конечно.
— Просто книга, говоришь… — Тетя Файлина задумчиво посмотрела на массивный том у меня в руках. — Я, конечно, не маг, и даже рядом не стояла, но ответь мне на один вопрос, племянница.
— На какой?
— Раньше было модно обтягивать обложки простых исторических книг человеческой кожей?
Тяжелый том Миодреда Беосского с глухим стуком упал на пол.

Глава 3

«…Да и не пройдет Ищущий мимо наставления моего. Наперво запомнить следует, что опасаться надобно Зверя Рыкающего, что невидим для глаз людских, но незримо присутствует за левым плечом каждого Путями Идущего. Страшен и гневлив он, да жестокостью усердной отличается. Страшись, Ищущий, и не забывай предостережение мое — Зверя того опасаться следует, да настороже пребывать все время.
Особливо страшен Зверь, когда Ищущий в Силе пребывать изволит. И бойся, коли воля твоя ослабнет, иль ошибешься ты в Ключах и Тропах! Нападет Зверь Рыкающий, ибо превыше всего жаждет он выпить душу Ищущего, и нет для него радости больше, нежели погубить чадо человеческое…»

Я со стоном захлопнула тяжелый том, устало потянулась и, заложив прочитанные страницы плетеной закладкой, дунула на свечу. Из-за опасения, что Айронд может отследить износ светокристаллов и таким образом узнать о моих ночных бдениях, я в последнее время решила их не использовать.
Читать при свете свечи было утомительно, но еще более утомительным оказалось разбирать написанное в древних книгах. Чернила со временем обесцвечивались, а сами страницы были настолько ветхими, что я боялась к ним прикоснуться лишний раз. Ну и разбирать почерк переписчиков тоже то еще удовольствие.
Причем самое обидное, что к практике за прошедшие несколько дней я так и не приступила. Нет, нужные тома я нашла. И какие! У меня аж руки дрожали, когда я с благоговением переворачивала хрусткие страницы.
Однако то, что там было написано, совершенно не походило на учебники академии! Вот как понять: «… и встав левым плечом вопреки Потоку, соедини дух свой с Третьим Ключом, да яви Образ Знака…»? Нет, это вот все как понять можно? Что за Поток, какой Третий Ключ, где взять Образ?!
Короче, мои опасения насчет специфического сленга оправдались в полной мере. А словарей или хотя бы каких-то сборников терминов найти не удалось.
Видимо, отцу были без надобности учебники для начинающих. Да и вообще, подразумевалось, что читающий подобные трактаты просто обязан знать и про Знаки, и про Ключи, и про все остальное.
Только вот я-то не знала! Поэтому приходилось теперь ночами читать все подряд, по крупицам выхватывая объяснения этих терминов из многоречия древних авторов.
Я устало зажмурилась и зевнула. Сон накатывал неудержимой волной, и не удивительно: небо за окном уже светлело. Опять просидела за книгой всю ночь! И, как ни горько было признавать, эта ночь тоже не принесла ничего нового. Какой-то Зверь рыкающий…
Открыв нижний ящик, я засунула в него тяжеленный том и встала из-за стола.
— Сейчас надо поспать, а потом я продолжу чтение, — твердо пообещала я себе и зевнула еще раз.
Упав в кровать, я моментально провалилась в сон, который показался мне очень коротким. Буквально только закрыла глаза, как рядом раздался укоризненный голос тети Файлины:
— Опять всю ночь читала?
— Мм… — недовольно промычала я, с трудом взглянув на нее.
— Я так и поняла. — Та недовольно покачала головой. — У тебя есть целый день для этого.
— День есть, а времени нет, — буркнула я и потянулась в постели. — Доброе утро, тетушка.
— Утро? — Тетя Файлина хмыкнула. — Заполдень уже, обед близится.
Охнув, я рывком выскочила из теплой постели.
— Уже одеваюсь! — на ходу бросила я тетке, направляясь в ванную комнату.
— Сделай милость, — проворчала в ответ она. — Тем более что к тебе там гость пожаловал. С утра сидит, дожидается. С лейтенантом нашим из-за пустяка сцепился, чуть дуэль в замке не устроили, безобразники!
— Это кто? — мигом насторожилась я.
— Да Винсент Глерн, кто еще? — вздохнула тетушка, направляясь к выходу из спальни. — Сидит сейчас, да вино хлещет. И не абы какое, а тридцатилетней выдержки, из подвалов. Ценитель, тоже мне!
С этими словами она вышла.
А я почувствовала, что невольно начинаю улыбаться. Винс все-таки приехал! Интересно, как это Айронд умудрился его упросить? Винсент был, конечно, отходчивым парнем, но тут просто закусил удила. Наша внезапная свадьба, на которой он не смог присутствовать, а затем еще и как следует ее отметить, его обидела. Так что теперь я изо всех сил соображала, как себя вести.
Однако все оказалось гораздо проще.
Когда я спустилась в столовую, Винсент, сидевший за столом вместе с поджавшей губы тетушкой, первым поприветствовал меня поднятым кубком:
— А чего так рано? Обед всего лишь. Чем раньше встает аристократия, тем меньше в ней аристократического. Можешь записать.
— Винс! Я так рада тебя видеть! — Я уже откровенно улыбалась, глядя на него. — Слушай, ты извини, что мы до сих пор не устроили торжество, чтобы отметить свадьбу. Айронд все еще занят…
— Да плевать, — оборвав меня, махнул Винс рукой. — Ты что, правда решила, что я обиделся? Из-за того, что не отвел душу на свадьбе брата? Не отведал вина из тайных запасов Барристана? Не посмотрел в глаза дражайшей бабушке и не обнял сочувствующе барона Рошаля? Не пустил скупую мужскую слезу во время церемонии? Ты правда так подумала?
Я несколько оторопело кивнула.
— И правильно! — Он довольно ухмыльнулся. — Это горькая и суровая неблагодарность от собственного брата. Практически удар в спину. Но я оправился от душевных ран, так что не вздумай нанести мне их снова. Не вздумаешь?
Я отрицательно замотала головой.
— Тогда прикажи немедленно подать ту бутылку Риосского, которую твоя драгоценная тетушка велела унести обратно в погреб.
— Закусывать надо, — проворчала в ответ тетя Файлина.
— Винс, любая бутылка в моем замке будет немедленно твоей, если ты расскажешь, что делал все это время, — пообещала я. — Я тебя почти три месяца не видела.
— Ты меня за кого принимаешь? — возмутился он. — За алкоголика?
Тетя Файлина тотчас старательно закивала, но Винс в этот момент смотрел на меня и этого не увидел.
— Мне просто интересно, — улыбнулась я.
— Тогда неплохо было бы все-таки пообедать, историй у меня много. А, госпожа Файлина? — Он повернулся к тетке, которая еще продолжала кивать. — Ну и прекрасно, что вы согласны. Так чего ждем?
Тетя возмущенно фыркнула, но, чему я особенно удивилась, промолчала, оставив слова Винса без комментариев. Поднявшись из-за стола, она демонстративно обратилась ко мне, старательно игнорируя улыбающегося Винсента:
— Обед велю сюда подать. У меня еще дел куча Кузнец говорил давеча, что скалку мою сделал соответствующим образом… — Тетя Файлина метнула выразительный взгляд на Винса. — Так что я пойду, пожалуй.
— Ну что ты… — начала было я.
Но Винсент перебил меня на полуслове:
— Мы прекрасно проведем время, обещаю. Спасибо за гостеприимство.
Тетка фыркнула и вышла из столовой.
— Ну вот зачем ты так? — укоряюще спросила я. — Тетя Файлина — хороший человек. Она очень добрая, хоть и строгая.
— Да знаю я, — беззаботно фыркнул Винсент. — Мне она тоже нравится. А вот я ей не очень.
— Потому что ты ведешь себя…
— Как? — Он остро взглянул на меня. — Не как де Глерн? Так я и не «де». А просто — Глерн. Последнее время, конечно, с приставкой «Шелби», но те болота у демонов на рогах и аристократические манеры все равно между собой не сочетаются. Так что если кому-то мое поведение не по вкусу, то этот кто-то может идти… идти за горизонт.
Я промолчала, решив не усложнять ситуацию и перевести разговор в более интересующее меня русло:
— Тебя Айронд попросил сюда приехать?
Винсент кивнул:
— Ага. Признаюсь, его просьба пришла весьма вовремя. Мне как раз было нечего делать.
— А все три месяца ты был прямо очень занят? — усмехнулась я.
— Вообще-то да, — ответил Винс. — Если ты не забыла, то «Центральное сыскное бюро Винсента Глерна-Шелби» работает по-прежнему, и, между прочим, несмотря на недавние события, заказов меньше не стало. Скорее наоборот.
— Всем хорошо, все при деле. Кроме меня. Сижу тут как в Громорге, — вздохнула я с завистью.
Винсент задумчиво побарабанил пальцами по столу:
— Ну, честно говоря, в последние дни занят я был не совсем клиентским заказом. Скорее это можно назвать случайным стечением обстоятельств.
Я вопросительно изогнула брови.
— Да все случайно, — махнул он рукой. — Шел по улице, думал о жизни, зашел в ломбард…
— В ломбард? — удивилась я. — У тебя кончились деньги? Винс, надо было просто сказать…
— Да при чем тут деньги! — раздраженно махнул он рукой. — Просто зашел, поняла? Случайно. А там кольцо лежит…
— Какое кольцо?
Винсент тряхнул головой, словно отгоняя от себя непрошеные мысли:
— Кольцо, которое в военной академии вручают лучшим выпускникам. Чтобы его заслужить, скажу я тебе, надо пролить столько пота и крови, что… В общем, такие кольца в ломбард не сдают, ясно? Вот я и заинтересовался.
Тем временем в столовую вошли слуги и начали быстро накрывать на стол. Винсент довольно потер руки в предвкушении, отвлекаясь на свиную рульку, запеченную с травами, острым перцем и сыром, так что я переспросила:
— Так что там, с кольцом-то?
Винсент лишь усмехнулся, разрезая ножом свиную рульку.
— С кольцом все хорошо. Вернулось к владельцу. Ну а я попутно вскрыл целую воровскую гильдию и получил весьма солидную награду. Так вот все удачно сложилось.
Он хмыкнул и, запихнув кусок мяса в рот, принялся аппетитно жевать.
— Ну а до этого? — не отставала я.
— А до этого пришлось поучаствовать в небольшой… небольшой охоте, — не отвлекаясь от еды, принялся рассказывать тот. — И близко познакомиться с отдаленными областями Лиранийского королевства. Вот скажи, ты когда-нибудь бывала в Комбайре? Или в Фолессе? Про Тихогору не спрашиваю — сам не знал, что такая дыра существует на свете.
Повспоминав курс академической географии, я с сомнением предположила:
— Это же на западе где-то? Фолесс вроде бы где-то там.
Винс утвердительно кивнул:
— И Комбайр тоже. Делать там, казалось, абсолютно нечего. Но я ошибался. На окраинах, бывает, такие страсти кипят, что нашим лощеным столичным обитателям и не снилось.
— А что за охота? На кого охотились-то?
— На меня, — невозмутимо ответил Винс и резко сменил тему, начав вспоминать о замечательном винном погребе Айронда, к которому его так старался не допустить верный Барристан.
Я поняла, что об этом случае Винс и сам не особо хочет вспоминать, поэтому не стала настаивать. Мало ли? Зачем настроение другу портить. Тем более интересных историй у него и без того хватало, так что обед впервые за эти несколько месяцев оказался не скучным.
А потом мы поднялись в кабинет, и Винс, по-хозяйски развалившись в кресле, сказал:
— Будь добра, распорядись, чтоб мне в замке место выделили. Обрисовывая проблемы с твоей безопасностью, Айронд был очень убедителен. Так что я пока поживу тут. Заодно и с лейтенантом надобно одно дело закончить…
— Гайсторма не трогать! — твердо сказала я. — Он меня охраняет, между прочим.
— И ты думаешь, ему не скучно? — парировал Винс. — Поверь, маленькая дуэль только развлечет и его, и меня. Тем более что мы — выпускники одной академии и весьма щепетильно относимся к собственной чести.
— Да что случилось-то? — не выдержала я. — Чего вы не поделили?
Винс задумчиво почесал переносицу:
— Скажем так, мы не сошлись во мнении по поводу умственных способностей друг друга.
Я только вздохнула, но повторила со всей твердостью:
— Никаких дуэлей у меня в замке!
— А если твои родственники вернутся? Давно хотел пообщаться с лордом Дрюклем.
— И его не трогай, — ответила я, сама удивляясь своему милосердию. — Он, в общем-то, совершенно безобидный человек. Стихи вон пишет…
Винсент радостно хлопнул в ладоши:
— Вот и устроим с ним поэтическую дуэль! Давно не брал я в руки… гм… давно не брал я в руки лиру, вот.
Я только покачала головой. Винсент был неисправим.
— А теперь расскажи-ка мне поподробнее обо всем, что произошло, — внезапно посерьезнев, потребовал он. — Я должен знать ситуацию со всех сторон. А не только со слов брата.
— А что он сказал? — полюбопытствовала я.
— А что может сказать Айронд? — пожал Винс плечами. — Что ты в опасности, а он, как всегда, занят. И вообще, что без меня тут все развалится.
— Прямо так и сказал? — не поверила я.
— Ну, примерно так, — отмахнулся Винсент. — Во всяком случае, такой был смысловой посыл. Так что давай рассказывай.
И я рассказала, начав со злополучного луга лорда Брокдорфа. Причем от Винса решила ничего не скрывать, включая и свои собственные изыскания. Зная его характер, я была практически уверена, что тот, в отличие от Айронда, меня поддержит.
Так и оказалось. Пугать последствиями Винс меня даже и не подумал. Наоборот, одобрительно кивнул:
— Правильно. Уметь защищаться тебе нужно. Как, кстати, тренировки продвигаются? Получается уже что-нибудь?
— Если честно, не очень. — Я разочарованно вздохнула. — Понимаешь, у меня нет базы. Я просто не могу разобраться, чего от меня хотят. И написано так, что глаза болеть начинают, а мозг вскипает, и термины! Я больше половины не понимаю!
Винсент задумался на несколько мгновений, а потом сказал:
— Знаешь, что такое академическая наука?
Я отрицательно покачала головой, решив не поражать его своими способностями к логическим рассуждениям. Все равно Винс наверняка имеет в виду что-то свое.
И тот, оправдывая мои ожидания, назидательно сообщил:
— Академическая наука — это когда за твое любопытство платит государство. Но в твоем случае все наоборот. За знания надо платить. Тем более за те знания, к которым ты стремишься. Каждая неудача — это опыт. Поэтому мой тебе совет: хватит пытаться понять, с чего начать. Пробуй. Просто возьми и начни пробовать. Только потихоньку, не спеша. Поди не с огнивом играешь.
— Чего пробовать-то? — недоуменно уточнила я. — Вставать к какому-то Потоку левым плечом?
— Ага, — подтвердил Винс. — Вот сегодня вечером и попробуем, если ты не против. Раз стену не перелезть, надо ее проломить. Тем более что в некотором смысле таран у тебя уже есть.
Я удивленно посмотрела на него:
— Это какой же?
— Кровь, — напомнил он. — Кровь, Лори, — очень большая сила. И память, которая хранится в крови. Тебе надо лишь попробовать разбудить ее. И она сама подскажет, что такое Потоки и Ключи. Ну и про Зверя рыкающего, глядишь, узнаем. Согласна?
— Разумеется, и еще как! — Я быстро кивнула.
Винсент улыбнулся и решительно встал с кресла.
— Ну вот и ладно. Тогда до вечера, а я пойду прогуляюсь, пожалуй. После обеда самое дело — пройтись.
Я только открыла рот, чтобы предложить составить компанию, как он поднял руку:
— Один. Мне надо осмотреться и оценить защиту замка.
После чего вышел.
Что ж…
Конечно, ждать вечера не хотелось. После слов Винса все внутри зудело, требуя приступить к тренировкам как можно раньше. Но без него начинать не было смысла, так что я сдержалась. Вместо этого позвала слуг и распорядилась насчет комнаты для Винсента, уточнив, что подготовить ее следует недалеко от моих покоев. Это «недалеко» и так, учитывая традицию соблюдать приличия, оказалось в параллельном коридоре.
А потом вернулась к себе, уселась поудобнее и, вновь достав тяжелый том, погрузилась в чтение.

Винсент, как и обещал, вернулся только вечером. Правда, сразу после ужина в лабораторию мы не пошли. Сначала Винс отправился инспектировать свои покои, а осмотрев их, затеял перестановку. Точнее, приказал переставить кровать к противоположной от окна стене, а большой одежный шкаф, наоборот, придвинуть к нему поближе.
Наблюдая за тем, как слуги с кряхтением выполняют его приказ, я недоуменно спросила:
— Твое чувство прекрасного не позволяет спать у окна? Боишься, что будет поддувать?
Винс отрицательно покачал головой и, подойдя к окну, поманил меня пальцем.
— Если кто-то особенно прыткий попробует ко мне влезть, у меня будет шанс увидеть его раньше и действовать соответственно. Пока кровать стояла рядом с окном, такой возможности не было.
— Ты про Черных Клинков? — уточнила я. — Так Фандор же прямо сказал, что мне опасность не грозит. И в это я верю — возможность убить меня у него и так была.
Винсент лишь хмыкнул, всем своим видом демонстрируя, как он относится к обещаниям Клинков. После чего указал на небольшую башенку, стоявшую во дворе. Насколько я знала, она использовалась в качестве склада зерна и еще чего-то.
— Передвинув кровать, я, хоть и обезопасил себя от внезапного вторжения через окно, получил другую проблему. Теперь она и, соответственно, спящий я видны вон с той башни и представляем собой прекрасную мишень. Например, для арбалетчика. Поэтому, чтобы перекрыть возможному врагу обзор, пришлось переместить шкаф.
— А-а. — Я понимающе кивнула.
— И да, кое-что еще… Прикажи принести сюда четыре бокала из стекла потоньше, — попросил Винс.
— Мы кого-то ждем в гости? — осведомилась я, отдавая слугам соответствующий приказ.
— Не совсем, — заинтриговал он, но объяснять ничего не стал, лишь пообещав: — Скоро сама все увидишь.
Так что я молча смотрела, как, получив желаемое, Винсент жестом отправил слуг прочь и, дождавшись, пока за ними закроется дверь, подошел к камину. А затем ахнула, когда он бросил бокалы прямо в золу и как следует вдарил по ним воздушным кулаком! Раз, другой, третий! Беззвучные вспышки буквально в мгновение ока превратили дорогой хрусталь в кучу мелких осколков!
— Зачем, Винс? — пробормотала я растерянно.
— Не думаю, что это остановит того, кто решит влезть ко мне через дымоход, но хруст стекла под ногами я точно расслышу сквозь любой сон, — взяв кочергу, пояснил он и аккуратно перемешал стекло с золой.
Я мысленно поежилась. Никогда не видела, чтобы Винсент так себя вел Всегда было наоборот: он смеялся над опасностями и с пренебрежением относился к угрозам. Сейчас же… неужели и впрямь все настолько плохо?
— Надо было тебя поближе разместить, — задумчиво сказала я. — И плевать на этикет. Может, мне тоже стекла в камин насыпать?
Винс фыркнул:
— Не стоит. Ты спишь так, что тебя не только хруст стекла, тебя даже твоя тетка не сразу разбудит. Да и вообще, скажу тебе по секрету, все эти предосторожности не только из-за того, что произошло с тобой. Я в последнее время тоже стал, несколько… гм… популярен. И меня это не радует.
Я непонимающе посмотрела на него.
— Ты, кажется, забыла одну неприятную вещь. — Винс криво улыбнулся. — После того, как Айронд женился на тебе, темном маге, в случае смерти Дабарра первым претендентом на престол оказываюсь я. А это многих весьма нервирует. И то, что я в гробу видел этот трон, никого не интересует. Со мной даже бабуля уже помириться трижды пыталась, так что сама понимаешь, насколько ситуация серьезна.
Ох ты ж! Я чуть не хлопнула себя ладонью по лбу. Точно! Только о себе и думаю, а ведь Винс-то тоже теперь немаленькое звено в лиранийской политике. И то, что он за обедом упомянул об охоте на себя, вдвойне подтверждает возможную опасность.
Наверное, что-то отразилось на моем лице, так как Винсент ободряюще похлопал меня по плечу:
— Не переживай. Со всеми разберемся. В конце концов, мы с тобой Громорг штурмом брали, кому еще такое придет в голову?

Поужинав и пожелав тете Файлине, которая предпочитала ложиться рано и столь же рано вставать, доброго сна, мы отправились в северное крыло замка.
Пока шли по пустым, едва освещенным коридорам, на меня внезапно напало какое-то странное чувство. Нет, не страх, хотя по коже побежали мурашки. Просто… ощущение чего-то надвигающегося. Такого, с чем раньше я не сталкивалась. Хотя, может, дело было в безмолвии, которое нарушалось лишь звуком наших шагов.
Только когда мы приблизились к покоям отца, тишину нарушил вопрос Винса:
— Я гляжу, что тут так и не живет никто? Чувствуется запустение, даже несмотря на уборку.
— Ну, отец был не самым добродушным из людей, вот и не возникает ни у кого желания здесь бывать почаще. Кроме меня, естественно. — Я пожала плечами.
Винс понаблюдал, как я открываю тайный проход в камине, и проворчал:
— А если надо будет сюда ходить чаще? Не раз в день, а несколько раз в час, допустим. Никакой крови не напасешься. Да и вообще, каждый раз царапать ладонь, чтоб открыть проход, — то еще удовольствие.
Я обернулась к нему:
— Слушай, что случилось? Ты сам на себя не похож. Ворчишь, гуляешь в одиночестве, ссоры с охраной затеваешь. Мне тут слуги сказали, что ты с быком игру в гляделки устроил. Напугал животное.
— Он, между прочим, меня на рога поднять хотел!
— А зачем ты к нему в загон полез?
— Сдался мне его загон, — буркнул Винсент. — Мне надо было крышу коровника осмотреть. Это называется «рекогносцировка».
— И как?
— Оттуда не нападут, — уверенно ответил он. — Уж больно крыша хлипкая. Кстати, вы б ее отремонтировали, а то не выдержит зимой — и капец вашему быку.
Я покачала головой, но промолчала и первой начала спускаться. Винсент последовал за мной. Как и в прошлый раз, темнота и крутой спуск его совершенно не беспокоили.
Открыв дверь в лабораторию и дождавшись, когда часть стены отъедет в сторону, а светокристаллы разгонят мрак, я прошла внутрь и уточнила:
— И что теперь?
Винс деловито огляделся и, махнув рукой в дальний угол помещения, сообщил:
— Первым делом надо освободить место для занятий. Все, что там есть, надо будет распихать по углам. Эх, маловата лаборатория. Жаль, что нельзя практиковаться наверху.
— Айронд моментально почувствует, — согласилась я. — Ладно, давай начнем вон с того шкафа. Сначала вытащим все эти книги, а потом попробуем передвинуть его подальше.
Винсент кивнул, и мы принялись за работу.
В шкафу, кстати, оказались не только книги, а еще какие-то пузырьки, связки сушеной травы, камни, несколько кристаллов и целый набор ножей самого устрашающего вида.
Следовало все это достать и аккуратно расставить у противоположной стены, что, учитывая размеры лаборатории, было не так-то и просто сделать.
Сам шкаф с кряхтением передвинул Винсент.
— Вот кто такую мебель делает? — пыхтя, негодовал он, толкая массивный шкаф. — Где врожденное чувство прекрасного мастера-краснодеревщика? Чтоб досочки тоненькие, отшлифованные, даже, возможно, узорчатые… Так нет! Уж если доска, так в палец толщиной! Если дверь, так в полтора. Зачем ему, скажи на милость, сюда чугунный замок врезать? Он что, никогда о мебельных запорах не слышал?! Таким замком можно ворота крепости запирать, а не шкаф со всяким барахлом!
Когда шкаф наконец был передвинут, а Винс, присев за стол, переводил дух, я спросила:
— Не маловато места получилось? Три на три шага всего…
— А ты что, бегать собралась? — ответил он. — Я тут метелку видел у входа. Надо подмести там хорошенько, а потом будем защиту ставить.
В общем, вскоре угол в отцовской лаборатории был окончательно приведен в задуманный вид. Это была чистая небольшая площадка, с расставленными тут и там маленькими светокристаллами. Большой защитный круг, который Винсент самолично соорудил, должен был оградить окружающих от результатов моих будущих занятий, а круг поменьше, в самом центре площадки, был предназначен уже для меня, защищая от внешних воздействий.
Усиливающие защиту знаки вырисовывала я сама, не доверив столь тонкую работу Винсу.
Наконец все было готово.
Довольные своей работой мы перевели дух, и Винс решил, что можно начинать.
— С чего? — Я с азартом потерла руки.
Он слегка нахмурился, размышляя, а потом сказал:
— Давай-ка сначала попробуем кое-что вспомнить. Точнее, кого-то. Баронессу Валенсию де Грильон. Печальна и незавидна была судьбы этой статс-дамы…
Я вздрогнула. Перед глазами тотчас встал момент, когда баронесса превратилась в жуткое чудовище с костяными руками-пилами.
— Ты тогда что-то сделала при помощи кулона, помнишь?
— Я просто отразила что-то… что-то непонятное, — отрицательно качнула я головой. — Вы с Айронд ом остановили ее, а защита Кориниума довершила остальное.
Винс довольно усмехнулся:
— Было дело, ага. Так вот, сейчас я создам иллюзию, которая воссоздаст ту самую ситуацию. Только не будет ни меня, ни Айронда. А вот баронесса де Грильон появится. И она, поверь мне, будет очень зла.
— Подожди, подожди! — замахала я руками. — Ты уверен, что я справлюсь?
— Не уверен, — спокойно ответил Винс. — Но, как говорил наш сержант в учебном корпусе Академии… — Он прикрыл глаза и процитировал: — «Попадете вы, бараны, в плен, и вас до смерти пытать будут. Не потому, что вы смелые, а потому, что ничего не знаете!»
Я невольно фыркнула.
— Вот чтоб такой ситуации не возникло, мы и будем заниматься, — наставительно продолжил Винсент. — И я, кстати, допускаю, что с первого раза может и не получиться.
— И что тогда?
— Тогда она тебя убьет, — пожал, он плечами с самым невинным видом. — И даже несмотря на то, что это будет лишь иллюзия, ощущения тебе весьма не понравятся. Кстати, убежать тоже не получится, можешь и не пытаться.
— Почему? — возмутилась я. — Если это будет полная иллюзия…
— Потому что блаженны бегущие, ибо они добегаются, — отрезал он. — Твоя цель — научиться сражаться и защищаться, а не бегать. Давай становись в круг, я замкну контур.
Я послушно прошла на указанное место, успокаивая дыхание и пытаясь сосредоточиться. Круги тотчас тускло вспыхнули. Сейчас их должна накрыть иллюзия… вот прямо сейчас…
Но почему-то ничего не происходило. Не выдержав, я обернулась:
— Винс, иллюзия не работает? Что проис…
Винсента сзади не было. На его месте стояла баронесса Валенсия де Грильон и, улыбаясь, смотрела на меня.
— Здравствуй, Глория, — произнесла она вкрадчиво. — Кажется, нам надо завершить одно маленькое дельце.

Глава 4

Судорожно сглотнув, я бросила взгляд на пол. Кругов, насыпанных Винсом, не было. Невольно подумалось, что для человека, который не слишком жалует магию, его иллюзия вышла на редкость правдоподобной. Даже очень. Да провалиться мне на месте, я слышу шуршание ее одежды и чувствую запах духов! Фиалковых…
А баронесса тем временем с интересом огляделась.
— Где это мы, кстати?
Вместо ответа я выставила вперед руки в защитном жесте. Если Винс решил, что предварительно разговаривающая иллюзия на меня подействует лучше, то он просчитался.
— Ты сегодня необычайно молчалива, Глория. — Валенсия де Грильон укоризненно качнула головой. — Не то что тогда, у Габриэллы.
Она вновь улыбнулась. Слегка так, едва заметно. Потом шире. Потом еще шире. А когда ее губы разъехались, без преувеличения от уха до уха, обнажая сероватые десны и мелкие игольчатые зубы, я заорала, бросая в нее заклинание.
Это было хорошее заклинание. И хотя Айронд не слишком долго тренировал его со мной, даже он в конце концов признал, что при определенном везении время я себе для последующего бегства определенно выиграю.
Воздушный кулак ударил баронессу, отшвыривая ее к стене, где она с приятным грохотом врезалась в массивный деревянный стеллаж. Хрустнули полки, опрокидывая на Валенсию де Грильон банки, склянки и какой-то металлический инструментарий.
— Ха! — Я сделала осторожный шаг вперед и вновь подняла руки.
Голова немного закружилась, но путем экспериментов мы с Айрондом выяснили, что меня вполне хватит на четыре таких удара. Беда только в том, что если после первого и второго я смогу удрать, то после третьего лишь не спеша уйти, желательно за что-нибудь держась. А вот после четвертого удара мне даже уползти будет тяжело.
— Боевая магия — не твоя стихия, Глория, — объяснял тогда Айронд. — Ты неплохой поисковик, а это совсем другое. Если сапожника поставить к кузнечной наковальне, то под чутким руководством мастера рано или поздно он сможет изготовить какой-нибудь ножик. Так и с тобой. Возможно все, но только до первого кованого и закаленного меча могут уйти годы тренировок.
— Но ты-то и боевой магией владеешь, и поисковой, и Создатель знает какой еще, — попыталась возразить я.
— Ты права, — согласился он. — У меня нет специализации как таковой. Наверное, поэтому я и азура, так?
Сухой кашель вернул меня в реальность. Баронесса завозилась в груде обломков, пытаясь подняться.
— Подожди, — услышала я ее голос. — Странные понятия о гостеприимстве…
— Улыбаться так, чтоб пугать меня до икоты — тоже не самое лучшее поведение для гостя, — нервно парировала я.
Валенсия де Грильон медленно поднялась. Двигалась она резкими, какими-то спазматическими короткими движениями. Больше всего это походило на движения деревянной куклы на ниточках, которой управляет неловкий кукольник. Руки, ноги, само тело — все дергалось так, будто не человек передо мной, а какое-то насекомое. И когда баронесса наконец выпрямилась, уставилась на меня уже с неприкрытой злобой.
Платье на ней затрещало и сначала из плеч, а потом и по всей длине рук полезли знакомые костяные шипы. Совсем как тогда!
Меня прошиб холодный пот.
— Иди сюда, девочка, — прошипела изменившаяся баронесса. — Я хочу…
Договорить она не успела. Мой второй удар, теперь направленный слегка по касательной, поднял ее в воздух и швырнул в темный верхний угол лаборатории. Откуда она и должна была упасть на каменный пол бесформенной, как я надеялась, массой ткани и шипов.
Но не упала!
А когда я подняла глаза, то почувствовала, как слабеют ноги, а голова кружится все сильнее, причем не только от усталости, но и от страха. Потому что баронесса была там, под самым потолком! Растопырив руки-ноги, словно паук, она крепко цеплялась костяными шипами за неровности каменной кладки и падать совершенно не собиралась, прожигая меня горящим ненавистью взглядом.
— Это была не я! Вас сожгла магия Кориниума! — пропищала я и, не выдержав, бросилась к выходу из лаборатории.
Поскользнувшись на какой-то разлитой жидкости, едва не упала. В панике обернулась, успев заметить, как то, что когда-то было баронессой, ловко спустилось по стене совершенно паучьим образом, и завизжала:
— Винс, гад ты такой!!! Вырубай свою иллюзию к эбонитовым ежикам!!!
После чего ускорила ход.
Проклятое головокружение подвело: меня шатнуло и, вместо того чтобы выскочить в проход, я с силой впечаталась в стену левее него, крепко приложившись лбом. Перед глазами вспыхнули искры, но я, еще толком не проморгавшись, уже неслась по витой лестнице вверх, молясь про себя, чтобы не споткнуться и не свалиться с нее вниз.
Звуки, раздававшиеся за спиной, подсказывали, что баронесса де Грильон твердо решила преследовать меня до конца Ее костяные шипы с неприятным звуком скреблись о камень, и когда я на мгновение обернулась, то увидела, что та, игнорируя лестницу, по паучьи карабкается прямо по вертикальной стене.
Сил на то, чтобы снова завизжать, не оставалось, так что я, сжав зубы, просто продолжила подъем, решив пока повременить с еще одной попыткой атаковать баронессу. Если и она окончится неудачей, то я даже убежать не смогу.
Рука чудища едва не сцапала меня у самого выхода наверху. Но я рванулась вперед, оставляя на костяных шипах обрывки своего платья, и выскочила наружу. И первой, с чем познакомилась баронесса, появившись в проеме тайного входа, оказалась тяжелая кованная кочерга, которой я, как следует размахнувшись, ударила ее прямо в изменившееся лицо!
На камни камина брызнула кровь. Светокристаллы почему-то не загорелись, и спальня отца освещалась лишь огромной полной луной, висевшей необычайно низко. В ее свете кровь казалась черной.
Я напряженно застыла с поднятой вновь кочергой, надеясь услышать звук свалившегося с немалой высоты тела. Но из темного проема не донеслось ничего, будто баронесса после удара просто растворилась в воздухе.
Тишина. Ни звука, ни шороха. Потихонечку, нерешительно, стараясь ступать как можно осторожнее, я сделала полшажочка вперед…
И заорала от неожиданности, когда во тьме прохода зажглись два желтых глаза, а неестественно длинная, со множеством сочленений, уже совершенно нечеловеческая рука, выметнувшись из темноты, выбила из моей руки кочергу!
Оставшись без оружия, я отпрыгнула назад, путаясь в разорванном подоле платья, и, чтобы не упасть, ухватилась за край тяжелого стола. А из тайного хода появилась баронесса Тело ее теперь казалось совсем маленьким по сравнению с вытянувшимися руками и ногами. Нос на лице исчез полностью, оставив вместо себя лишь пару маленьких дырочек, глаза стали гораздо больше и ярко горели желтым, а рот стал просто гигантским, растянувшись от уха до уха.
Она рассерженно шипела и, медленно приближаясь, не сводила с меня взгляда, от которого я слабела еще сильнее.
— Ну зачем надо все усложнять? — проскрежетала она. Человеческая речь изменившейся до неузнаваемости баронессе давалась с трудом.
— Кто бы мне сказал… — пробормотала я в ответ, чувствуя, как паника заполняет меня полностью. И если до этого момента я успокаивала себя тем, что все происходящее лишь иллюзия, созданная Винсентом, то сейчас… Сейчас мне стало по-настоящему страшно.
От всплеска адреналина кровь вскипела. Страх жгучей волной собрался в правой ладони, и рука сама собой взметнулась вверх. Миг — и в баронессу ударила тонкая фиолетовая молния!
Среагировать та не успела. Молния угодила баронессе в плечо, начисто отсекая левую шипастую руку-пилу и отшвырнув де Грильон к стене.
Стараясь не потерять этого странного ощущения «игристости» в крови, я медленно выпрямилась. Вытянула правую руку вперед, краем сознания отметив появившийся на коже темный узор, словно вены наполнились чернилами. И когда баронесса подскочила, шипя и клацая зубами-иглами, фиолетовая молния ударила снова.
Но на этот раз чудовище было настороже и успело увернуться. Молния пробила стену рядом с камином, оставляя за собой истекающий раскаленными слезами камень.
Длинным прыжком баронесса бросилась на меня, взмахивая оставшейся рукой-пилой. Защищаясь, инстинктивно я развернулась к ней правым плечом и выставила вперед согнутую руку.
Фиолетово-серебристая полусфера, возникшая в воздухе, прикрыла меня словно щитом. Она была почти прозрачной, лишь марево воздуха дрожало перед глазами, искажая перспективу. Удар, яркая вспышка — и де Грильон, воя от боли, отскочила назад! Костяные шипы на ее руке оплавились и почернели, хотя я никакого жара от щита не ощущала.
Время будто замедлилось. Теперь баронесса двигалась, словно в толще воды, а я старательно прислушивалась к своим ощущениям. «Игристость» крови никуда не делась. Наоборот, она усилилась, и лопающиеся внутри меня «пузырьки» дарили ощущение силы. Сила потоком проходила сквозь меня, и я, повинуясь необычным ощущениям, слегка повернулась. Это оказалось настолько просто и естественно, что я невольно засмеялась. Темная магия наполняла каждую клеточку моего тела, она дарила ощущение могущества и…
Баронесса вновь кинулась на меня в безнадежной попытке добраться. Усмехнувшись, я убрала щит и ударила по ней сорвавшимися с пальцев молниями. Чудовище не успело даже завизжать. Его просто разметало на мелкие кровавые ошметки, которые с влажным чавканьем разлетелись по всей комнате.
Я медленно опустила руки и огляделась.
— Ох, и задаст мне тетушка Файлина…
Спальня отца сейчас больше всего напоминала мясобойню. Но странная «игристость» в крови не дала мне времени для обдумывания случившегося. Вместо этого мне до безумия хотелось вновь испытать силу, которая сейчас полностью подчинялась. Я вскинула руки и радостно засмеялась, глядя, как новые молнии оставляют огромные борозды на стенах.
Кровь во мне бурлила все сильнее. Наполненные чернилами вены на руках вздулись, и я, всего лишь пожелав, поднялась над полом и зависла в воздухе. Вся усталость пропала. Наоборот, во мне кипело нечто могучее и древнее. Нечто, отзывающееся низкой, грозной вибрацией из самой глубины моей души и требующее… чего?
Внезапно перед глазами все поплыло, горящая комната вокруг стала нечеткой. Нет! Кто смеет бросать вызов моему могуществу?!
Я с рычанием развернулась в воздухе, пытаясь отыскать невидимого врага и испепелить его своими молниями. Но никого не было, а все вокруг с каждым мигом становилось более размытым. Как будто я смотрела сквозь выступившие на глазах слезы. Воздух вокруг словно потемнел…
— Глория! Глория, очнись!
И все кончилось. Резко, в один момент, словно кто-то взял и выключил светокристалл.
Я медленно открыла глаза Винсент, стоявший в нескольких шагах поодаль, с тревогой вновь и вновь звал меня по имени.
Вот только… почему я смотрю на него сверху вниз и вижу макушку?
И, едва сообразив, что зависла в воздухе, я тут же рухнула на каменный пол с высоты примерно в половину моего роста.
Какого демона?!
Я медленно села, застонав от боли в ушибленном при падении бедре.
— Глория! Ты как? — Винс тотчас подскочил ко мне, помогая подняться.
— Паршиво, — выдохнула я. — Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя больное воображение?
Винс с видимым облегчением засмеялся и тут же подтащил меня к стулу. На который я и опустилась с заметным облегчением.
— Знаешь, я всегда считала, что в вашей семье весь магический талант забрал Айронд, — сказала я. — Пожалуй, я переменю свое мнение. В искусстве иллюзии лучше тебя я никого не видела. Только почему ты все это время скрывал свои умения? Помнится, для маскировки мы даже ходили к кому-то.
Винс недоумевающе посмотрел на меня:
— Издеваешься? Мои способности к иллюзиям весьма посредственны. Конечно, и такой, не сильно реалистичной, должно было хватить для тренировки, но…
— Не сильно реалистичной?! — округлила я глаза. — Ты это… это  называешь не сильно реалистичной иллюзией?!
— Ну да. — Меня вновь наградили недоуменным взглядом. — Говорю же, не моя это стихия.
Я покачала головой:
— Тогда, кажется, мне надо тебе кое-что рассказать. Когда ты активировал иллюзию и исчез, а появившаяся вместо тебя Валенсия де Грильон сказала…
— Она еще и говорила?! — Винс аж отпрянул. — Я такого точно создать не мог! Но, кажется, я знаю, кому это оказалось под силу…
— Кому? — Я невольно оглянулась по сторонам.
— Тебе, — нервно пояснил он. — Я внес небольшое изменение в простенькое заклинание. Твой разум должен сам добавить подробности иллюзии. Так что, как ты там выразилась? У кого больное воображение?
Я выдохнула сквозь сжатые зубы. К такому меня не готовили. Это что ж такое у меня в голове творится, что я такие кошмары себе напридумывала?
— Не томи уже, — поторопил меня Винс. — Скоро утро, нам надо уходить отсюда, а я еще не слышал всю историю.
Я немного помолчала, стараясь осмыслить услышанное, а потом начала рассказывать. И о бое в лаборатории, и о побеге, и о кочерге…
— Ты ударила ее кочергой? — восхитился Винс, перебивая меня. — С размаху?
— Ага. Только это совсем не помогло. — Я поморщилась.
Он с некоторой опаской покачал головой:
— М-да, Глория, фантазия у тебя… Но давай продолжай.
И я продолжила. А когда закончила рассказ, Винсент задумчиво прошелся по лаборатории и, чуть помедлив, резюмировал:
— Занятно. В реальности ты такой сильной магии не проявила. Я заметил лишь несколько искорок на твоих пальцах, и если бы ты потом не взмыла в воздух с отсутствующим взглядом, подумал бы, что ничего вообще не…
— Искорки?! — возмущенно перебила его я. — Как это — искорки? Я же камень плавила!
— В иллюзии, — напомнил Винс. — А тут твоих сил хватило только на это.
— Да как так-то? — Я сердито куснула губу. — Раньше я, между прочим, молниями и в реальности швырялась! Пару раз точно! Да, это было спонтанно, но было!
— Я знаю и помню, — заверил Винс. — Поэтому сейчас попробуй вспомнить то чувство, которое ты испытала в иллюзии. И постарайся вызвать его в себе вновь, уже в реальности.
Винс быстро подошел к шкафу, который в моей иллюзии баронесса сломала своим падением, и достал оттуда большой увесистый том. Затем переместился к выходу из лаборатории, выдергивая из рубашки нагрудный шнурок. Немного повозился и отошел в сторону.
Теперь толстенный книжный том раскачивался в воздухе, подвешенный к наддверной балке.
Винс указал на книгу и потребовал:
— Вот. Давай, вмажь по ней своей молнией.
Что ж…
Я вытянула правую руку в сторону висящей книги и постаралась сосредоточиться, чтобы вызвать те, «иллюзорные» ощущения. Пузырьки в моей крови… Грозный, бурлящий поток силы, наполняющий всю меня… Вены, наполненные чернильной кровью и узоры на коже… покалывание на кончиках пальцев… вот оно! Ну же! Сейчас!
Раздался тихий, отчетливый треск и… с пальцев сорвались несколько маленьких фиолетовых огоньков.
Э-э?
Я растерянно наблюдала, как они провисели в воздухе пару секунд и упали на пол, потухнув. И это все? Все, на что я способна, если не боюсь до одури?!
— Да как так-то?
— Ну… не получилось с первого раза Бывает, — констатировал Винс. — Ничего. Потренируешься еще, и получится. На то мы тут и сидим. Главное, направление ты уже уловила.
— Угу.
Н-да. Кажется, надежде быстро овладеть собственной силой сбыться не суждено. А так хотелось…
Я разочарованно вздохнула и встряхнула рукой, готовясь ко второму раунду «поджигания» книги. Однако Винс руку перехватил и предложил:
— Знаешь, давай оставим до завтра. Мы тут и так уже почти до утра провозились. Отдохнешь, выспишься как следует, а завтра, бодрая, соберешься с силами, мыслями, и продолжим.
Спорить я не стала. Сейчас, когда адреналин от сражения с баронессой Валенсией де Грильон окончательно спал, усталость и впрямь разливалась по организму все сильнее. Поэтому, кивнув, я двинулась на выход из лаборатории.
Никуда моя сила от меня не денется. Выучусь.

Глава 5

И я училась. Мы с Винсом продолжили тренировки, приходя в лабораторию отца каждую ночь, оставаясь там до утра и отсыпаясь до полудня. Тетя Файлина даже перестала присылать к нам слуг с завтраками и молчала, когда мы спускались лишь к обеду.
За десять дней Айронд появился лишь раз, мельком отметил мой слегка осунувшийся вид и снова умчался по каким-то своим, естественно, важным делам. Но сейчас я была этому даже рада. Несмотря на то что мужа видеть очень хотелось, будь он рядом, заниматься бы я не смогла. А тренировки были нужны как воздух!
У меня уже вполне получались молнии. Я научилась, пусть и не сразу, вызывать то «игристое» чувство в крови и с азартом испепеляла всякие ненужные предметы, которые мы с Винсом днем собирали по всему замку.
Сложность оставалась только одна. Мне было трудно остановиться, и занятия по самоконтролю, на которых настоял Винс, превращались в настоящую пытку. Он устанавливал передо мной три цели и требовал первую испепелить, во второй проделать дыру, а третью просто сбить на пол. И это было очень трудно. Трудно не разметать в пыль сразу все три.
Путем экспериментов мы выяснили, что бросаться молниями я могу довольно долго, прежде чем начну выдыхаться, а вот с магическим щитом все оказалось гораздо труднее.
Нет, он послушно создавался и отбивал все, что швырял в меня Винс, — от камней до заклинаний, но силы выпивал изрядно. Путем проб и ошибок я выяснила, что если не встречать летящий булыжник напрямую, а отклонять его щитом в сторону, то становится гораздо легче. И все равно хватало меня очень ненадолго. Пара минут активированного щита — и я жадно пила воду, стараясь сделать так, чтобы трясущиеся от напряжения колени не были слишком заметны.
— Когда враг будет трусливо наступать, какое-то время ты продержишься, — прокомментировал как-то Винс. — Думаю, что две минуты для неофита — это очень неплохой результат.
— А почему враг наступать будет именно трусливо? — спросила я.
— А как еще? — пожал он плечами. — Враг всегда наступает трусливо, атакует коварно, отступает беспорядочно. Иначе и быть не может.
И резко, без предупреждения метнул в меня подсвечник. Так что, едва успев его отбить, во время занятий я решила больше ничего не спрашивать. Чтобы не отвлекаться.
Левитация мне удалась на десятую ночь. Уже под утро я смогла слегка подняться над полом, но тут же рухнула вниз совершенно без сил, так что Винсу пришлось на руках тащить меня в мои покои. А на следующий день, когда я, пошатываясь, спустилась в столовую, тетя Файлина не выдержала.
— Знаете, что я вам скажу, молодые люди, — произнесла она, бросив на меня неодобрительный взгляд. — Я, конечно, не против ваших ночных бдений, но прошу, сделайте перерыв. Глория, на тебе просто лица нет. Айронд, когда был в последний раз, имел со мной очень неприятную беседу. Если он увидит тебя в таком вот виде еще раз, то обязательно заинтересуется происходящим. А я так понимаю, вам этого совсем не надо.
Так что в этот день мы с Винсом решили как следует отдохнуть. В моем случае отдыхом было лежание на кровати с книжкой, в его — игра в кости со стражниками к вящему неудовольствию лейтенанта Гайсторма.
С книгой я и заснула, а наутро чувствовала себя гораздо бодрей, решив в кои-то веки даже спуститься к завтраку. А пока одевалась, горничная сообщила, что их светлость Винсент Глерн так же поднялись и уже с полчаса как изволят находиться в коридоре практически у меня за дверью. При этом девушка прикладывала значительные усилия, чтобы сдержать улыбку, однако на вопрос, что произошло, неумело соврала, будто ничего не знает.
— Ладно, не знаешь так не знаешь, — проворчала я и, снедаемая любопытством, вышла в коридор.
Винсент и впрямь с самым невинным видом прохаживался недалеко. Завидев меня, он ухмыльнулся и полюбопытствовал:
— Выспалась?
— Еще как, — заверила я и оглянулась. — А что здесь происходит?
В коридоре было непривычно многолюдно. Кроме горничной, которая вышла следом за мной, сразу четверо слуг тщательно намывали окна. Еще один старательно протирал раму у какой-то картины на стене, а девушка из поварих почему-то мела пол в коридоре поодаль. Двое мужчин, один из которых был кузнец, с самым заинтересованным видом рассматривали кладку в стене, отодвинув гобелен и кидая на меня странные взгляды.
И стражники. Такое ощущение, что они все собрались здесь, рассредоточившись по всему коридору. Кто-то начищал бляху ремня, некоторые разговаривали между собой, а кто-то просто посвистывал, прогуливаясь туда-обратно.
— Не поняла… — вновь произнесла я. — У нас что, собрание какое-то?
Винс быстро подошел ко мне и взял под руку:
— Ну что ты? Какое собрание? Видишь, люди заняты… А нам завтракать пора. Идем давай.
Все еще ничего не понимая, я позволила потянуть себя в сторону столовой. И тут в ставшем столь многолюдном коридоре вдруг образовалась тишина. Полная и абсолютная.
А с дальнего конца, вывернув из-за угла, прямо к нам направлялся лейтенант Гайсторм с самым серьезным и озабоченным видом. Лейтенант вышагивал четко, держал спину прямой, а взгляд гордым, будто находился на плацу в военной академии. Он старательно делал отмашку правой рукой. Он печатал шаг. При этом лицо Гайсторма пылало таким румянцем, что, казалось, светился сам воздух вокруг него.
И было от чего! Вся одежда лейтенанта состояла лишь из простыни, навернутой на манер тоги и поддерживаемой поясом с мечом, да начищенных сапог, а в волосах торчали разноцветные перья.
Я почувствовала, как мой рот сам собой открылся, а глаза округлились и отказываются моргать. Рядом хихикнул Винс.
А лейтенант, подойдя к нам, замер в нескольких шагах и твердо сообщил:
— Кукареку!
— Чего? — вмиг осипшим голосом переспросила я, всерьез начиная предполагать, что от переутомления словила очередную внеплановую иллюзию.
— Кукареку, леди Глория, — вновь сказал Гайсторм, глядя поверх моей головы. — Изволите пойти завтракать?
— Эм… да…
— А я вот уже, знаете ли, поклевал зернышек.
По коридору грохнул такой хохот, что я вздрогнула. Хохотали все — слуги, стражники, Винс так вообще согнулся в поясе.
— Не поняла… — пробормотала я, окончательно растерявшись.
— Кукареку. Я изволил проиграть в кости желание лорду Винсенту, леди Глория, — ответил лейтенант.
Я ошалело посмотрела на Винса;
— Так это твоя идея?!
Тот, всхлипывая от смеха, смог только кивнуть. Ну это надо же! Вот знала, что он любит подшутить, но чтобы так!
— Ты ненормальный, — тихо сообщила я Винсу и вновь повернулась к несчастному Гайсторму. — Идите к себе лейтенант. Вы, я так полагаю, выполнили желание?
— Кукареку. Никак нет, леди Глория, — отрапортовал он. — Весь этот день каждая моя фраза должна начинаться с голоса этой звонкой птицы.
— А если сегодня появится Айронд…
Винс уже откровенно возрыдал, держась за живот.
— Кукареку. Полагаю, для него происходящее станет сюрпризом. Каковым это уже стало для вашей тетушки, — сообщил лейтенант.
Застонав, я махнула рукой Гайсторму, разрешая удалиться.
— Нет, ну какой же ты гад, Винс! — выдохнула я, глядя лейтенанту вслед.
И, не сдержавшись, все-таки фыркнула. Хотя лейтенанта и было жаль, выглядел он и впрямь нелепо.
— Ты сама запретила устраивать с ним дуэль, — отозвался Винсент весело. — Но какой-же вояка устоит против игры в кости?
— Кукареку! А ну расходитесь! Что вам тут, цирк?! — донесся издалека голос лейтенанта, и мы расхохотались уже вместе.
А когда внезапно в сердце что-то кольнуло, я лишь постаралась вдохнуть поглубже, думая, что это от смеха. Но тут кольнуло сильнее. Ладони вспотели, а спина покрылась мурашками. Что это со мной?
— Винс… — я повернулась к нему и опешила.
Винсент стоял напряженный и готовый к бою, хотя вокруг все было тихо.
— Что происходит, Винс? — Паника во мне нарастала. Внезапно перед глазами все поплыло, и я попробовала сделать шаг в сторону, чтобы опереться спиной о стену. И не смогла.
Ступни словно приросли к камням пола. Я бросила взгляд вниз и вскрикнула от ужаса. Камень словно размягчился и мои ноги уже начали погружаться в него!
— Винс! — заорала я, вырываясь из каменной ловушки… чтобы вляпаться в нее снова.
— Бегом! — закричал он, дергая меня за руку. — В лабораторию!
Воздух вокруг нас стал стремительно нагреваться. Жар уже чувствовался всей кожей.
Мы помчались вперед, хотя это было очень сложно. Ноги уходили прямо в камень и выдирать их становилось все труднее и труднее.
К счастью, за пределами коридора пол вновь обрел нормальность.
— Винс, надо найти тетю! — крикнула я, вырывая руку.
Он кивнул:
— Я займусь! Ты беги в лабораторию, она под защитным куполом!
— Да что происходит?!
— Нападение! — коротко бросил Винс и кинулся в сторону столовой, на ходу поднося к губам кристалл связи на запястье. — Айронд! Айронд, колдун ты недоделанный! Где ты?! Нас атакуют!
Воздух обжигал так, что становилось больно дышать. Осознав, что времени у меня мало, я припустила в северное крыло со всех ног. Где же Айронд?! Его сторожевые заклятия должны уже просто надрываться, подавая сигналы тревоги!
Рядом взорвались светокристаллы, и меня только чудом не зацепило осколками. Картины в рамах вспыхивали ярким пламенем, гобелены дымились, собираясь последовать их примеру. Коридоры заволокло дымом, и к покоям отца я добежала, почти ослепнув от рези в глазах и слез.
Кашляя, я, стараясь хоть что-нибудь разглядеть, бросилась к камину, а потом и в тайный ход. Обернувшись, увидела, как загорается кровать.
Как же Винс доберется сюда? Да еще и с пожилой тетушкой? Я на мгновение бросила взгляд вниз, куда вела витая лестница, и решительно направилась обратно к выходу. Быстро оторвала рукав и замотала им лицо. Пусть и сухая ткань, но хоть немного помочь от дыма она должна была. По крайней мере я на это надеялась.
Спальня отца уже пылала. Я попробовала пройти к входной двери и почувствовала, как раскаленный камень пола обжигает ноги даже через обувь.
Со звоном лопнули окна, и ворвавшийся воздух заставил огонь взвихриться с утроенной силой, а волна жара погнала меня обратно. Из-за дыма вокруг я абсолютно потеряла направление и судорожно зашарила вокруг руками, нащупывая стену.
Так, камин и ступеньки нашла. Теперь вниз. Вслепую это было сделать не слишком просто, но я справилась. К тому же, как ни странно, у самого входа в лабораторию было намного прохладней, да и дым сюда по какой-то причине не проникал, словно натыкаясь на невидимое препятствие.
Открыв дверь, я заскочила внутрь и тут же согнулась от острого приступа кашля.
Замок дрожал. Я ощущала это всем телом. Дрожали стены, пол под ногами ощутимо вибрировал. Даже сюда, в глубокое подземелье, доносился грохот и треск сверху.
Вытирая глаза, я подскочила ко входу и только сейчас сообразила, что светокристаллы не работают. Активировав ночное зрение, посмотрела наверх, но клубящийся дым не позволял ничего увидеть.
— Винс! — закричала я в слабой надежде. — Я внизу! Винс!
Никакого ответа. И где-то в глубине души я была готова к этому. Если весь замок сейчас напоминает отцовскую спальню, пылая и буквально превращаясь в лаву на глазах, то…
— Винсент!
Из глаз потекли злые слезы. Я попробовала было снова подняться, но тут же отказалась от этой идеи. Пробиться через огонь, который заставлял плавиться даже камень, и сквозь разъедающий глаза и не позволяющий дышать чад у меня шансов не было.
Очередной грохот наверху. Всхлипывая, я отступила в лабораторию, решив не закрывать вход до последнего. Может, Винс успел выскочить из замка? А как же тетушка? Я прикусила губу, стараясь справиться с отчаянием. Не знаю, что так задержало Айронда, но он наверняка уже близко!
И отшатнулась, едва не упав, когда в проходе вырос темный силуэт в дымящейся одежде. Я пригляделась, усиливая заклинание ночного зрения.
— Винс?
Вопрос прозвучал глупо. Я прекрасно видела, что Винсентом этот человек быть не может. Он выше и гораздо шире в плечах… В одном плече. На другом у него висело тело, которое гость удерживал рукой.
— Твой друг совсем дурной, — раздался мрачный, но спокойный голос. — Я его из пекла выдернул, а он с кулаками кидается. Пришлось успокоить.
А вот голос я узнала и тотчас отступила еще на шаг.
— Фандор?! Что ты…
Клинок скользнул в лабораторию и, быстро оглядевшись, подошел к столу. Смахнул одним движением на пол какие-то книги и склянки и, поднатужившись, свалил на него безвольное тело.
— Винсент! — тут же подбежала и я. — Что с ним?
— Живой он, что с ним станется, — пожал плечами Клинок. — Хорошо, что ему помешал дым, а то наша встреча затянулась бы. И вполне могло случиться так, что я не успел бы притащить его сюда.
— Он искал тетушку… — Я взяла руку Винса и вгляделась в его лицо.
Оно было покрыто сажей, под правым глазом наливался здоровенный такой синяк, бровь была рассечена, а под носом засохла кровь.
— Сочувствую, — сказал Клинок, впрочем, совершенно равнодушно. — Надо надеяться, что твоя бойкая родственница смогла спастись самостоятельно.
Над головой громыхнуло так, что пол под нами заходил ходуном. С потолка посыпалась какая-то пыль, а через проход потекли первые, робкие струйки дыма.
— Заклинание, охраняющее лабораторию, достаточно мощное, чтобы защитить нас как от пожара, так и от обрушения всего замка, — отметил Фандор. — Но тут прямая атака, и что-то мне подсказывает, что даже такая защита может не устоять. И я очень надеюсь, что ты сейчас скажешь, что знаешь, где отсюда еще какой-нибудь выход.
Закусив губу, я отрицательно покачала головой.
— Ясно. Значит все будет гораздо сложнее, чем я думал, — произнес он и оглянулся.
— Как ты здесь оказался? — спросила я.
— Тебе же было сказано, что твоя смерть нам совсем не нужна, — напомнил он. — Заклинание, направленное на замок, настолько мощное, что его отголоски мы услышали еще в процессе формирования. Я был недалеко и решил попробовать спасти тебя. Как видишь, не пришлось. Зато спас другого.
— Кто хочет убить меня? — прошептала я и сама ответила на собственный вопрос. — Вообще-то много кто. Уверена, Айронд уже близко.
Клинок сделал несколько шагов по лаборатории, разглядывая стены и пол. Воздух вокруг становился все теплее.
— Лаборатория закрыта от внешнего прогляда, так что на твоем месте я бы не слишком рассчитывал на то, что азура отыщет тебя быстро. Да и вообще, сейчас он даже к замку подойти не сможет, там такие искажения, что своим-то ходом сложно подойти, не то что портал открыть.
— Искажения? Так вот почему он до сих пор не пришел! — осознала я.
— Угу. В общем, у нас мало времени, — резюмировал Фандор. — Защитная магия Виорда пока справляется, но надолго ли ее хватит? Этому огню все равно, что жрать — книги или камень. Помоги мне перетащить твоего приятеля вот сюда. — Он указал рукой на расчищенное нами место для занятий. — Попробуем спастись.
Я решила пока повременить с вопросами. Уже горячий воздух и потрескивающие стены убили мое любопытство в зародыше. Вдвоем мы перетащили Винса и уложили на пол. Клинок уселся рядом с ним, скрестив ноги.
— Садись по другую сторону, — велел он. — Попробую поддержать заклинание твоего отца и вплести в него несколько укрепляющих жил.
Я послушно уселась и предложила:
— Я могу попробовать помочь. Могу подпитать тебя силой или… — Говорить или нет? — Или прикрыть нас всех щитом. Думаю, что на несколько минут меня хватит, — польстила я самой себе. Если на нас обрушится потолок, то хватит меня на несколько мгновений.
— Благодарю, — тем не менее кивнул в ответ Фандор. — Буду иметь в виду. А теперь не отвлекай меня. И… на всякий случай будь готова.
Он выпрямил спину и закрыл глаза. Медленно поднял к груди руки, сложив ладони в молитвенном жесте. А потом сплел пальцы столь хитрым образом, что я вытаращила глаза.
— Аг-Нуум… — Его голос звучал так низко, что у меня заложило уши.
Пальцы расплелись и вновь сплелись в другую фигуру.
— Аг-Нааш…
По коже от жутковатого чувства побежали мурашки.
Новая фигура из пальцев и глубокий голос-выдох:
— Ир-Дааш…
Клинок, не открывая глаз и не расплетая пальцев, поднял руки на уровень лица.
— Ир-Нуум!
Воздух вокруг нас троих замерцал бледно-жемчужным светом, образовывая купол. Он становился все больше, устремляясь к стенам и потолку, а затем словно впитался в камни, на мгновение высветив все жилки и трещины. И когда стены лаборатории на глазах начали наливаться багровым жаром, мы остались в прохладе.
Внезапный страшный вой ударил по ушам так, что я заорала в ответ, зажав их ладонями. Бросила взгляд на неподвижно сидевшего с закрытыми глазами Клинка и увидела, как у него из носа медленно потекла кровь. Но Фандор не шевелился, недвижимо удерживая фигуру из пальцев перед лицом.
Снова вой, который, казалось, готов был вывернуть меня наружу. Отчаянный и полный боли, он буквально физически заполнил собой всю лабораторию.
А потом раздался взрыв! И Око Демона, темное зеркало-артефакт, перестало существовать, разлетевшись на тысячи осколков. Тотчас исчез и вой.
Я осторожно опустила руки.
Стены вокруг тряслись, с потолка что-то сыпалось. Огромный книжный шкаф рухнул на пол.
Такое ощущение, что весь замок решил сложиться именно на лабораторию. Видно было, что Клинку приходится очень несладко. Кровь теперь текла не только из его носа, но и из уголков закрытых глаз. Дыхание с хрипом выходило из приоткрытого рта, а руки начали мелко дрожать. И вслед за его дрожью тревожно заскрипел раскаленный камень стен.
— Фандор, я помогу! — крикнула я, надеясь, что он услышит меня в возникшем грохоте, и открыла канал силы, стараясь поделиться с ним.
В академии мы делали нечто подобное. Это называлось «магическая перцепция совмещенных потоков», когда несколько магов объединяются в цепь для усиления заклинания.
Клинок услышал, и я ощутила, как он жадно приник к открытому мной источнику. Судя по всему, держался Фандор уже из последних сил, поддерживая защитное заклинание лаборатории и не давая ему лопнуть.
И тут я увидела, как лежащий Винс медленно открыл глаза. Затуманенным взором он посмотрел сначала на меня, а потом перевел взгляд на неподвижно сидевшего Фандора.
Глаза прищурились, губы сжались в бледную линию.
— Винс, нет!!! — закричала я.
Он ударил прямо из лежачего положения, но мой вопль остановил сжатый кулак на волосок от подбородка Фандора. Правда, тот даже не шелохнулся, полностью поглощенный магической работой.
— Что происходит? — хрипло спросил Винс, пытаясь подняться, но ответить ему я не могла. Клинок черпал мою силу все сильнее, вливая ее в общий поток, и я почувствовала, как начинает кружиться голова. Предупреждая об опасности истощения, тяжело запульсировал кулон на шее.
Однако в тот же миг внешняя стена, которая находилась в паре шагов от нас, вздрогнула и треснула в каменной судороге. А потом потолок затрещал в последней попытке удержать обрушившийся, судя по всему, замок.
Отдав последние крохи силы, я ощутила, что теряю сознание. Последнее, что я увидела, прежде чем ночное зрение отключилось, это заваливающийся на спину Клинок, который выбрасывает вверх обе руки и активирует очередное заклятие.

Глава 6

Мне казалось, что я тону, медленно погружаясь в илистый омут. Кожу стянуло чем-то прохладным и липким, а воздух с трудом проходил через сжатое спазмом горло. Попытка открыть глаза ничего не дала, словно веки были чем-то склеены. В ушах стоял ровный, глухой шум, заставляющий до хруста сжать зубы.
— …сейчас… еще чуть-чуть…
Я изо всех сил рванулась на далекий голос. И тут же едва не захлебнулась неизвестно чем.
— Я бы на твоем месте поторопился, — другой голос звучал тревожно и нетерпеливо. — Если потолок не выдержит…
Раздавался этот голос уже гораздо ближе, и я поняла, что надо продолжать бороться. Только не так, не рывками. Аккуратней и осторожней, словно крадущаяся мимо сторожевой собаки лиса.
— Мы успеем. Она уже почти очнулась, — сказал первый. — Руки держи! Не отпускай и не отвлекайся!
— Не ори на меня, мужик! Я и так на нервах.
Я почувствовала тепло. Оно словно зарождалось где-то внутри меня и медленно растекалось по всему телу, избавляя от ощущения стянутости. Липкое нечто, чавкая, медленно отступало, давая возможность дышать полной грудью. Чем я тут же и воспользовалась.
— О, дышит! — тут же обрадовался второй.
— Руки держи! — рявкнул в ответ первый.
Наконец я почувствовала, как липкое нечто ушло окончательно, и попробовала открыть глаза. Получилось, пусть и не с первого раза. Открыла и тут же зажмурилась снова от яркого света.
— Спокойней, Глория, — произнес первый голос, в котором я наконец-то узнала Фандора. — Не так быстро. Попробуй открыть глаза медленно, сначала посмотри сквозь ресницы.
Я послушалась, чувствуя, как от первой попытки по щекам текут слезы. Через некоторое время зрение действительно пришло в норму, и я обнаружила, что ослепил меня в первый раз всего лишь магический огонек. Маленький, сил которого хватало лишь на то, чтобы осветить небольшое пространство диаметром в пару шагов. А за пределами неровного круга света царила кромешная темнота.
— Ты как? Болит что-нибудь? — озабоченно прозвучал второй голос, принадлежавший Винсу, и я перевела на него взгляд.
Винсент. Бледный, с лихорадочно блестящими глазами, он сидел на коленях возле меня и, не отрываясь, смотрел мне в лицо.
— Я… — Кашель не дал продолжить.
— Легче, девочка, легче. — Голос Фандора звучал так, как может звучать голос довольного своей работой человека. — Не спеши. Поди, с той стороны не каждый день возвращаешься.
Во рту было так сухо, что попытка снова заговорить оказалась совсем не простой. Но я справилась.
— Что случилось? Винс…
Он тут же отозвался, опуская по разрешающему кивку Фандора мои руки:
— Даже не знаю, с чего начать. Ты совсем ничего не помнишь?
Я хотела было ответить утвердительно, но в это мгновение воспоминания хлынули в голову неостановимым потоком. Я застонала, вновь закрывая глаза.
— Вспомнила, — удовлетворенно констатировал Фандор. — Моя вина, Глория. Слишком много силы зачерпнул, не рассчитал.
— Ты ее чуть не убил! — со злостью сказал Винс.
— Так не убил же! — равнодушно парировал Фандор. — Зато нас не завалило. И не сожгло. И не утопило.
Я вновь открыла глаза, чувствуя, как слабость окончательно отступает.
— Замок…
Фандор пожал плечами:
— Скорее всего, замка больше нет. Разбираться в хитросплетениях магического удара, сама понимаешь, времени не было.
— Тетушка…
Винс легонько сжал мою ладонь, ничего не отвечая.
Неужели?.. Тетя Файлина… единственная родная душа…
Глаза защипало, и я заплакала. Чувствуя, как горе полностью заполняет меня, сделав все остальное мелким и не важным, я ощутила молчаливую поддержку Винса и равнодушное ожидание Фандора.
— Погибло много людей, Глория, — наконец произнес Клинок. — Замок отнюдь не пустовал. Это надо просто принять и продолжать жить. Потому что своей цели тот, кто направил заклятие, все-таки не добился. Ты осталась жива.
— Это из-за меня… — Слезы душили, не давая говорить.
— Да, из-за тебя! — жестко перебил меня Фандор. — Всех, кто расстался с жизнью во время атаки, принято называть простым термином. Знаешь каким?
Я отрицательно покачала головой, не в силах прервать беззвучный плач.
— Не надо. Ей и так нелегко… — начал было Винс, но Фандор не обратил на него никакого внимания.
Он, не отрываясь, смотрел на меня. И продолжил:
— Их принято называть «сопутствующими потерями». Их количество не имеет значения. Ни для кого, кроме тебя. Потому что ты выжила, а они нет. Хотя должно было быть наоборот. Но если ты хочешь продолжать лежать здесь и оплакивать погибших, то я не буду тебе мешать. Через какое-то, весьма непродолжительное, как мне кажется, время нас откопают. А ты снова станешь мишенью. И что-то мне подсказывает, что следующий удар может быть еще более масштабным.
— Айронд уже рядом, я уверена… — Я изо всех сил постаралась взять себя в руки. Горе никуда не ушло, но для слез и впрямь сейчас было не время.
— Он быстро найдет нас. Что ему эти камни? Разметает, как пыль, — подтвердил Винсент, поднимаясь и помогая подняться мне.
— Я согласна с Винсом, — кивнула я.
Фандор тоже поднялся, и тут же магический шарик разгорелся ярче, давая возможность разглядеть разрушенную лабораторию.
— Интересно, у кого хватило силы на заклинание подобной мощи? — задумчиво произнес он. — Я вот знаю лишь одну… гм… организацию.
Винсент шагнул вперед, встав в паре шагов перед Фандором.
— Я понимаю, к чему ты клонишь, Клинок, — со злостью сказал он. — Магистериум. Ты ведь его имеешь ввиду? Так я скажу, что твоя… гм… организация не менее подозрительна.
— Знаю, что ты вряд ли мне поверишь, но, даже если все Клинки соберутся вместе, им не создать подобного, — спокойно парировал Фандор. — Наши умения находятся несколько в другой области. Штурмовые заклинания такой силы — не наш метод. Думаю, что в твоей академии вам преподавали основы диверсионной работы? И историю нашего отряда вы тоже изучали?
Винсент промолчал, а Фандор повернулся ко мне:
— Глория, выслушай меня. Разговор с Айрондом никуда не денется. Я уверен, что азура найдет вас очень быстро. Но я прошу тебя подумать. Без сердца, а только разумом. Виорд отлично защитил это место — непрогляд от следящих заклинаний, фиксирующие заклятия от внешнего воздействия… Сейчас мы для всех невидимы, что дает мне возможность предложить еще кое-что…
— Знаешь, Фандор, за спасение, конечно, благодарю, но в авантюры Глорию втягивать не нужно, — процедил, перебивая его, Винс. — Лучше заткнись, душевно прошу, и мы просто подождем, когда нас откопают. Ты меня понял?
Фандор покачал головой, не спуская с меня взгляда:
— И тот, кто сделал это, сразу узнает, что его заклинание не достигло своей цели.
Я закусила губу, стараясь привести в порядок мысли.
— Что ты предлагаешь? — наконец спросила я.
Клинок не спеша подошел к покосившейся стене. Шарик света послушно поплыл за ним. Он нагнулся, подобрал с пола какую-то чудом не разбившуюся склянку, задумчиво осмотрел ее и наконец повернулся к нам:
— Я предлагаю встречу. Встречу с моим командиром. Обещать ничего не могу, но, возможно, есть шанс, что наши маги смогут просчитать заклинание и взять след того, кто его создал. Что скажешь?
Ответить я не успела, так как Винсент откровенно засмеялся:
— Встретиться с Черными Клинками? Что еще?
— Подожди, Винс! — остановила я его и посмотрела на Фандора. — Лаборатория защищена, но как только мы окажемся за ее пределами, то вновь станем видимыми для поисковых заклинаний. И, кстати, отсюда еще надо как-то выбраться.
Винсент лишь потрясенно развел руками, всем своим видом показывая, что подобные предложения он относит к разряду откровенно бредовых.
— Клинков не могут обнаружить ни маги, ни азуры, — ответил Фандор. — Мы давно научились прятаться от чужих взглядов. Я смогу спрятать и вас. И насчет выбраться отсюда есть некоторые мысли. — Он полез за пазуху и вытянул оттуда небольшой, с палец, темный кристалл на длинной цепочке.
— Что это? — спросила я.
— Кальдит. Кристалл отражений, как мы его называем, — пояснил Клинок и протянул мне кулон. — Пока он на тебе, поисковые заклинания будут проходить мимо.
Я задумчиво взяла кулон и посмотрела на Винса, а Фандор тем временем извлек еще один кристалл кальдита.
— А это тебе, Глерн.
Винсент усмехнулся:
— Какое совпадение, надо же. Ты всегда с собой два магических амулета таскаешь?
— Не два, — серьезно ответил Фандор. — Ты очень удивишься, если я расскажу тебе стандартную маго-боевую выкладку Черного Клинка на задании. Кальдит для Глории был всегда со мной. Как раз на подобный случай. Но по совету командира я взял второй. Только предназначен он был не для тебя, а для ее тетки. Так как без нее она вряд ли бы дала себя спасти. Еще вопросы есть?
Винсент хмыкнул и взял у Фандора артефакт.
— Еще два вопроса, Фандор. Вернее, три. Первый: как отсюда выбраться? Второй: какие гарантии у нас есть, что твое начальство не ведет собственную игру по нашей поимке? И третий: что помешает нам, выбравшись отсюда, немедленно рассказать Айронду про… про вас?
Клинок усмехнулся:
— На первый твой вопрос ответить легко. Виорд был совсем не дурак, чтобы не оставить в своей лаборатории второй выход. На всякий случай. Мне точно не известно, где он, но, думаю, что мы его найдем быстро. — Он бросил взгляд в мою сторону. — Тем более что Глория неплохой поисковик.
— Что со вторым вопросом? — не отступал Винс.
— На второй вопрос отвечу так — никаких гарантий нет. Только мое слово. Верить мне или нет, дело ваше. И третий вопрос… — Он на мгновение задумался, а потом ответил: — Ничего не помешает. И если вы захотите поступить именно так, никто вам запрещать не будет. Нам, говоря откровенно, глубоко плевать как на азуру, так и на то, что он станет делать с этой информацией.
Винсент глубокомысленно вздохнул и подошел ко мне, мельком бросив Фандору:
— Легче от твоих объяснений не стало, кстати. Нам надо посоветоваться, если ты не против.
Клинок молча отошел подальше и почти тут же исчез в окружающем мраке, оставив магический огонек висеть над нами.
— Это глупость, Глория, — тут же зашептал Винс, наклоняясь ко мне. — Он ничего не сказал. Только общие слова. И случись чего, я не смогу тебя защитить. Да еще кальдиты эти! — Он посмотрел на свой кристалл. — Никто вообще знать не будет, куда мы делись!
Я задумалась. Беспокойство Винсента было понятно. Он просто старался защитить меня, выполняя то, что пообещал Айронду. Но и в словах Фандора был свой резон. Да, я могла дождаться Айронда здесь и вновь оказаться под его защитой. И, учитывая произошедшее, замок, из которого мне запрещалось выходить, покажется образцом свободы. Айронд сделает необходимые выводы и запрет меня так надежно, что…
«Погибла моя тетя Файлина, — вдруг подумала я, чувствуя, как в глазах снова защипало. — И ее убийца по-прежнему ждет своего шанса. Айронд будет искать, это несомненно. Только найдет ли?»
Винс, не сводивший глаз с моего лица, все понял без слов. Вздохнув, он надел на себя кулон с кальдитом и обернулся:
— Эй, Фандор! Хватит прохлаждаться. Как отсюда выбраться?
Я благодарно пожала ему руку.
Клинок возник из темноты так неслышно, что я вздрогнула. Винс же, напротив, стоял спокойно, по-новому разглядывая Фандора.
— Мы пойдем с тобой, Клинок. И клянусь Единым, если ты нас обманываешь, то я лично сделаю все, чтобы тебя не стало. Это понятно?
— Понятно, что ты попробуешь так сделать, — отозвался Фандор спокойно. — Нам нужно Око Демона.
Мы подошли к тому, что осталось от магического зеркала. Фандор бросил на него лишь один взгляд и сразу отвернулся, пробормотав себе что-то под нос. Затем присел на корточки и ладонью расчистил место на полу.
— Где-то здесь должен быть проход, — сказал он.
— Почему ты так уверен? — Винсент наклонился над ним и тоже посмотрел на каменный пол.
— Логика. Это единственное место в лаборатории, где очерчен защитный круг с дополнительным рассеивающим заклинанием, — ответил Клинок. — Здесь легче всего замаскировать проход. Глория?
Я подошла поближе:
— Расступитесь, пожалуйста. Мне нужно немного времени.
Фандор и Винс послушно отошли.
Потерев виски, я закрыла глаза, сосредотачиваясь. Состояние мое, конечно, было далеко от идеального, но поиск много сил, к счастью, не требовал. Только умения и концентрации.
Я почувствовала, как сила начинает проходить сквозь меня. С трудом, будто ей что-то мешает. «Защита лаборатории», — поняла я и усилила заклинание, вплетя в него самую капельку темного дара.
И тут же перед закрытыми глазами в неверных серых тенях проявилась вся лаборатория. «Ищем, Глория, ищем».
На светящиеся паутины защитных заклинаний я старательно не обращала внимания. Все равно на то, чтобы разобраться в их структуре, лично мне потребовался бы не один год. Сейчас нужно было просто найти выход отсюда.
Подпитав поисковое заклинание этим желанием, я направила внутренний взор на указанный Клинком круг перед Оком Демона. Демонический артефакт, кстати, даже будучи расколотым, на магическом плане по-прежнему выглядел отвратительно и отвлекал чернильной пульсацией.
Не открывая глаз, я присела на корточки и провела руками над выбранным участком пола. Пальцы тотчас стало покалывать. Да, Клинок, несомненно, был прав — дополнительная защита круга что-то скрывала. И если здесь действительно еще один ход, то открывается он, наверное, так же, как и дверь в лабораторию. А защита, получается, маскирует отпечаток руки?
Тотчас решив проверить это предположение, я вплела в поисковое заклинание каплю темной магии. Голова мгновенно закружилась: сил во мне практически не было. Однако этого хватило. Неведомая защита почуяла во мне «свою» и отступила, позволив разглядеть ровно по центру круга темный контур ладони.
Глубоко вздохнув, я приложила к отпечатку руку и надавила. Мгновенная боль от укола, знакомый жар проклятия — и с фиолетовой вспышкой раздался глухой щелчок. Пыльный, пропитанный гарью воздух тотчас наполнился запахами сырости и чего-то затхлого.
— Очень неплохо, Глория, — услышала я голос Фандора и открыла глаза.
В каменном полу передо мной темнела дыра отвесного колодца с узкими ржавыми скобами лестницы, уводящей куда-то вниз.
— Мы вообще славимся умением находить выход из самых трудных ситуаций, — криво усмехнулась я, бросая взгляд на настороженного Винса.
— Еще более мы славимся тем, что умеем находить туда вход, — отозвался он и повернулся к Фандору. — Ты первый, если не возражаешь.
Клинок не стал спорить. Только напомнил мне надеть кальдит — в отличие от Винса я все еще этого не сделала, перед поиском машинально убрав кулон в карман. Проследив за тем, как я исправила эту оплошность, он спокойно начал спускаться.
— Ты идешь вторая, я замыкающий, — скомандовал Винс и, оглянувшись напоследок, шагнул в проход вслед за мной.
Магический шарик, скользнувший в колодец за нами, давал мало света, но мне хватало, чтобы различать, за какие скобы хвататься и на какие ставить ноги. И когда камни над нами вдруг заскрежетали, возвращаясь на свое место и закрывая проход, я почти не вздрогнула.
— Из двух зол нормальные люди обычно выбирают то, что привычней. Но кто говорит про нормальность в нашем случае? — пробормотал сверху Винс.
К счастью, спуск оказался не слишком длинным. Вскоре мы втроем стояли в узком коридоре, стены которого были облицованы диким камнем и почти полностью покрыты то ли лишайником, то ли мхом. Где-то капала вода.
— Сейчас мы под рекой, — задумчиво произнес Фандор. — Своды тоннеля еще достаточно крепкие, хотя, судя по звукам, вода все-таки начинает сюда проникать. Давайте поспешим. Хотя не думаю, что идти далеко, чувствую я себя здесь не уютно.
— Прославленный Клинок чего-то боится? — не преминул поддеть его Винс.
— Ничего не боится только дурак, — отрезал Фандор и направился вперед по тоннелю.
— Я вот не дурак, — буркнул Винс мне в спину. — Я высоты боюсь. Немного.
Дальнейший путь прошел в молчании. Под ногами было сыро, и один раз, поскользнувшись, я чуть не упала, но вовремя смогла ухватиться за влажные камни стены. После этого Фандор, не оборачиваясь, отправил магический огонек поближе ко мне.
А уже через четверть часа, как он и предполагал, сырость исчезла, и тоннель стал идти вверх. Запахло землей и прелым мхом.
— Судя по всему, мы вышли из-под реки, — отметил Винс. — Похоже, осталось совсем немного.
И оказался прав. Через несколько минут тоннель действительно закончился. Мы стояли перед лестницей, сделанной из ржавых от времени цепей. Она глухо звякнула, когда Фандор прикоснулся к ней рукой.
— А выход открывается гораздо проще, чем вход, — хмыкнул он. — Хотя Виорд и заколдовал это место, чтобы никто случайно не наткнулся на тоннель.
С этими словами Клинок первый полез вверх по раскачивающейся лестнице. На меня посыпались хлопья ржавчины. Но потом наверху открылся проход, пахнуло свежестью и, задрав голову, я увидела светлеющее небо, которое на мгновение скрыла темная фигура выбирающегося Фандора.
— А вот здесь вторым полезу я, — неожиданно решил Винс. — Ты вылезешь только тогда, когда я позову. Не раньше. Поняла?
Я кивнула, отходя назад. Он быстро взобрался наверх и вскоре скрылся из вида.
Лишь через несколько минут тревожного ожидания мне сообщили, что опасности нет, и позволили наконец подняться. И только выбравшись на поверхность и полной грудью вдохнув свежий воздух, я вдруг поняла, как устала. Ноги задрожали, и я уселась на землю прямо возле темнеющей дыры.
Фандор тем временем подошел к небольшому валуну и совершенно без усилий сдвинул его с места, закрывая вход в тоннель. Валун лег на место как влитой, запечатывая собой проход.
А затем я обернулась и увидела, что Астарон перестал существовать. Лишь огромная груда битого камня, железа и стекла говорила о том, что здесь находилось величественное здание. Пыль, столбом стоявшая над развалинами, начинала рассеиваться, открывая моим глазам весь масштаб катастрофы.
Находящаяся от нас примерно в сотне шагов река спокойно несла свои воды, а также обугленные обломки мебели и каких-то вещей.
Сердце защемило и я в очередной раз заставила себя сдержать слезы. Моего дома больше не было. Лишь где-то глубоко под обломками сохранилась лаборатория отца. Думаю, что ненадолго, кстати. Айронд и люди Рошаля тут все перевернут.
На другом берегу начали раскрываться порталы переходов. Появились люди. И много, не меньше сотни человек. Прищурившись, я разглядела людей в мундирах Тайной стражи, множество городских стражников. Первым делом они принялись споро устанавливать вокруг развалин ограждение и расставлять посты.
Но Айронда я по-прежнему не видела. И когда Винс мягко толкнул меня в бок, давая понять, что нам пора, не стала сопротивляться.
Фандор опять шел впереди, не оборачиваясь. Казалось, его ничуть не заботило, что мы с Винсом вполне могли и передумать. Вот взять и поступить не как обычно, а правильно. То есть просто остановиться, перевести дух и вернуться. Туда, где суетится стража, где Айронд непременно что-нибудь придумает и обо всем позаботится.
И, признаться честно, такая мысль то и дело приходила мне в голову. Одно дело — принимать решение в темной, полуразрушенной лаборатории. И совсем другое — в спокойной обстановке при дневном свете.
Видимо, похожие мысли одолевали и Винсента. Он шагал рядом, хмурясь и бросая по сторонам настороженные взгляды.
— Ну говори уже! — не выдержала я. — Что не так? Исключая, собственно, то, куда мы сейчас топаем.
Он мрачно хмыкнул, в очередной раз оглянувшись:
— Да все не так, честно говоря. То, что мы спаслись, это хорошо. Но вот то, что идем неведомо куда…
— Но мы же сами все решили, — напомнила я. — Встретимся с Клинками, послушаем. Вернуться в Лиранию всегда можно.
Винс лишь вздохнул:
— Люблю твой неиссякаемый оптимизм. Встретимся, вернемся… где мы вообще?
Я посмотрела по сторонам, пытаясь сориентироваться на местности.
— Судя по всему, идем в сторону земель моего дражайшего соседа, лорда Брокдорфа. Недалеко есть еще одна дорога, там я на ситтере последний раз ехала. Она, конечно, удобней, но Фандор явно не хочет попадаться никому на глаза.
Винс покачал головой и проворчал:
— Легче не стало.
К знакомому лугу мы вышли уже ближе к полудню. Мою просьбу о коротком привале Фандор проигнорировал, даже не сбавив шага. И скоро стало ясно почему. За лугом, в перелеске, надежно укрытый от чужих глаз, нас ждал ситтер, окрашенный в серо-зеленый цвет с коричневыми маскировочными разводами.
— Поближе не мог стоянку устроить? — спросил Винс.
— Не мог, — отозвался Фандор. — Я не провидец, чтоб угадывать будущее. Ситтер здесь для других целей, с вами никак не связанных. Но раз ситуация сложилась таким образом, придется воспользоваться им.
— А как вообще вы вошли в союз с Брокдорфом? — задала я вопрос. — Насколько я помню барона, он гостей не сильно жалует. И очень трепетно относится не только к своей собственности, но и к личному комфорту.
Фандор усмехнулся, но все-таки ответил:
— Вы все увидите сами. Хотя… скажу так: выбора у барона особого не было. Клинки не спрашивают позволения. Мы просто берем то, что нам нужно.
— По какому праву? — возмутилась я.
— По самому древнейшему. — Фандор сел на водительское место и посмотрел на меня. — По праву сильного.
— Я всегда знал, что найду работу мечты. С кем тут надо подписать контракт? — хмыкнул Винс, распахивая передо мной заднюю дверь.
После того, как я разместилась, он обошел ситтер и уселся рядом, проигнорировав переднее сиденье. Фандор понимающе кивнул, но ничего не сказал.
Ситтер мягко поднялся над землей, причем гораздо выше, чем я привыкла Почти на высоту моего роста.
— Внедорожная модель, — пояснил Винс, заметив мое удивление. — Армейский образец, судя по типу кристалла. Так, Фандор?
Клинок не ответил, а просто направил экипаж вперед, прямо через перелесок.

Глава 7

Замок барона Брокдорфа был гораздо меньше моего, но выглядел массивнее и основательнее. Всего два этажа, приземистый и квадратный, он был сложен из здоровых, грубых, каменных плит и огорожен внушительным рвом.
Перед переброшенным через ров мостом ситтер опустился на привычную высоту, и Фандор аккуратно въехал в распахнутые ворота.
Первое, что мне бросилось в глаза, так это абсолютно пустой внутренний двор. Для жилого места это было очень непривычно. Не звенела кузня, не раздавалось ржание лошадей, в воздухе не витало запахов еды и свежего хлеба из пекарни.
Винс, судя по напряженному лицу, тоже это заметил.
— Фандор, а где люди-то? — негромко спросил он, не пытаясь открыть дверь.
— Все заняты делом, и по особому распоряжению нашего капитана вход сюда им запрещен, — сообщил тот, выбираясь наружу. — Барон любезно предоставил замок Черным Клинкам во временное пользование. Естественно, на возмездной основе.
Мы вышли вслед за ним, и Винс огляделся.
— И сколько стоит аренда целого замка, пусть и небольшого? — нервно полюбопытствовала я. — А то мне, знаешь, жить теперь негде. Хорошо хоть большую часть капиталов в Королевском банке держу…
— Арендной платой стала возможность для барона продолжать жить, хоть и в несколько стесненных условиях, — спокойно ответил Фандор. — Поверьте, Брокдорф очень обрадовался такому соглашению.
— Подожди! — перебила я его. — А как же крестьяне, которых я встретила на Семежином лугу? Они что, не в курсе, что вы тут, скажем так, распоряжаетесь?
Клинок жестом предложил нам проследовать ко входу в замок.
— Поверь мне, Глория, крестьянам по большому счету глубоко наплевать, кто здесь распоряжается, — сказал он. — Думаю, что большинство из них ничего и не заметили. Для всех мы — благородные гости барона, а остальным никто и не интересуется.
— Так вы же всех из замка погнали, — не сдавалась я.
— Есть одно глубокое выражение, которое объясняет для простого крестьянина все.
— Какое?
— Господин чудить изволят, — ответил Фандор, распахивая перед нами дверь.
Однако Винс придержал меня за плечо и уточнил:
— И сколько здесь Клинков? За стеной я заметил пятерых. Это, как я понимаю, внешнее охранение. Плюс пятеро во дворе. Охрана внутреннего периметра. А сколько в самом замке?
Я ошеломленно переводила взгляд с него на Фандора и обратно. Двор был пуст! В этом я могла поклясться. Как, собственно, и территория возле рва и стен.
Фандор слегка прищурился. В его глазах промелькнуло что-то вроде уважения, смешанного с азартом.
— Я смотрю, в академии тебя неплохо поднатаскали, Глерн. Но боюсь, что вынужден буду огорчить. Увидел ты лишь тех, кто захотел, чтобы ты их увидел. Замок снаружи охраняют почти три десятка Клинков, — сообщил он, после чего развернулся и первым вошел внутрь.
Настало время Винсу ошеломленно хлопать глазами.
— Кажется, я знаю, где хочу продолжить карьеру, — пробормотал Винс, последовав за ним. — Три десятка, это ж надо…
Из-за того, что высокие окна были закрыты плотными шторами, а светокристаллы горели вполовину от своей силы, в холле царил полумрак. По широкой каменной лестнице мы поднялись на второй этаж, где сразу же при входе в небольшой коридор обнарркилось двое Клинков-охранников. Коротко им кивнув, Фандор провел нас к массивной двери и, постучав, открыл ее перед нами, сам отступив в сторону.
— Заходите, капитан ждет вас, — сказал он.
Мы прошли внутрь, и Фандор аккуратно прикрыл за нами дверь.
В отличие от остальных помещений замка, здесь было светло. Солнечный свет свободно проникал в большие витражные окна, давая возможность рассмотреть, куда мы, собственно, попали.
Уверена, что в замке барона Брокдорфа нашлись бы помещения и побольше, и побогаче, но, судя по всему, капитана Черных Клинков вполне устраивала аскетичная обстановка выбранного кабинета.
Никаких гобеленов на стенах, кованые держатели светокристаллов вмурованы прямо в камень. На одной из стен висел громадный гербовый щит рода Брокдорфов с парой древних мечей. На другой — старая картина, потемневшая от времени, с изображением воина в полном доспехе, которые были в ходу лет этак двести назад.
За большим столом, спиной к окну, сидел человек. При нашем появлении он медленно поднялся и жестом указал на пару кресел, стоявших по другую сторону стола. Он оказался против света, так что сначала рассмотреть его не удалось. Только высокая темная фигура на фоне яркого окна. Однако, когда человек вышел навстречу и коротко поклонился, я увидела перед собой пожилого… нет, откровенно старого воина. Иссеченное морщинами лицо, седые, хотя и по-прежнему густые волосы, аккуратно подстриженная бородка… и грубый шрам, который пересекал его лицо, начинаясь где-то под волосами и сползая по левой щеке к крепкой челюсти.
«Странно, любой средний маг-целитель легко убрал бы этот шрам за один сеанс. Судя по бородке, он следит за собой, так почему бы и не…»
— Рад приветствовать вас, леди Глория де Глерн и лорд Винсент Глерн-Шелби, — прервал мои мысли звучный, совсем не стариковский голос.
— У вас перед нами преимущество, — как можно вежливей улыбнулась я. — Вы знаете наши имена, а мы, увы, вас видим впервые.
— Прошу прощения, леди Глория. — Человек вновь поклонился. — Бродя в глухих лесах, поневоле забываешь простейшие правила вежливости. Капитан Хингар де Рион, к вашим услугам.
Я намеревалась было поклониться в ответ, но тут Винсент, стоявший до сего момента молча, шагнул вперед, пристально всматриваясь в лицо старика.
— Это не смешно, господин…
— Можете называть меня капитаном.
— Так вот, это не смешно, капитан. Я, как вам, несомненно, известно, в свое время окончил Королевскую воинскую академию. И каждый курс, по заведенной когда-то давно традиции, имел своего, если можно так выразится, духовного вдохновителя. Глупость, конечно, но, сами понимаете, армейские традиции — это святое. Например, курс магосаперного дела носил имя Вайруна де Бааля, который когда-то его и основал. Моряки чтили своим покровителем адмирала Бакалависта, разбившего сто лет назад флот сиосских пиратов. Артиллеристы, пехота, кавалерия — все курсы имели собственные приставки «имени такого-то». В том числе и тот, на котором учился я.
— И что это за курс, позвольте полюбопытствовать? — слегка усмехнувшись, спросил капитан Черных Клинков.
— Особая воинская разведка, — отчеканил Винс. — И наш курс носил ваше имя.
Я вытаращилась на Винсента, который не сводил пристального взгляда с капитана Черных Клинков.
Однако тот только пожал плечами:
— Что ж, мне весьма лестно, что моя служба была вознаграждена столь достойным способом. Но что в этом странного?
— Странно то, что, согласно изучаемой мной истории подразделения воинской разведки, вы имели честь погибнуть сто пятьдесят лет назад, попав в засаду, организованную Дикими где-то в холмах Биракоса. Ваше тело было найдено и торжественно захоронено на Мемориальной аллее академии. Я лично стоял в почетном карауле на вашей, капитан, могиле.
Сто пятьдесят лет назад?!
Я изумленно перевела взгляд с капитана на Винса, а потом обратно, не веря собственным ушам. Да нет, этот капитан, конечно, стар, но не настолько! Наверное, это какая-то ошибка, или он однофамилец…
— Если когда-нибудь у нас найдется время, я расскажу вам свою историю, лорд Глерн, — ответил капитан, напрочь отметая мои предположения. — Поверьте, она весьма увлекательна. Пока же могу сообщить лишь то, что официальная лиранийская история о войне с Дикими магами имеет множество, скажем так, неточностей и белых пятен. Особенно касаемо участия в ней Черных Клинков, которые, как вам известно, и перевернули ход этой войны, уничтожив Диких почти полностью. Ведь вам преподают именно так?
Винсент кивнул.
— Когда войска оказались на волосок от табели, а маги откровенно проигрывали Диким в противостоянии, были созданы отряды Черных Клинков, подчинявшихся напрямую королю.
— Воины-маги, жестоко убивавшие Диких из засад, устраивавшие диверсии и неуловимые, словно тени, — продолжил за него капитан Хингар. — Все так, Винсент, все именно так. Однако вам не говорили одну важную вещь: кроме того, что система подготовки Черных Клинков кардинально отличалась от общевойсковой, многие из нас использовали совсем не привычную вам магию кристаллов.
— Темную магию? Вы владеете темной магией? — не выдержала я.
— Темной ее называет только Магистериум, леди Глория, — поправил капитан. — Я же предпочту другое слово — естественная. Та, что есть в крови избранных. Та, что есть и у вас, кстати.
С этими словами он вернулся к столу и сел, жестом указав нам на кресла. На этот раз мы не стали игнорировать его предложение. Смысл разговаривать стоя?
— Значит, правильно я понимаю, что вместо того, чтобы уничтожить Диких, вы к ним присоединились? — хмуро уточнил Винс.
— Скажем так, мы, наши маги, их реорганизовали. — Капитан Хингар слегка улыбнулся. — Да, не все из Диких были в достаточной степени адекватны, и многих действительно пришлось уничтожить. Но главное — их идеи и стремления показались нам близки.
— Идеи и стремления? — не поняла я. — Какие? Ввергнуть мир в хаос и анархию?
— Ну, зачем же так грубо, — улыбка на губах капитана на миг стала шире. — Нас просто не устраивает королевская власть. В любом ее проявлении. И мы знаем, как можно жить без этой власти. Ваша беда только в том, что вы этого еще не знаете.
— Зато мы знаем, что такое присяга, честь и клятва верности. — Винс еще больше помрачнел. — Которую вы нарушили.
— Присяга, клятвы… — Капитан Хингар поморщился. — Все эти определения придумали те, кому выгодно существующее положение дел. А остальные… Вы никогда не задумывались над одной простой мыслью: чем человек несчастней, тем меньше ему хочется перемен. Просто потому, что он боится, что будет еще хуже. Мы привыкли к тому, что люди привычно и нудно тянут ту или другую политическую, социальную или семейную лямку. И, поверьте мне, только потому, что у них просто нет времени ответить на простые вопросы: так ли устроилась их жизнь, как нужно? Соответствует ли их занятие собственным склонностям и талантам? Даже деятельные люди, как, например, вы, лорд Винсент, часто оказываются в таком положении. Каждый день приносит с собою новую работу, и ее скапливается столько, что человек поздно ложится, не выполнив всего, что собирался сделать за день, а утром поспешно хватается за дело, не законченное вчера. Жизнь проходит, и нет времени подумать, как она проходит.
Винсент тихонько кашлянул, прерывая гладкую речь капитана Хингара. Тот замолчал, посмотрев на Винса, как на небрежного курсанта. Однако на того, похоже, уже не действовала легендарность сидевшей за столом личности.
— При всем уважении, господин капитан, все ваши рассуждения хороши исключительно в разрезе общих умствований, которые к реальности, как мне кажется, отношения не имеют, — произнес Винс. — Какая разница для крестьянина из глухой деревни, что в королевском музее Лирании висит полотно великого Праскини, чей художественный стиль не может повторить ни один художник?
Я чувствовала, что близка к пределу, и скоро уже не буду ничему удивляться. Винс, рассуждающий об искусстве? Может, надо попробовать старый как мир способ, — ущипнуть сначала себя, а потом его? Себя для того, чтобы проснуться, а его, чтобы убедиться, что это не морок.
— …и что будет дороже и радостней для крестьянина — большой надой от любимой коровы или возможность собственными глазами лицезреть великий шедевр? Интуиция подсказывает мне, что он выберет первое.
— Признаться, я удивлен, лорд Винсент, вашими познаниями в искусстве, — вновь улыбнулся капитан.
— Да как вы могли подумать?! — оскорбленно вскинулся Винс. — Так, по телекристаллу видел, да и все. Подумаешь, нарисовал кто-то пламя свечи в черном круге. Ну а то, что там аж под три сотни оттенков огня, так этот факт лично для меня никакой пользы не представляет.
— А не представляет этот факт для вас пользы исключительно потому, что вместо того, чтобы развивать в себе чувство прекрасного, вы вынуждены заниматься… Чем вы там занимаетесь? Частными расследованиями, кажется? — в голосе капитана проскользнула насмешка. — Хотя я вполне допускаю, что именно это дело соответствует вашим желаниям как нельзя лучше.
— Благодарю…
— Но тут мы сталкиваемся с тем, что вы все-таки представитель рода Глернов, брат самого королевского азуры. То есть назвать вас простым человеком уж никак не получается.
— Я сам забочусь о себе! — вскинулся Винс оскорбленно. — И никогда не пользовался возможными семейными связями.
Капитан примирительно поднял руки:
— Я и не пытался обвинить вас в этом. Но посудите сами. Ваш род богат, и несмотря на то, что основная часть по лиранийским законам наследуется Айрондом, вы тоже будете далеко не бедным человеком. Но задумывались ли вы, каким образом богатство стало неотъемлемой частью почти всех древних фамилий королевства?
Мы с Винсом переглянулись. К чему это он?
— Вся наука обогащения сводится к одному простому правилу: найти бедняков, платить им от силы треть того, что они могут заработать, скопить таким образом начальное состояние, а затем, войдя в долю с государством посредством совместной операции, увеличить состояние многократно. В случае вашего рода, лорд Глерн, это была исключительно выгодная совместная негоция по добыче соли и алмазов, что устроил ваш прапрадедушка, продавший затем рудники государству. Я не ошибаюсь?
Винс покачал головой:
— Я не слишком силен в семейной истории.
— И тем не менее это было именно так. Богатство одних зависит исключительно от бедности других. Никто не знает, да и никогда не считали, сколько людей погибли на тех рудниках, давая возможность Глернам подниматься все выше и выше.
Капитан Хингар замолчал, задумчиво опустив голову.
— Хм, капитан, прошу меня простить, но мы здесь не за тем, чтобы строить теории по поводу мироустройства, — не выдержав, заметила я. — Меня сейчас волнуют несколько другие обстоятельства.
Мужчина, будто опомнившись, вновь поднял на нас глаза.
— Да, конечно. Понимаю, леди Глория, понимаю. Уж простите, хе-хе, старика, увлекся. Давайте вернемся к вашему вопросу. Увы, я не смогу предоставить вам никаких доказательств непричастности Черных Клинков к покушению. Только логику, и ничего более.
— На первый раз сойдет, — проворчал Винс тихо.
— И позволю себе повторить то, что уже, уверен, говорил вам… — Капитан Хингар выразительно посмотрел на дверь.
— Фандор, — подсказала я.
— Хорошо, пусть будет Фандор. Имя, ничем не хуже остальных, — согласился он. — Так вот, Черные Клинки не имеют отношения к произошедшему. Вы нужны нам. Нужны исключительно в качестве законной жены Айронда де Глерна. Несмотря на все наши разногласия, ваша жизнь сейчас ценна для нас как никогда. Благодаря тому обстоятельству, что вы являетесь женой азуры, он не сможет занять трон в случае смерти Дабарра. Поэтому мертвой вы никакого интереса ни для нас, ни для иных заинтересованных сторон не представляете. Проще говоря, нам не нужен король Айронд.
— Так не проще ли было организовать покушение на Айронда? — спросил Винс. — К чему столько сложностей?
Капитан развел руками:
— Увы, лорд Винсент, убить азуру не самая простая задача. Мы пробовали, не сомневайтесь. Видите, насколько я откровенен? Скажу даже больше: мы едва не успели навестить его в Громорге, когда он был практически беззащитен. Вы оказались слишком деятельны, это я готов признать.
— Но тогда нам помог кто-то из Клинков… — пробормотала я.
Капитан кивнул:
— Поэтому и не успели. Самый простой план всегда лучше сложного. А мы хотели и вас защитить на случай неудачи в Громорге и… В общем, вы поняли. К сожалению, когда группа зачистки посетила Громорг, вас там уже не было, а у Айронда вновь появилась магия.
Краем глаза я заметила, как побледнел Винс и как сжались его кулаки. Не каждый день тебе так спокойно сообщают, что хотели грохнуть твоего брата, но не получилось.
— Винс, тихо, — успокаивающе сказала я. — Здесь ты ничего не сделаешь.
Он посмотрел на меня и медленно выдохнул сквозь зубы. Потом перевел взгляд на капитана и спросил:
— Что вам мешает сейчас спрятать Глорию? И убить меня, как второго претендента на престол?
— Опять-таки простая логика. — Капитан Хингар постучал пальцами по столешнице. — Зачем нам лишние сложности? Спрятав Глорию, мы еще, не приведи боги, заставим Айронда думать, что она погибла. И тогда он уже не откажется от трона, причем в смерти супруги винить станет нас. Куда разумнее ее отпустить и воссоединить любящих супругов. Тем более что убить вас, лорд Винсент, уж простите за прямоту, мы всегда успеем. Вы хороший воин, но, не в обиду, с Черными Клинками вам не равняться. А на свободе вы нужны для охраны леди де Глерн. Ведь мой следующий вопрос будет прост: кому выгодна ваша смерть? Кто хочет видеть на престоле Айронда? И ответ вы знаете. Леди Катрина известна своей настойчивостью, как и барон Рошаль. То, что не получилось в прошлый раз, их вряд ли остановит.
— Это ваше мнение, или есть конкретные доказательства? — резко спросил Винс. — Хочу вам сказать, что моя драгоценная бабушка сидит в родовом поместье Глернов и носу оттуда боится показать после милой беседы с Айрондом. Как, собственно, и барон Рошаль, который прекрасно знает, что его пребывание на этом свете напрямую зависит от здоровья Глории.
Капитан с укоризной покачал головой и сказал:
— К завтрашнему утру будут готовы выкладки заклинаний, которые смогли перехватить наши маги. Верить им или нет — дело ваше. Однако я бы рекомендовал ознакомиться с ними со всем тщанием…
— То есть мы должны остаться здесь до утра? — перебила его я. — Как пленники?
— Как мои гости, — поправил капитан. — Вы свободны в своих желаниях. Если захотите уйти немедленно, я распоряжусь насчет ситтера.
Мы с Винсом переглянулись.
— Я не особо силен в магостроении, — проворчал он. — А ты?
Я пожала плечами:
— В принципе, мы изучали его в качестве профильного предмета. Но я все-таки поисковик, а не следователь. Ладно, попробуем разобраться.
— Все выкладки вы сможете забрать с собой и перепроверить у кого хотите, — добавил капитан Хингар.
— Хорошо, — принял решение Винс. — В таком случае мы остаемся, господин капитан, и воспользуемся вашим гостеприимством. Но утром уйдем. С вашего разрешения или нет.
Глава Черных Клинков удовлетворенно кивнул.
Сразу же, словно по неслышимому приказу, дверь кабинета открылась и на пороге появился Фандор.
— Мой помощник проводит вас до гостевых комнат, — произнес капитан.
Мы поднялись с кресел и, коротко простившись, вышли за молчаливым Клинком в полутемный коридор.
Идти, впрочем, долго не пришлось. Как оказалось, нас разместили буквально через пару дверей от кабинета капитана Хингара.
«Чтобы держать под двойным присмотром», — без труда догадалась я. Хотя и без того сильно сомневалась, что нам удалось бы выбраться отсюда вопреки воле Черных Клинков. Ведь, положа руку на сердце, что бы смог сделать Винсент, приди капитану в голову, что мы для него представляем проблему? Да, зная его характер, дрался бы он до последнего, защищая себя и меня, но защитил бы? Вряд ли.
Видимо, Винс это понимал и сам, так что, заперев дверь на засов, мрачно огляделся.
Предугадывая его требование, нам выделили большие покои с тремя смежными комнатами: две спальни и просторную гостиную с минимумом мебели, но зато с накрытым столом.
— Что ж, по крайней мере нас кормят, и решеток на окнах нет, — констатировала я.
— Угу, — буркнул Винс, тотчас в них глянув. — Только выходят они во внутренний двор, за которым наблюдает… точно кто-нибудь.
— Ну, в конце концов, нас обещали отпустить, — напомнила я не столько ему, сколько самой себе. А потом посмотрела на Винса. — Знаешь, я, конечно, до сих пор не хочу верить, что замок разрушил Магистериум, но… но его логика… выводы…
— Хингар работает на врага. Он говорит только то, что ему выгодно, — отрезал тот.
— Но кто тогда? Кто хотел меня убить? Кто убил тетю и всех… — не договорив, я сглотнула вновь подступившие слезы и с силой сжала пальцы.
— Найдем. Разберемся и найдем, — отрывисто пообещал Винс. — А сейчас надо отдыхать. Нам нужны силы.
Поужинали мы в молчании, лишь изредка перекидываясь малозначительными фразами, а затем разошлись по спальням.
Благодаря предупредительности Черных Клинков, в комнате обнаружилась чистая одежда, что было очень кстати после душа. Жаль только, что вода, смывшая гарь и грязь, не могла так же смыть и все события последних часов!
Несмотря на то что я была вымотана до предела, заснуть смогла, лишь вволю наревевшись в подушку от воспоминаний о тете Файлине. Слезы словно открыли невидимые двери в душе, вымывая тот горький и болезненный комок, что душил меня. Горе никуда не ушло, но я почувствовала некоторое облегчение и вновь дала себе слово, что найду убийцу. Во что бы то ни стало.

Глава 8

Утром, после легкого завтрака, Фандор снова сопроводил нас к капитану Хингару. Подождав, пока за Клинком закрылась дверь, тот поприветствовал нас коротким кивком и сразу приступил к делу.
— Ну что ж, леди Глория, мои маги сделали все возможное для снятия следа заклятия, — сказал он, вытаскивая из ящика стола пухлую кожаную папку.
Развязав тесемки, он вытащил кипу бумаг, которую с легким поклоном и вручил мне. В глаза сразу бросились вычерченные схемы векторов направленной силы, магические якоря с привязкой к местности, точки огибания и фокусировки. Н-да. С наскока такое не разберешь. Тут надо засесть за работу всерьез и надолго, обложившись справочниками.
Я беспомощно посмотрела на Винса. Правильно растолковав мой взгляд, он, в свою очередь, посмотрел на капитана:
— Господин Хингар, я уверен, что из всей этой, несомненно, важной работы можно сделать некоторое заключение. Рано или поздно мы, конечно, разберемся со всеми выкладками, но сейчас хотелось бы получить выжимку… гм… специалиста.
— Понимаю, лорд Глерн, — усмехнулся капитан. — Вам придется немного подождать. — Он коснулся одного из кристаллов связи и коротко приказал: — Гаторуса ко мне. Немедленно.
Через несколько минут, после короткого стука, в кабинет вошел высокий мужчина средних лет. Одежда его, в отличие от остальных Клинков, пребывала в некотором беспорядке, а лицо выглядело осунувшимся, с проглядывающей жесткой щетиной.
— Хочу представить господина Гаторуса, одного из наших опытнейших магов, — произнес капитан Хингар. — Именно он руководил ночными изысканиями.
— И меня только что подняли с постели, господин капитан, так что прошу прощения за внешний вид, — добавил тот, с трудом сдерживая зевок.
— Все в порядке, Гаторус, — заверил глава Черных Клинков. — Мы хотим услышать твое мнение по произошедшему и краткую выжимку полученных результатов. Это возможно?
— Я попытаюсь, господин капитан. — Маг с сомнением покосился на бумаги в моих руках и вздохнул. — Значит, так. Заклинание начало формироваться приблизительно за четверть часа до восхода солнца. Точками привязки основного контура… — Он вопросительно взглянул на Хингара.
Тот кивнул, давая молчаливое согласие. Гаторус подошел к стене и бросил короткое заклинание. На ее поверхности тотчас проявилась большая карта с тонкими светящимися линиями, которые сплетались в симметричный узор.
— Замок Астарон стоит… стоял, как вы знаете, практически посредине реки. — Маг ткнул пальцем в карту. — Текущая вода, как природный рассеиватель магии, здесь играет немаловажную роль, поэтому, как вы видите, защитные заклинания замка образуют своего рода купол. — Он провел пальцем вдоль одной из светящихся линий. — Вот это первый контур, созданный для нейтрализации эффекта рассеивания реки. Далее идут сигнальные и защитные линии. Обратите внимание на узлы пересечений. — Гаторус показал несколько точек. — Великолепная работа, скажу я вам. Очень лаконичная и максимально эффективная.
Невольно я почувствовала гордость за Айронда.
— Пробить этот купол практически невозможно, — продолжал тем временем маг. — Слабые заклинания он отобьет, сильные рассеет. И, кроме того, предусмотрено моментальное уплотнение контура в месте возможного прорыва. Очень хорошая работа.
— Которая тем не менее оказалась бесполезной, — перебил его капитан Черных Клинков. — Давай ближе к делу, Гаторус.
— Как угодно, господин капитан. — Маг слегка поклонился и вновь повернулся к карте. — Здесь, здесь и здесь находятся якоря атакующего заклятия. Как вы можете видеть, все они расположены далеко за пределами реки. Атакующее заклинание начало формироваться одновременно в двух точках. — На карте алыми звездочками вспыхнули два места. — Это два холма, которые местные называют, соответственно, Чайновур и Гивенил. Обратите внимание, что они находятся на противоположных берегах, и, если провести между ними линию, замок окажется точно на ней.
На карте проявилась алая линия, рассекающая реку и мой замок.
— Так вот, если не вдаваться в подробности, то с Чайновура заклинание ударило в защитный купол замка. Удар был такой силы, что не подлежал прямому отражению, и магический защитный контур начал рассеивание.
Новые светящиеся стрелки на карте показали направление удара, а потом множество изумрудных стрелочек указали направления рассеивания.
— Все сработало так, как задумал тот, кто ставил защиту. Однако первый удар был лишь обманкой. Сильной, неимоверно мощной, но обманкой. Как вы видите, защитный контур, отбивая и рассеивая удар, ослабил сам себя, истончившись в этом месте. — Гаторус указал место. — Буквально на миг, но этого хватило.
На карте протянулась жирная алая стрелка с другого берега реки.
— И вот тут с Гивенила был нанесен основной удар. К сожалению, я не могу сейчас показать, как именно атакующее заклятие пробило истончившееся место. Не могу, потому что оно и не пробило, а… а словно просочилось через него, изменив свою структуру и на одно неуловимое мгновение став идентичным защитному контуру.
Мы с Винсом переглянулись. Он покачал головой, да и я, честно говоря, почувствовала, как голова идет кругом. Ведь так не бывает! Невозможно изменить структуру уже связанного и действующего заклинания. Его можно отбить, можно рассеять, но изменить… Это как бросить ледяную стрелу сквозь стену огня. При соприкосновении лед должен превратиться в огонь, а миновав стену вновь стать замороженной водой. Не-воз-мож-но!
— Но это еще не все, — добавил маг. — Пробив защиту, заклинание, если можно так выразиться, продублировало само себя. Одна часть осталась «встроенной» в защитный контур, не давая тому поднять тревогу, а другая непосредственно атаковала замок. А потом… — Он глубоко выдохнул. — Атакующее заклинание выпило  всю защиту, усилив себя столь сильно, что… в общем, я не знаю, как это возможно. Базовые правила магии, знаете ли. Мы, конечно, будем еще разбираться в структуре и полученных данных, поскольку это вызывает крайний интерес для нас самих, но пока это все, что я могу сообщить. А все подробные выкладки есть у вас в бумагах.
Маг развел руками.
Я же могла только молча сидеть и хлопать глазами, пытаясь уместить в голове услышанное.
— Сколько вам понадобится времени, Гаторус? — подал голос капитан.
Маг пожал плечами:
— Месяц, год… не знаю. Я вообще не думаю, если откровенно, что мы сможем разложить механизм действия до конца. Слишком мало данных.
— Ну хоть какие-то предположения у вас есть? — хрипло спросил Винс. — Нам поможет любая мелочь.
Гаторус задумчиво посмотрел на него:
— Предположение у меня есть, но, боюсь, оно вам не понравится.
— Прошу вас, мэтр, скажите, — присоединилась к просьбе и я.
— Ну что ж… — Маг сцепил пальцы рук. — Структура защитного купола очень похожа на магию Кориниума. Общие принципы, так сказать, хоть и со своей спецификой.
— Это как раз понятно! — перебил его Винс. — Учитывая личность того, кто ставил защиту.
— Но тут следует задать себе вопрос: кто еще знаком с подобной структурой? — произнес маг и взгляд его на мгновение сделался неуловимо острым. — Кто может просчитать это сплетение, так сказать, изнутри? Лично я очень хотел бы познакомиться с этим умельцем поближе. Потому что тогда нападение на королевский дворец просто перестало бы быть для нас проблемой.
Винс надсадно кашлянул. А я… я окончательно поняла, что, кто бы ни напал на Астарон, это действительно были не Черные Клинки. Даже если они и скрыли от нас какие-то детали, то основное передали верно. Но кто же тогда хочет моей смерти? Неужели все-таки…
— Если больше вопросов ко мне нет, могу я идти? — Гаторус бросил вопросительный взгляд на капитана Хингара. Тот коротко кивнул, и маг удалился, аккуратно прикрыв за собой дверь.
На некоторое время в кабинете воцарилась тишина. Мы с Винсом пытались осмыслить все услышанное, а капитан тактично молчал, не мешая нам.
Наконец Винс произнес:
— Это было очень… познавательно и, несомненно, важно, господин Хингар. Ваши маги проделали серьезную работу.
— Как уже сказал Гаторус, понять механизмы действия этого заклинания важно и для нас, — отметил глава Черных Клинков. — И так, что будете делать дальше?
— Для начала нам надо посоветоваться, если вы не против, — ответил Винс.
— Разумеется. Замок в вашем распоряжении, — кивнул тот. — Но учтите, что скоро сюда заглянут королевские нюхачи, которые расследуют нападение на Астарон. Поскольку встреча с ними сейчас не входит в наши планы, мы в ближайшие час-два покинем это место. Так что, если вам вдруг что-то от нас понадобится, имейте это в виду.
Приняв предупреждение к сведению, мы поднялись с кресел и, откланявшись, отправились к себе. А как только оказались в гостиной, Винс повернулся ко мне. Мрачный, с горящим взглядом и играющими желваками на скулах.
— Ты веришь в то, что они нам сказали? — сходу спросил он.
— Не знаю. Да. Наверное. — Я нервно куснула губу. — По крайней мере в то, что касается силы и специфики удара, пожалуй, верю. Ты сам видел, что осталось от замка. И то, как шла атака… удар, потом усиление, блокировка связи… да, на первый взгляд все сходится. Но был ли это кто-то из Магистериума? Вот в это я верить не хочу, Винс. Я… боюсь в это верить.
— А я в это верить просто отказываюсь. — Винс сердито мотнул головой. — Должен быть еще кто-то, и мы его найдем. Найдем того, кто это сделал, Лори, я тебе обещаю. Первый шаг я уже знаю. Нам надо…
— Погоди, какой шаг, Винс? — горько перебила я. — Ты не слышал, что говорил маг? Какой-то маг смог пробить защиту Айронда! И ты его хочешь искать?
— Да, хочу, — твердо ответил он.
Я только покачала головой:
— Брось, нам такое не по силам. Надо связаться с Айрондом. А еще лучше — взять и выбросить эти кальдиты. Он сам сразу явится. Подожди! — Я подняла руку, не давая Винсу возразить. — Я прекрасно понимаю, что ты сейчас скажешь. Что Айронд снова упрячет меня куда подальше, выставит охрану и будет контролировать каждый вздох. Но как иначе? Против такой силы мне не выстоять. Как и тебе.
— Так я же не отказываюсь от его помощи! — горячо ответил Винсент. — Связаться с Айрондом мы всегда успеем. Да что там! Кальдиты долой, и, как ты сказала, он сам тут же примчится! Но сначала, пока у нас есть фора и уверенность врага в твоей смерти, что нам мешает заглянуть в одно местечко?
Я села на диван и, закрыв глаза, обхватила голову руками. Авантюрная натура Винса требовала действий, но разум говорил мне, что самое правильное — вызвать Айронда. Пусть он во всем разбирается, а не мы.
— Ты пойми, я совсем не хочу подвергать тебя опасности! — тем временем продолжал увещевать Винс. — И лично вызову Айронда, если почувствую, что дело становится нам не по зубам. Но что мешает тому, кто все это устроил, повторить попытку? Сама видела, хваленая магия Айронда не помогла. Есть гарантия, что она не спасует и в следующий раз? Особенно если это действительно кто-то из Магистериума? С другой стороны, вдруг клинки все-таки солгали и ведут свою игру? Тогда мы можем упустить время и какие-то улики.
Я не открывала глаз. Слова Винса находили во мне отклик, но я изо всех сил подавляла его собственными разумными, как мне казалось, доводами. И основной из них был простым, как хлебушек, — я очень хотела жить.
— Кто может знать структуру заклятий Кориниума? А, Глория? Кто настолько близок к Айронду, что может разобраться в хитросплетениях его магии? Таких людей наверняка немного. И они наверняка сейчас во все глаза следят за братом, чтобы, если что, первыми узнать о том, что ты еще жива. Так зачем сразу открывать все карты? Все думают, что мы мертвы, а наши тела вплавились в камень.
Я почувствовала, как к горлу подкатил комок, но сдержалась, отогнав мысли о тете Файлине на самый край сознания.
— Клинки снабдят нас ситтером. Так заедем, посмотрим и все. Ну?
— Только заедем и посмотрим, — не выдержав, все-таки сдалась я. — А потом вызовем Айронда.
— Конечно! — мигом просветлев лицом, заверил Винс. — Идем к капитану?
— Идем. — Я вздохнула и встала с дивана.
Мы вышли из покоев и направились к главе Черных Клинков.
Несмотря на то что прошло не более четверти часа, кабинет капитана Хингара, и без того полупустой, теперь и вовсе не напоминал чье-то рабочее место. Исчезли бумаги со стола, в углах помещения как-то будто сама собой появилась пыль. Клинки в буквальном смысле слова стирали следы своего пребывания. Только сам капитан еще сидел в своем кресле.
— Если ваши комнаты больше вам не нужны, мы зачистим и их тоже, — сказал он, поймав наши заинтересованные взгляды.
— Да, пожалуйста, — согласно и с явным одобрением кивнул Винс.
— Благодарим вас за помощь. Мы больше не будем задерживать вас своим присутствием, — вежливо добавила я.
— Хорошо. Могу я спросить о ваших дальнейших планах? — поинтересовался Хингар.
— Мы немедленно отправимся в Лиранию, господин капитан, — тотчас ответил Винс. — Прямо в ведомство барона Рошаля. У меня есть несколько вопросов как к самому барону, так и к собственному брату. Думаю, даже если кто-то из магов Магистериума и виновен, вряд ли он будет взрывать управление Тайной стражи.
Капитан задумчиво побарабанил пальцами по столешнице.
— Верное решение, — наконец сказал он. — Леди Глории лучше оставаться под защитой. Клинки не смогут постоянно охранять ее.
«Интересно, он вправду нам поверил? — мелькнуло в голове. — Или капитан знает о наших настоящих планах? Кто мешал Клинкам подслушать наш разговор? И если никто, то насторожит ли Хингара ложь Винса?»
Но капитан оставался спокойным и невозмутимым.
«Кальдит! — вдруг вспомнила я. — На нас же кристаллы кальдита! Так что прослушать невозможно. И под дверью никто не стоял. А если бы и стоял, то надо обладать очень острым слухом, чтобы расслышать наш разговор через толстую дверь и каменную стену».
Немного успокоившись, я поклонилась капитану.
— Как я и обещал, мы дадим вам ситтер, — сказал тот. — По прибытии в управление Тайной стражи передайте его людям Рошаля. Пусть вернут Брокдорфу. Удачной дороги.
— Несмотря ни на что, было интересно познакомиться с вами, господин Хингар, — произнес Винс. — Жаль, что мне мало кто поверит.
Капитан поднялся из-за стола и слегка прищурился:
— Кто знает, лорд Глерн. Люди зачастую верят в удивительные вещи, а подвергают сомнению как раз самое логичное и очевидное. Все лишь потому, что их ведет сердце и желание верить в чудо, а не логика и холодный рассудок, которые рисуют неприглядную картину реальности.
Я сразу поняла, что он имеет в виду и нас в том числе. Ведь, несмотря на все приведенные доказательства, поверить до конца в то, что моей смерти желали свои же, мы с Винсом не могли.
«Однако выкладки у нас. И пусть их Айронд потом сравнит с тем, что смог узнать сам. Там и выяснится истина, — с мрачной решимостью подумала я. — О чем бы там ни мечтало мое сердце, я все же хочу знать правду. Какой бы неприглядной она не оказалась».
А в кабинет тем временем по какому-то неслышимому зову капитана Хингара вошел Фандор.
— Проводи наших гостей, — приказал ему капитан. — И проследи за тем, чтобы они без помех покинули замок.
— Будет исполнено. — Фандор коротко поклонился и жестом указал нам на дверь.
Простившись с главой Черных Клинков, мы направились за нашим провожатым, а вскоре уже осматривали стоящий во дворе старенький ситтер.
— Кристалл заряжен полностью, — сообщил Фандор. — Механика проверена, дорогу до Лирании он выдержит.
Винсент скептически хмыкнул, но комментировать уверенное заявление Клинка не стал. Просто взял из его рук ключ-кристалл и уселся на водительское место.
— Будь здоров, Фандор, — сказал, он. — Я тебе должен и верну долг при первом удобном случае.
Воин пожал плечами:
— Вы ничего не должны мне, лорд Винсент. То, что я вас спас, — лишь случайность. Моей задачей было охранять леди Глорию.
— Спасибо за это, — поблагодарила я и обошла ситтер.
Правда, перед тем как сесть рядом с Винсом, бросила взгляд на замок. Нашла нужное окно. Капитан Хингар смотрел на меня и, заметив, что я подняла голову, прощально взмахнул рукой. Я помахала в ответ и забралась в ситтер.
Винс тотчас активировал его, и мы медленно поплыли к воротам. Во дворе по-прежнему было пусто, однако Винс непрерывно крутил головой по сторонам.
— Ты что-то потерял? — недоуменно уточнила я.
— Тридцать человек, — ответил он.
— Чего?
— Фандор сказал, что замок охраняют тридцать Клинков. Сейчас я не вижу ни одного.
— Ты и в прошлый раз только пятерых заметил, — не удержавшись, съязвила я.
Промолчав, Винс выехал за ворота и прибавил скорость. Старенький ситтер сделал это неохотно, раскачиваясь на неровной дороге и поскрипывая. Честно говоря, я даже засомневалась, что он и впрямь сможет доехать до Лирании. Однако поделиться сомнениями не успела: едва замок скрылся за очередным поворотом, а вокруг сомкнулись деревья, Винс остановил ситтер.
— Ты чего? — не поняла я.
— Погоди. — Он нахмурился. — Надо вспомнить карту.
— Зачем? Нам сейчас прямо, на развилке налево, а там через мост — и прямой тракт на Лиранию.
— Угу. Только, если ты уже забыла, перед этим нам нужно посетить одно место. И дорога к нему идет в стороне от тракта, — сообщил Винс.
— А-а… так куда нам надо-то? Ты так и не объяснил. — Я вопросительно посмотрела на него.
— Помнишь, маг Клинков говорил, что заклятие на Астарон было направлено с двух точек?
Я кивнула.
— Помню.
— Но связующих якорей для этого заклинания, если мне не изменяет память, было три, — поделился Винс. — И про третий Гаторус не сказал ничего. Почему?
— Хм. — Я нахмурилась. — Не знаю. Может, потому, что там не было ничего важного?
— Или совсем наоборот. — Винс недобро усмехнулся. — Посмотрим. И проверим. Сами. Нам нужен холм, который на карте был подписан как Диканар. Он расположен достаточно далеко от Астарона, плюс у Клинков была фора в определении точек воздействия. Так что есть шанс, что до Диканара еще не добрались… никто не добрался.
— Погоди, какой шанс? — мотнула я головой. — Маги ведь способны открыть туда портал. Да и вообще, тот, кто активировал заклинание, мог сразу уничтожить свои следы и…
— «Нет» на оба замечания, — перебил меня Винс. — Ты представляешь всю мощь обрушенной на Астарон магии? Тот, кто занимался подготовкой удара, остаться рядом с той точкой никак не мог искажения магических полей такого уровня смертельны для всего живого. Так что ему в любом случае пришлось ждать и явно не в соседнем лесочке. Исчезновение сильного мага ровно в тот момент, когда происходит атака или сразу же после нее, было бы слишком подозрительно. Учитывая, что Айронд точно начнет проверять алиби всех сильных магов, так нашему врагу подставляться нельзя.
— А портал?
— Искажения, — повторил Винс. — Портал может отбросить тебя демон знает куда, причем не факт, что в целом виде, а не по кусочкам. В ближайшие несколько суток в каждую из трех точек только своим ходом добраться можно. Так что надо поспешить.
И ситтер, протестующе заскрежетав, резко рванул вперед.
Я откинулась на спинку сиденья и глубоко вздохнула, чувствуя, как меня охватывает настоящий охотничий азарт. Я не сидела взаперти, меня никто не искал, я была предоставлена сама себе. И у меня имелась цель. Убийца тети Файлины будет найден. В этом я была готова поклясться.

Глава 9

Добраться до Диканара оказалось не так просто. Тракт огибал его задолго до подножья, так что нам пришлось съехать в лес и оставить ситтер там. Мысль о том, чтобы хоть как-то замаскировать экипаж, Винс отмел как несущественную.
— Если на него местные крестьяне наткнутся, и так не тронут. Вон, герб Брокдорфа увидят и не станут связываться. С дороги его не видно, если специально не выглядывать. А времени у нас совсем в обрез. Если хоть ненадолго поисковую группу опередим, уже хорошо.
Так что оставшийся до холма путь мы проделали пешком, иногда по едва заметным тропкам, а иногда и продираясь через заросли кустарников и мелкого подлеска. Лишь раз остановились, чтобы напиться из ручья. Ну и заодно я послушала ворчание Винса на тему того, что, будь он поумней, то непременно захватил бы из замка хоть какой-нибудь ножик. А то он, видите ли, словно голым себя чувствует.
Сам холм Диканар оказался не слишком высоким, но все равно забираться наверх, путаясь в высокой траве и то и дело запинаясь о торчащие корни, было утомительно. Деревья, облюбовавшие себе место на склонах, словно специально не желали пускать корни вглубь, а то и дело норовили их протянуть мне под ноги.
Вершина же холма представляла собой большую, заросшую травой поляну с какими-то небольшими каменными развалинами. Над ними стояло легкое марево, показывая, что пришли мы туда, куда надо.
К развалинам Винс первым делом и направился.
— Интересно, кто здесь раньше жил? — размышляла я, шагая за ним следом.
— На жилье не похоже, — отозвался Винс. — Скорее всего, здесь когда-то застава стояла. Может, башня была с сигнальным костром наверху, может, пост. Сейчас уже не понять. Камни старые, вон как в землю вросли.
Мы осторожно подошли к останкам каменной постройки, но магическое марево действительно уже было не опасным. От него лишь слегка покалывало кожу.
— Чего искать будем? — уточнила я.
— Надо подумать и сориентироваться. Так, подожди…
Винс залез на большой валун, перебрался с него на остов стены. Вниз посыпались мелкие камушки.
— Осторожней! — крикнула я, глядя вверх. — Тут все может обвалиться от одного чиха!
— Я не собираюсь чихать! — заверил Винс, забираясь еще выше и перепрыгивая на следующую руину.
Внезапно камень у него под ногой вылетел, и Винс повис, крепко уцепившись за какой-то выступ.
— Винс!
— Не кричи. Тут высота-то всего пара этажей. Не разобьюсь.
Он осторожно нащупал ногами упор и вновь полез наверх, а достигнув самой высокой точки, огляделся.
— Так, замок твой отсюда почти не виден, — наконец донесся его голос. — От реки туман, что ль, поднимается, не пойму.
— Здесь же, судя по рассказу того мага, не точка фокусировки, а место для якоря заклинания. Ему видимость ни к чему, — напомнила я. — Холмы-то другие видишь? Как их там?
— Чайновур и Гивенил, — отозвался Винс. — Язык сломаешь, пока выучишь… так, если замок там, значит, Чайновур будет по правую руку от реки… да! Холмы в прямой видимости.
Винс снова повернулся в сторону замка и приложил ладонь ко лбу, вглядываясь во что-то.
— Так, Глория, сюда уже идут, — наконец сказал он. — Здоровый отряд стражи. Мага не разглядеть, но и без того ясно, что он там точно есть.
— Далеко?
Не ответив, Винс начал спускаться, а через несколько секунд просто спрыгнул вниз, мягко приземлившись поодаль.
Я поспешила навстречу:
— Сколько у нас времени?
— Ну, пока они только с тракта сошли. Идут бодро, но с той стороны до холма дальше, чем с нашей. Думаю, что полчаса у нас в запасе имеется. Надо поспешить. Ты как, готова?
— Нет. Но я постараюсь, — глубоко вздохнув, заверила я. — Другого шанса-то не будет, судя по всему.
Кивнув, Винсент отошел, чтобы не мешать, и я закрыла глаза, сосредотачиваясь.
Моей специализацией была именно поисковая магия, и практики в последнее время было достаточно. Так что, если здесь что-нибудь есть, то я это найду.
Привычно сплетая нужное заклинание, я была в этом абсолютно уверена. Но… ровно до того момента, как оно, едва успев сформироваться, взяло и просто развеялось!
Не поняла!
Нахмурившись, я сосредоточилась и попробовала снова. Заклинание вновь начало формироваться, легко, непринужденно. Ничто не препятствовало текущей вокруг меня силе. Однако при попытке придать ему направление, опять случился «пшик».
Да какого демона тут происходит?!
Оставив поиски, я постаралась просто сосредоточиться на силе, но даже эта попытка закончилась неудачей. Я чувствовала магию, ощущала ее вокруг себя без каких-либо проблем. Но стоило только попробовать что-либо сотворить, как она просто ускользала от меня, словно просачиваясь сквозь пальцы.
Я открыла глаза, стряхивая оцепенение. Винс стоял неподалеку и напряженно вглядывался в ту сторону, с которой должен был появиться отряд.
— Не получается, — сообщила я слегка севшим от напряжения голосом.
— Что? — тотчас развернулся он ко мне.
— Не получается, Винс, — повторила я. — Я не могу составить даже простейшее заклинание. Магия не слушается.
Он недоверчиво прищурился:
— Подожди, как это? Не понимаю…
— Я тоже! Магия никуда не делась, но заклинания не работают, а просто распадаются, едва сформировавшись!
— Как в Громорге?
Я отрицательно мотнула головой:
— В Громорге магии не было вообще. Там кристаллы-блокаторы работали. А тут все совсем странно: магия есть, и она недоступна…
— Стоп! — перебил Винсент и поднял руку. — Сейчас сам попробую.
Я ощутила колебания силы — мгновенно сотканное заклинание, которое Винс попытался бросить взмахом руки в сторону большого валуна. Судя по всему, это должен был быть плотный удар воздушного кулака, сотканного волей мага, от которого с валуна махом сбило бы весь наросший мох.
И ничего. Винсент недоверчиво посмотрел сначала на невредимый валун, затем на собственную руку, снова на валун…
— Теперь понял? — спросила я.
Он кивнул:
— Понял. Понял то, что эти штуки, что мы с тобой носим, не только отражают от нас поисковые заклинания, но и не дают колдовать нам самим.
— Кальдиты?
— Они самые. Интересно получается… мы что же, теперь неуязвимы для магического воздействия вообще?
— Вряд ли, — не согласилась я. — Ведь тогда, если у Клинков есть подобные штуки, что могло помешать им уже давно взять и просто грохнуть короля, а заодно и перерезать весь Магистериум? Никакая защитная магия Кориниума не была бы для них проблемой. Ну и вся магия Айронда оказалась бы бесполезной в возможной схватке.
— Да, пожалуй. — Винсент задумчиво цокнул языком. — Значит, или это свойство кальдитов все-таки поддается внешнему воздействию, отбивая лишь самые простые заклинания, или этих самых кальдитов у Клинков очень мало.
— Второй вариант отпадает, — тут же отметила я.
— Почему это?
— Какой смысл давать их нам, если это такая ценность? — спросила я. — Да и для диверсии Клинкам много их и не надо. Ты же сам убедился в том, как они умеют скрываться. Хотели бы проникнуть к Дабарру — проникли бы.
— Логично, — признал Винс. — Ладно, потом с этими кальдитами разберемся. Не до них сейчас.
— Угу. — Я, в свою очередь, посмотрела в ту сторону, с которой должна была появиться стража. — Что теперь? Раз магия недоступна и твоя идея с поиском не сработала, уходим отсюда и зовем Айронда?
— Подожди. Время у нас еще есть. — Винс целеустремленно зашагал обратно к развалинам. — Хотя бы попробуем просто здесь все осмотреть. Я, между прочим, следователь, и без магии обходился. Походим вокруг и поищем то, что может быть неправильным для этого места. Смотри внимательно, может, что-то глаз «царапнет».
Несмотря на то что в успехе осмотра я сильно сомневалась, все же кивнула. Можно и попробовать, почему бы и нет?
Винс указал направо.
— Ты начнешь оттуда, а я зайду с другой стороны. Не спеши, четверть часа у нас есть.
Я послушно пошла к указанному месту, внимательно глядя под ноги и вокруг себя. Как и предполагалось, ничего особенного, кроме дрожащего в воздухе марева, не наблюдалось: валуны да булыжники. Некоторые покрыты мхом, некоторые вросли в землю. Камни как камни. Лежат себе, никого не трогают.
Эх, все-таки поисковик я магический! Без своих способностей ничего толком не могу.
Об этом я и сообщила Винсу, когда мы вновь встретились. Но тот, в отличие от меня, разочарованным не выглядел.
— Привыкла ты на магию полагаться, — подтвердил он, подводя меня к одной из полуразвалившихся стен. — Смотри внимательно. Что ты видишь?
Я пригляделась к кладке, потом посмотрела на него и молча покачала головой. Что тут видеть-то?
— Смотри на камни внизу. — Винсент указал рукой на большой камень. — Видишь, нижняя часть его темная?
Хм? Ну, возможно. Не то чтоб темная, но, да, слегка отличается от серой поверхности верха.
— А почему? — продолжил Винс. — Потому что кто-то вставал на него ногой. Скорее всего для того, чтобы забраться повыше. Встал, а камень пошатнулся. Темная его часть как раз была в земле.
Он наклонился к указанному камню и осторожно провел рукой по его поверхности.
— Да, так и есть. Разная структура. А вот и след. — Он показал рукой на едва заметную полосу грязи. — Тут у него нога слегка соскользнула…
Винс не спеша обошел камень, а потом задрал голову, оценивая высоту обвалившейся части строения.
— Значит, зачем-то ему надо было попасть наверх. Спрашивается — зачем? — и с этими словами он стал карабкаться по осыпающейся стене.
Одновременно с этим со стороны леса раздалось отдаленное эхо голосов и звяканье металла.
— Винс! — тревожно позвала я. — Я, кажется, слышу голоса! Нам не пора уже уходить отсюда?
Конечно, это были условно «наши» стражники, но мало ли? Попадаться им на глаза в месте, где нельзя было открыть портал и соответственно надеяться на мгновенное появление Айронда, не хотелось. Если и возвращаться официально в мир живых, то только рядом с мужем.
— Пора, конечно, — отозвался Винс напряженным голосом, слепо шаря рукой по верху. — А что это у нас тут такое?
Схватив что-то, Винс спрыгнул вниз.
— Что там? — подскочила к нему я.
Тот с торжеством продемонстрировал острый, оплавленный узкий обсидиановый штырь с ладонь высотой.
— Похоже, это наш артефакт. Точнее, то, что от него осталось. Теперь надо только считать с него ауру создателя и…
— Не выйдет, Винс, — перебив, разочаровала я его. — Артефакт пропустил через себя чудовищный поток силы. Посмотри, он аж оплавился. Никаких следов с него уже не считать.
Торжественное выражение на лице Винсента мгновенно сменилось досадой.
— Никогда не любил магию, — буркнул он. — Вечно у вас одни сложности. А ведь такой хороший был план!
— Зато, возможно, есть шанс считать след со следа… — Я задумчиво куснула губу и посмотрела на обнаруженный ранее Винсом камень. — Шансы невелики, конечно, и маг должен быть профессионалом посильнее, чем я…
— Найдем мага, не проблема! — вновь оживился Винс, тотчас склоняясь над следом. Оторвав от своей рубахи клок ткани, он быстро соскоблил в него землю и завязал узлом, а затем резко поднялся, подхватил меня под локоть и потянул с холма, устремляясь в сторону от теперь уже отчетливо слышимых голосов.
— Еще чуть-чуть! Мэтр, вам помочь?! — голос за спинами заставил нас резко метнуться за ближайшие кусты.
Пригнувшись, мы осторожно выглянули из-за них, чтобы оценить возможность дальнейшего отступления. И увидели, как из леса к холму выходит отряд стражи с сухощавым пожилым магом во главе.
— И что тут у нас? — раздался его недовольный дребезжащий голос. — Руины, значит. Сержант, прикажите своим людям оставаться здесь, иначе затопчут все. Я сам все посмотрю.
Шедший за магом поджарый мужчина в форме тотчас махнул рукой. Повинуясь жесту сержанта, стражники тотчас остановились, и маг в одиночестве неспешно зашагал к руинам.
Я покосилась на Винса, но тот во все глаза наблюдал за происходящим на холме и уходить пока, судя по всему, не собирался. Хочет, что ли, проверить, почувствует ли маг, что здесь кто-то был? Враг, например… или мы.
Чувствуя, что начинаю нервничать, я куснула губу и тоже принялась следить за действиями мага. А тот спокойно обошел разрушенную постройку, немного постоял с полузакрытыми глазами и повернулся к своим людям:
— На первый взгляд никого постороннего здесь в ближайшее время не было. Видимо, враг хорошо умеет скрывать следы. Я попробую считать их более сильным заклинанием, так что прошу не мешать.
Я вновь бросила взгляд на Винса. Перехватив его, тот указал рукой на свой кулон из кальдита и одобрительно поднял большой палец вверх. Что ж, артефакт действительно хорошо скрывал наши ауры.
Интересно, какое более сильное заклинание собирается использовать маг теперь?
С профессиональным любопытством я наблюдала, как маг развел руки, словно желая охватить весь холм, и прикрыл глаза, сосредотачиваясь. А потом…
Потом руины вспыхнули!
Вытаращив глаза, я растерянно смотрела на ослепительное, выжигающее самое пространство пламя. Запахло горячим камнем и прокаленной землей, показывая, что мне это не чудится.
Но ведь это не было поиском ни в каком виде! Маг старательно и со всем тщанием уничтожал все следы того, кто ставил здесь магический якорь разрушающего заклинания! Не только слабый след на земле, что заметил Винс, но и все вокруг, с гарантией! И минуты не прошло, как руины на холме в магическом плане оказались буквально стерильны.
Когда огонь исчез, маг оглядел черные подпалины на камнях и удовлетворенно кивнул, словно сам себя хваля за отлично проделанную работу. Затем повернулся к стоявшим в отдалении воинам:
— Эй, вы там! Считайте, вам сильно повезло, что я поднялся сюда первым. Враги оставили серьезную ловушку! Видели, как полыхало? От вас бы тут даже костей не осталось!
Из рядов стражи послышалась тихая ругань.
— Что прикажете делать, мэтр? — напряженно уточнил сержант.
— Ну, заклятье я развеял, теперь тут безопасно, — ответил маг. — Так что я продолжу поиски здесь, а вы пока прочешите окрестности. Если что-то обнаружите, зовите.
— Вас понял, мэтр! — отчеканил сержант, а потом рявкнул: — Разделиться! Первая подругппа налево, вторая направо! Вы слышали мэтра Вайгаупта! В развалины не суемся!
Тут же Винс коротко, призывно махнул мне рукой, показывая, что пора отходить.
— Вон туда, назад и левее давай, пока они между собой на группы разбиваются, — шепнул он.
Стараясь не шуметь, мы принялись отходить, спускаясь все ниже и прячась за деревьями. А когда вершина холма скрылась из виду, припустили со всех ног вниз.
Задыхаясь, я бежала за Винсом, стараясь не отпускать взглядом его спину. Ноги словно сами несли меня, перепрыгивая ямы и кочки, минуя камни и тяжелые ветки. Глаза заливал пот, но, к счастью, когда в боку немилосердно закололо, Винс сбавил ход, а вскоре и вовсе перешел на быстрый шаг.
Ориентацию я потеряла давно и теперь надеялась только на то, что Винсент уверен в направлении. Но все равно, увидев стоявший ситтер с гербом рода Брокдорфов на двери, вздохнула с облегчением. Едва мы оказались внутри, Винс сразу активировал кристалл и, резко развернув ситтер, выехал на дорогу.
Некоторое время мы молчали. Потом я не выдержала:
— Винс, ты видел? Он же просто уничтожил все следы! Специально! И наврал остальным про ловушку!
Не отрывая взгляд от дороги, он кивнул.
— И одежда… Балахон этот. Стандартный, из Магистериума! — не успокаивалась я.
— Ты на нем знак Магистериума видела? — спросил в ответ Винс. — Сшить себе одежку дело нехитрое.
— Видела! — отрезала я. — Когда он колдовать начал и руки поднял Ранг с такого расстояния я, конечно, не разглядела, но медальон видела совершенно точно.
Винс, не снижая скорости, объехал крестьянскую телегу и, выровняв экипаж, сказал:
— Стража тоже очень на настоящую похожа. Стандартная форма, рукояти мечей. Ничего не понимаю. Ну не мог Магистериум такое организовать!
— Почему? — тихо спросила я. — Потому что это Магистериум?
Он скрипнул зубами.
— Все очень серьезно, Винс. — Я нервно вцепилась пальцами в край сиденья. — Получается, что Клинки в своих рассуждениях правы. Нужно срочно рассказать все Айронду и…
— Нужно. Но не срочно, — перебил меня Винс. И, не давая возразить, продолжил: — Если принять за факт худшее — то, что предатели действительно из «наших», и просто так сейчас снять кальдиты и дернуть сюда Айронда — значит сразу сообщить им, что мы живы. Ведь за ним наверняка следят. Так мы можем спровоцировать новую атаку. Нет, сначала нам нужен план, что делать дальше. Побудем мертвецами еще немного, пока это дает нам определенную свободу действий. Кальдиты защитят нас от следящей магии, а простейшая маскировка изменит внешность. Найдем хорошего мага-поисковика, проверим след и уж потом, со всеми доказательствами, придем к Айронду.
— Какая маскировка? — пробормотала я. — На нее деньги нужны, Винс. Да и на хорошего мага тоже. Причем много. А где их взять? Мы не можем обратиться в Королевский банк, сам понимаешь.
Винс нахмурился. Видно, такая простая мысль ему в голову не приходила.
— Обратимся в ломбард, — наконец сказал он и продемонстрировал запястье с золотой цепочкой. — Всегда знал, что полезно таскать на себе немного драгоценного металла. Правда, я думал, что ее судьба быть пропитой в каком-нибудь веселом кабаке. Вырученных за цепочку денег вполне хватит на еду, ночлег и простую маскировку. А потом мы добудем еще, благо есть человек, который нам крайне обязан.
— Это кто же? — удивилась я.
— Забыла? — Винс криво усмехнулся. — А кого мы из Громорга освободили, когда вытаскивали оттуда Айронда? Вот и нанесем ему визит.
А ведь точно! Ругар, король воров, или Ночной король, как он сам себя величал, нам должен. И долг вернуть обязан. Конечно, это значит, что нам придется открыть Ругару тот факт, что мы еще живы…
— Кроме него, никто знать не будет, я все продумал, — заверил Винс, отвечая на высказанные мной опасения. — А сам Ругар нас не выдаст.
— Уверен? — засомневалась я.
— Уверен. — Винс кивнул. — Это долг жизни. С таким не шутят. Ну и, если что, у нас всегда остается вариант в случае неудачи призвать Айронда.
Что ж… я глубоко вздохнула. Кажется, опять придется лезть в катакомбы.

Глава 10

Чем ближе мы подъезжали к столице, тем оживленнее становился тракт. Навстречу теперь попадались не только телеги и идущие пешком люди, но даже ситтеры. Сама дорога стала лучше, что позволило Винсу прибавить скорость и сообщить, что, если повезет, мы прибудем в Лиранию к вечеру.
Но когда впереди, в свете заходящего солнца, показались высокие стены столицы, он неожиданно свернул с тракта на обводную дорогу и загнал ситтер в придорожные заросли ивняка.
— На воротах стража, нечего лицами светить, — пояснил Винс. — Скоро, если мне не изменяет память, должен идти дилижанс от Поймы. На нем и доедем, стражники в пассажиров обычно особо не всматриваются.
Я немного подумала и согласилась. Но тут же спросила:
— А ты думаешь, нас другие пассажиры дилижанса не узнают?
— С чего бы? — беззаботно ответил Винс. — Ты преувеличиваешь людскую внимательность. Тем более мы слегка себя «приукрасим».
Он отряхнул штаны, поправил пиджак, чтобы не было видно оторванного рукава у рубашки, и огляделся.
— Так, нам нужен… вот! Он самый!
— Чего? — не поняла я, тоже стараясь привести в порядок одежду.
— Стебленник, вот чего, — отозвался Винс, подойдя к каким-то лопухам и срывая большие листья.
Я молча смотрела, как он старательно размял в руках лист, превратив его в кашицу, а затем осторожно протер этой массой лицо. Несмотря на то что сам лист когда-то был зеленого цвета, полученная Винсом кашица оказалась бесцветной.
— Что ты делаешь? — по-прежнему не понимала я.
— Маску косметическую. — Винс фыркнул. — Давай не стой. Делай как я.
Ну ладно. Пожав плечами, я тоже сорвала лист и старательно растерла его в ладонях. Подняла взгляд на Винса и охнула.
— Теперь понятно? — засмеялся он.
Лицо Винса приняло желтоватый оттенок, разом прибавив ему возраста. Кожа стала стянутой, резко очертив скулы. Да, узнать его было можно, но… но только в теории. Посторонний человек, видевший Винсента Глерна только на экране в новостях, вряд ли связал бы с ним этого изможденного пожилого мужчину.
— Это как? — удивилась я. — От лопуха этого?
Винс кивнул.
— Ага. Не думал, что военная ботаника мне в жизни пригодится, ведь магическую маскировку наложить гораздо проще и качественнее. Но не в нашем случае. Сок стебленника сильно обезвоживает кожу. Эффект, конечно, временный, но нам надолго и не нужно.
Я осторожно протерла лицо влажной кашицей, ожидая неприятных ощущений. А чего еще можно ожидать, глядя на резко постаревшего Винса?
Но все обошлось. Масса была просто прохладной, и поначалу я вообще ничего не почувствовала. Но потом, подсыхая, она начала заметно стягивать кожу на лице. Ощущения были такими, будто на коже высох слой глины или клея, и теперь от каждого движения лицевых мышц он трескается, образуя страшноватую маску.
— Прекрасно, — прокомментировал Винс через несколько минут, рассматривая меня. — Собери волосы в узел, губы подожми… вот! Теперь я знаю, как ты будешь выглядеть лет через тридцать.
— Винс!
— Да ладно тебе, Айронду я не расскажу, не волнуйся, — хохотнул он. — А через час-полтора все сойдет. Пока же на всякий случай давай вот еще что…
Подойдя к небольшой елке, Винс сорвал с нее несколько маленьких, еще зеленых шишек.
— Это тебе. — Он протянул мне на ладони две штуки.
— Зачем? — буркнула я. — Тоже намазаться?
Винс фыркнул и запихнул две оставшиеся шишки себе за щеки, моментально изменив пропорции лица.
— Что я делаю… — пробормотала я, следуя его примеру.
Рот наполнился хвойным ароматом.
— Винш… Тьфу ты! Виншш, что дашше? — прошипела я. — Как мне ражговаривать теперь?
— Никак. Молшшать, — ответил он. — Молшание — золото. Ошобенно в твоем вожраште. — И, легко увернувшись от моего тычка, показал рукой на тракт: — Давай бегом. Вон дилижанш идет. И голову держи пониже. Шай, не молодая уже глажами во вшех штрелять.
Остановив транспорт, Винс быстро переговорил о чем-то с магом-возницей, старательно заламывая руки, отчаянно шепелявя и кивая на меня. Наконец тот сжалился и пустил нас внутрь.
Старательно не глядя на шестерых пассажиров, я примостилась в уголке. Винс сел рядом.
— Што ты ему шкажал? — спросила я. — Денег-то у наш нет.
— Шкажал, што ты от моего брата ш любовником шбежала. А я вот нашел и нажад тебя вожвертаю. У брата же давно руки чешутся проучить глупую бабу.
И довольно захихикал, чуть не подавившись шишкой.
Как и предсказывал Винс, стражник у ворот лишь мельком бросил взгляд в дилижанс и тут же дал знак проезжать. Время было вечернее и он явно желал только одного — чтобы поскорее явилась смена и можно было перед сном заглянуть в какой-нибудь знакомый кабачок. И такие желания я приветствовала со всем возможным энтузиазмом.
Выйдя из дилижанса на первой же остановке городской окраины, у рынка, мы первым делом выплюнули изжеванные шишки и огляделись.
— Мне срочно требуется что-то выпить, а то этот хвойный аромат во рту слишком напоминает магические освежители в туалетных комнатах Кориниума, — не терпящим возражения тоном сказал Винс. — Где тут хоть какой-нибудь ломбард?
После чего, не дожидаясь ответа, подхватил меня под руку и пошел вперед.
Стянутость кожи на лице постепенно проходила, что заставило нас ускорить шаг и с особой внимательностью вглядываться в вывески. Наконец мы свернули с широкой улицы в темный проулок, и довольный Винс указал рукой на небольшую скрипучую доску, подвешенную на цепях.
Большими узорными буквами сверху на ней было написано: «Ломбард и Скупка», а чуть ниже, более мелким шрифтом: «Честные цены и Достойное обращение».
— Я знал, что не ошибусь, — гордо сказал Винс. — Грамотный хозяин всегда откроет подобное заведение недалеко от кабаков и торговых площадей. Самый нужный клиент — пьяница или рыночный воришка.
Вечер еще не вошел в полную силу, так что уличное освещение пока не включилось. Но здесь, в узком проулке, сумерки давно вступили в свои права, и это нам было только на руку. Судя по ощущениям, от нашей маскировки уже почти ничего не осталось.
Мы подошли ко входу, и Винс пару раз громко стукнул кулаком в дверь.
— Здесь же колокольчик висит… — начала было я, но тут дверь открылась, явив нам нечто огромное и широкое.
Это был высоченный, заросший почти до самых глаз густой бородой и при этом совершенно лысый мужчина. Его широченные плечи с легкостью перегораживали дверной проем, а кожаная рубаха почти трещала по швам при каждом движении. Руки, больше всего походившие на окорока, он скрестил на могучей груди и вопросительно воззрился на нас сверху вниз, не делая и попытки освободить проход.
— Нам бы в ломбард, — пискнула я. — По делу.
Вперед шагнул Винс.
— Слышал, громила? Мы по делу. Или вам вывеску тут ради шутки кто-то повесил?
Гигант, не спеша, оглядел его с ног до головы, потом так же тщательно осмотрел меня и, по-прежнему не говоря ни слова, отступил внутрь, давая возможность пройти.
Винсент шагнул первым. Я — за ним, стараясь не отставать.
Входная дверь вела в небольшое помещение, которое к тому же было надвое перегорожено кирпичным барьером в половину моего роста и железной решеткой, одной стороной вмурованной в кирпич, а другой в потолок. В решетке открылось небольшое окошко, и кто-то брюзжащим голосом произнес:
— Ну, заходите, чего встали! Микаэль, затвори дверь на засов. И оставайся поблизости.
Мы подошли к решетке, и я наконец смогла разглядеть хозяина ломбарда.
Им, в противоположность громиле, оказался невысокий тощий старичок с живыми глазами и аккуратной бородкой. Поджав губы, он посмотрел на Винса, полностью игнорируя меня, и нетерпеливо побарабанил пальцами по небольшому столу, стоявшему по ту сторону барьера.
— Чего стоим? Кого ждем? — все так же брюзгливо осведомился он. — Людей я, кстати, в качестве залога не принимаю. — Он указал на меня пальцем и кашляюще хохотнул, в полном восторге от своей шутки. — И вообще, залог только для постоянных клиентов. Для остальных только скупка, уж не обессудьте.
— Какой веселый господин нам попался, — проворчал тихонько Винсент и склонился над окошком. — В залог не принимаете, значит? Ну что ж, скупка так скупка. У меня не слишком много времени, уважаемый…
— Иаков Мансыпер мое имя, — представился старик. — Сказал бы, что к вашим услугам, но это будет неправдой, — и весело хохотнул снова.
Винс хмыкнул и снял с запястья золотую цепочку.
— Сколько дашь за это?
Хозяин осторожно взял у Винса браслет, отошел к столу и уселся на скрипучий стул. Цепочку он положил перед собой и внимательно изучил ее через ювелирную лупу, надвинув окуляр на правый глаз. Затем ухмыльнулся, достал из ящика бутылочку с какой-то жидкостью и аккуратно капнул на цепочку одну каплю. Снова посмотрел через прибор.
— Пять серебряных монет, — наконец вынес старик вердикт.
— Чего?! — тут же взвился Винс. Негодование в его голосе было столь велико, что гигант Микаэль подошел поближе, заметно напрягшись. — Да это браслет работы мастерской самого Тадеруна! Он стоит по меньшей мере десять золотых!
Мансыпер посмотрел на Винса с легкой укоризной:
— Вы в ломбарде, уважаемый, а не в лавке ювелира. Мне все равно, из какой мастерской вышла эта вещица. Шесть серебряных монет.
— Да ты совесть себе купи за эти деньги! — воскликнул в ответ Винс. — Жиреете тут на наших харчах! Восемь золотых, и я буду рекомендовать вас своим друзьям.
Хозяин еще раз посмотрел на браслет.
— Тут одно звено растянуто. Да еще и царапины. Ну да если сам Тадерун, на которого мне в общем-то плевать, то… Демон с тобой, десять серебряных монет за эту цепочку и запомни мою щедрость.
— Твою щедрость?! Один золотой за эту цепочку?! Один?! Да я не только запомню твою щедрость, она будет ко мне в кошмарах по ночам приходить! Семь золотых и не меньше! Или давай ее сюда, и мы пошли.
Хозяин поцокал языком и покачал головой:
— А откуда, позволь спросить, у простого человека такая вещица? Может, ты украл ее? И мне следует прямо сейчас вызвать городскую стражу? Глядишь, и хозяин найдется. Вознаградит меня за возвращенную пропажу. Два золотых.
Винс рассерженно топнул ногой, совершенно не обращая внимания на подступившего Микаэля:
— Шесть золотых, и я не стану запихивать тебе в глотку твои слова и подозрения. А если твой сторож не перестанет надо мной нависать, я сначала дыхну ему в рожу, а потом отправлю отдыхать в мир сосновых лесов. Шесть, твою мать, золотых!
— Пять! И я забуду, что вы тут были!
— Согласен, гад ты эдакий!
Хозяин удовлетворенно улыбнулся и совершенно спокойным тоном, словно и не орал только что, спросил:
— Какой монетой желаете получить? Крупной или разменять помельче?
Винс также спокойно ответил:
— В серебре, если можно, уважаемый.
— Приятно иметь дело с достойным человеком, — еще сильнее расшаркался хозяин ломбарда.
И, отсчитав пятьдесят серебряных монет, ссыпал их в плотный мешочек, который и протянул Винсу через окошко.
Винсент принял мешочек и слегка подбросил его на ладони.
— У вас там… под ногу монетка случайно завалилась. Вон, виднеется, — с самым умильным видом произнес он.
В маленьких глазах хозяина блеснуло невольное уважение.
— Ох, прошу простить. Неловок и неуклюж, знаете ли, — проговорил он, поднимая с пола серебряную монету и протягивая ее Винсу.
Я во все глаза смотрела на это представление и могла только гадать, как старик умудрился уронить тяжелую монету на каменный пол так, чтобы не раздалось не единого звука.
— Приятно иметь с вами дело, господин Мансыпер, — откланялся Винс. — При случае обязательно зайду поговорить. Так, о жизни, о философии.
— Непременно заходите. Буду чрезвычайно рад, — разулыбался хозяин напоследок и сделал знак своему охраннику.
Микаэль неловко прошел вперед и распахнул перед нами дверь.
Оказавшись на улице, Винс глубоко выдохнул. Да и я с облегчением перевела дух.
— Приходите еще, — внезапно раздался сзади тоненький, почти детский голосок.
Мы, словно по команде, развернулись, уставившись во все глаза на огромного гиганта. А когда за ним захлопнулась дверь, Винс задумчиво посмотрел на меня:
— Теперь я понимаю, почему он всегда молчит.
В корчме, где мы решили остановиться, было полно народа. Винс быстро сунул владельцу заведения одну серебряную монету и тот споро освободил нам стол в самом темном углу, приказав вышибале выбросить вон два спящих тела. И вскоре перед нами исходил паром большой горшок с гуляшом, на деревянном блюде лежал нарезанный крупными кусками хлеб, а из широкого горлышка пузатого кувшина лезла наружу пивная пена. Чай тут не подавали: судя по удивленному взгляду хозяина, он вообще забыл, что значит это слово.
Только сейчас поняв, насколько голодна, я схватила ложку и жадно набросилась на неимоверно вкусный гуляш. Винсент тоже не дремал, так что горшок очень быстро опустел. Наконец почувствовав себя сытой, я довольно откинулась на спинку стула, наблюдая, как Винс разливает пиво в кружки. Придвинув ко мне одну из них, он надолго припал к своей, не обращая внимания на шапку пены.
Я тоже сделала несколько глотков, правда, более аккуратных. Пиво я не особенно любила, но после плотного ужина его вкус показался мне восхитительным. В меру холодное, с приятной горчинкой, оно мягко скользнуло внутрь, пощипывая язык.
Когда же Винс оторвался от своей кружки и принялся наливать вторую, я спросила:
— Что будем делать теперь? Я больше не чувствую действие того растения, да и твое лицо стало совсем обычным. Нас могут узнать.
— Только не в этом месте. — Он беззаботно махнул рукой. — И не сейчас. Разве что наши портреты повесят прямо над стойкой. Но это сомнительно. Вряд ли здешний хозяин разрешит портить прекрасное дерево мерзким клочком бумаги, пусть и направленной из какого-нибудь районного управления городской стражи. Если, конечно, там не будет слов о большой награде.
— Так что дальше?
— Дальше мы с тобой как следует выспимся. Встать надо будет рано, до рассвета. Пока улицы пустые и шаги патруля слышны издалека, доберемся до одного места. Там нам помогут. Не бесплатно, конечно, но, думаю, денег хватит.
— С чем помогут? — не поняла я.
— С одеждой и внешней маскировкой. Благодаря кальдитам ауру можно не маскировать, так что мы серьезно сэкономим.
— Нас же узнают…
— Не переживай. Тот, к кому мы пойдем, скажем так, не сильно любит, когда на него обращает внимание власть, — заверил Винс. — Ну и знакомство у нас давнее, и пока он меня не подводил. Так что, уверен, болтать мой знакомец не будет. Во всяком случае, не сразу.
— Успокоил, — пробормотала я, чувствуя, что после выпитого пива меня начинает клонить в сон.
— Все равно других вариантов нет. Кроме Ругара нас никто не должен узнать. Мало ли? Его «подданные» нам не обязаны, молчать не станут. Так что… ох, да ты засыпаешь уже? Подожди…
Винс встал. Я слегка осоловевшим взглядом проследила, как он подошел к хозяину, коротко переговорил с ним и получил массивный ключ, взамен расставшись еще с одной монетой.
Потом мы поднялись в комнату, и я, не раздеваясь, рухнула на скрипучую кровать, заметив краем глаза, что Винс укладывается на полу, стянув у меня одну из подушек. А потом как-то разом провалилась в глубокий сон.
Увы, блаженное беспамятство продолжалось недолго. Казалось, я только-только закрыла глаза, как Винс уже принялся трясти меня за плечо.
— Просыпайся, Глория. Надо идти.
Со стоном я открыла глаза, чувствуя, как ноют все мышцы после вчерашних приключений.
— Встаю, встаю, не тряси. Такое ощущение, что меня дилижанс переехал, — пробормотала я, усаживаясь на кровати.
Через некоторое время мы спустились в темный, освещаемый лишь одинокой свечой зал. Сонный хозяин быстро состряпал нам яичницу, которую подал в большой сковороде.
Получив от Винса еще одну монету, он пожелал нам доброго утра и попросил покрепче захлопнуть дверь, когда будем уходить.
— Там самозадвигающийся запор, — пояснил он, зевнув столь сладко, что я невольно последовала его примеру, и удалился досыпать.
Быстро справившись с яичницей, которую пришлось запивать простой водой, мы тихонько выскользнули из корчмы.
Солнце еще не взошло, хотя небо уже начало розоветь у самого горизонта. На улицах царила тишина, которой так жаждал Винс.
— Рабочие кварталы, — пояснил он. — Тут по ночам разгуливать некому. Вставать рано.
Мы двинулись по улицам спящей Лирании. Винс неплохо ориентировался в этой части города, так что мы то и дело сворачивали в извилистые проулки, чтобы выскочить уже на других улицах. Как он и предсказывал, шаги патрулей городской стражи были слышны издалека, так что нам удавалось счастливо миновать их, не попадаясь никому на глаза.
Когда же край солнца слегка показался над крышами, мы достигли цели: двухэтажного небольшого дома, первый этаж которого был отдан под торговую лавку, сейчас закрытую по причине раннего времени.
Винс подошел к двери и прислушался. Затем пожал плечами и коротко стукнул три раза. Сделал паузу и стукнул еще два раза. Подобный условный стук пришлось повторить, прежде чем дверь наконец открылась и на пороге показался зевающий хозяин.
Это был мужчина средних лет, одетый только в наспех натянутые штаны. Однако заметив меня, он тут же извинился и удалился, пропустив нас в темную лавку.
Винс зажег светокристалл и притушил его свечение до тусклого. Я огляделась. Лавка торговала какими-то горшками, глиняной посудой и прочими предметами гончарного искусства. Они были искусно расписаны вручную, хотя и стоили дешево.
Пока я рассматривала их, хозяин вернулся, на этот раз одетый полностью.
— Винсент! — произнес он, крепко пожимая протянутую руку. — А с тобой, как я вижу, сама леди Глория де Глерн? Надо же! А по телекристаллу сообщали, что…
Винс поднял руку, останавливая поток слов.
— Кринис, мы к тебе по делу.
— Да уж понимаю…
— И дело необычайно секретное, — продолжил Винс. — Я знаю, что тебя не надо просить держать язык за зубами, но…
— Винсент, перестань, — отмахнулся тот. — Просто скажи, что тебе нужно. И я помогу. За соответствующую плату, конечно. — Он повернулся ко мне и слегка поклонился. — Просто деловое партнерство, леди Глория. Или… или вас сейчас зовут как-то иначе?
— Иначе, — подтвердил Винс. — Только мы еще не придумали, как именно.
Кринис понимающе кивнул и, больше ни о чем не спрашивая, принялся за работу. А спустя час мы с Винсом уже внимательно разглядывали себя в зеркало.
Магическая маскировка нам, как и ожидалось, не подошла Нет, она держалась какое-то время, превращая меня в средних лет матрону, а Винса в благообразного старикана. Но это «какое-то время» не превышало пары минут. Затем маскировка стекала с нас, словно вода.
— Никогда такого не видел, — озадаченно прокомментировал сей факт Кринис. — Но задавать вопросы не буду. Судя по всему, здесь для фиксации нужна магия более высшего порядка и более длительное время для работы.
— Вот времени у нас нет, — отрицательно мотнул головой Винс. — Так что попробуй обойтись классическими методами. Ауры маскировать не надо, а для внешности и обычных средств должно хватить.
Кринис спорить не стал, так что из недр шкафов на свет появились коробка театрального грима, какие-то нашлепки телесного цвета и бутылочки с краской. Вот при помощи них-то и были созданы наши образы.
Умелые руки Криниса наложили грим так, что у меня появились выразительные скулы и увеличились глаза, а брови изменили свою форму. Кроме того, обычные линзы превратили меня в кареглазую, а оттеночная краска добавила волосам рыжины.
Нет, это была по-прежнему я, но, уверена, узнать меня сейчас стоило бы немалых трудов кому бы то ни было. Даже родному мужу.
Короткую стрижку Винса скрыл аккуратный светло-русый парик, глаза стали какого-то медового оттенка, а нос украсила заметная горбинка На подбородке появилась ямочка, а на левой щеке — небольшое родимое пятно.
Из одежды Кринис предложил нам неброский провинциальный стиль: льняные рубахи, заправленные в кожаные штаны, безрукавки с усиленными прессованной кожей плечами, высокие сапоги. В общем, просто, но не совсем бедно. Брат и сестра, муж и жена, просто парочка друзей — не разобрать.
У меня на поясе висел узкий нож в украшенных тиснением кожаных ножнах, а Винс вооружился коротким мечом и длинным кинжалом. Казалось, у Криниса найдется все, что мы пожелаем.
И когда Винс протянул ему горсть серебряных монет, я не выдержала и спросила:
— А откуда все это? Я вижу гончарную лавку, а грим вы накладываете как профессиональный актер. Да еще костюмы эти, оружие… Откуда?
Кринис усмехнулся и поклонился:
— Вы правы, леди Глория. Я действительно был когда-то актером. И весьма неплохим, хочу сказать. «Что слава? Тлен. Душой на сцене вечно мы…» — продекламировал он. — Но судьба сложилась так, что теперь я вынужден вести жизнь простого мещанина, специализирующегося по торговой части.
— Он переспал с женой режиссера, и тот его выгнал, запретив остальным театрам брать Криниса на работу, — весело сказал Винс.
— Это была любовь, друг мой, — печально произнес Кринис. — Любовь с первого взгляда.
— Наверное, поэтому она заявила, что ты взял ее силой, и мне пришлось вытаскивать тебя из темницы.
Кринис театрально вздохнул и, провожая нас к дверям, произнес:
— Лаура.
— Что? — не поняла я, оборачиваясь.
— Вам подойдет имя Лаура. Скажем, Лаура Финорд. И ваш брат, достопочтенный Гай Финорд. Древний, но обедневший дворянский род. Допустим, с окраин разрушенной Феосты.
— Нормально, — одобрил Винс. — Благодарю за все, Кринис.
— Рад, что смог помочь. Надеюсь, что, исполнив задуманное, вы вновь навестите меня и побалуете занимательной историей под подогретое вино со специями. Огонь будет потрескивать в камине, за окном…
— Не переигрывай, — со смешком оборвал его Винс. — И камина у тебя нет, чтобы в нем что-то потрескивало.
Кринис улыбнулся и, поклонившись напоследок, закрыл за нами дверь.
За время, которое мы провели у гончара-гримера, на улицах уже воцарилось оживление. Открывались лавки, люди спешили по своим делам. Ситтеры проносились по улицам. Мимо прошел патруль городской стражи, не обратив на нас никакого внимания. Маг, что шел в составе стражников, даже голову не повернул в нашу сторону.
Винс посмотрел на меня и ободряюще усмехнулся.
— Кринис свое дело знает, можно не переживать. Я с ним частенько сотрудничаю по делам своего агентства. И, между прочим, гончар он тоже неплохой. Ты удивишься, если узнаешь какие дома делают ему частные заказы. Ну а самый его большой плюс в том, что он умеет держать язык за зубами.
— А если на него Айронд выйдет? Или еще кто-нибудь? — предположила я.
— Маловероятно. Я бы даже сказал — невозможно. Я нигде не упоминал его имя. Как, собственно, и имена многих других моих… ээ… помощников.
Мы неспешно шли по улице. Лично я с некоторым трудом сохраняла невозмутимый вид, а вот Винс, казалось, совершенно не переживал.
— Куда мы сейчас? — спросила я. — Сразу к Ругару?
— Да, время терять не будем, — подтвердил Винс. — Только топать ногами не охота, Лирания слишком большая для пеших прогулок.
— У нас нет денег на ситтер, — напомнила я.
Винсент тяжело вздохнул:
— Не люблю я общественный транспорт, но что поделать. Пойдем на остановку. Только по пути заглянем вон к тому небольшому храму Единого.
От неожиданности я даже остановилась.
— Винсент, я, конечно, уважаю твои религиозные чувства, хотя и не встречалась раньше с их проявлениями. Но тебе не кажется, что сейчас неподходящее время молиться? Нет, я не возражаю, если тебе прямо срочно надо. Только тогда коротенько так, лаконично, хорошо?
В ответ меня одарили самым серьезным, даже укоризненным взглядом:
— Ты что, не хочешь заручиться поддержкой Единого? В таком серьезном деле, как наше? Может, ты вообще не веришь в него? Даже не знаю, что и сказать.
Я неловко пожала плечами:
— Верю, конечно. Но так, знаешь, отдаленно. Мне тетушка с детства говорила, что Единый в первую очередь помогает тем, кто помогает себе сам. Я и молитв не знаю, если честно.
И тут Винсент рассмеялся!
— Видела бы ты свое лицо! — выдавил он сквозь хохот. — Да не переживай ты так, при всем уважении к Единому, я совсем не собираюсь бить челом. Нам просто надо побродить около храма.
— Но зачем?! — Я по-прежнему ничего не понимала.
— Увидишь, — усмехнулся Винс и стремительно зашагал в сторону виднеющегося над крышами купола.
Я выругалась себе под нос и поспешила следом. Терпеть не могу этой его привычки недосказывать!

Глава 11

Храм действительно оказался небольшим. Он уютно примостился на скромной по лиранийским размерам площади, окруженной со всех сторон жилыми домами.
Служители постарались, и вокруг храма были разбиты газоны и цветники. Окружающая обстановка казалась даже по-своему уютной и разительно отличалась от главного храма, где нас с Айрондом едва не угробило засадное заклинание. Там все было очень торжественно и величественно. Огромные колонны, важные служители, дорогое обрамление и изысканная архитектура.
Этот храм выглядел более домашним, что ли. Думаю, люди, которые приходили сюда, в первую очередь ощущали любовь Единого к своим чадам, а не страх перед гневом Его.
Но к самому храму Винсент, как и сказал, не пошел. Вместо этого он неспешно двинулся по площади, то и дело останавливаясь и внимательно рассматривая проходящих мимо людей.
— Да что ты ищешь-то? — наконец не выдержала я.
Не отвлекаясь от разглядывания окружающей обстановки, он бросил через плечо:
— Не что, а кого.
Ага, вот теперь мне все стало ясно. Прямо вот полностью. Я почувствовала, что начинаю злиться.
— Винс, я шагу дальше не сделаю, пока ты мне не расскажешь, что мы здесь делаем!
Тут он остановился и со вздохом пояснил:
— Нищих ищем. Они всегда пасутся возле храмов и базаров. Символично, как мне кажется.
— И зачем?
— Ты подаешь нищим, Глория? — вопросом на вопрос ответил он.
Слегка растерявшись, я кивнула.
— И куда, ты думаешь, идут твои деньги?
Я пожала плечами:
— На еду, скорее всего. Ну, и на выпивку. Может, на оплату ночлега. К чему ты спрашиваешь?
— К тому, что так полагают большинство добропорядочных граждан. И они понятия не имеют, что нищие — это тоже своего рода бизнес. Среди них не бывает случайных людей, поняла?
— Не совсем…
— Из десяти медяков, что накидают нищему в шапку, он, если повезет, получит два, — пояснил Винс. — И то, если один сможет незаметно спрятать.
— А остальные? — спросила я, начиная догадываться.
— Восемь он отдаст старшему. Тому, кто контролирует и отвечает за этот участок. Кто договаривается с городскими стражниками, защищает от конкурентов и распределяет выгодные места. Из этих восьми медяков старший один оставит себе, а семь отдаст тому, кто отвечает за весь квартал. Тот, в свою очередь, один оставит себе, а шесть отдаст старшему по городу. Старший по городу оставляет себе три монеты. Одна ему лично, а две идут в общую казну, из которой даются взятки и покупаются нужные люди. Кстати, ты удивишься, в каких домах живут старшие по городу. Не всякий честный и успешный торговец может позволить себе такие.
— А оставшиеся монеты? Куда идут они?
— Тому, кто стоит над всеми ними.
— Ругар! — догадалась я. — Это он конечный, если можно так выразиться, бенефициар?
Винс утвердительно кивнул, а потом указал на низенькую фигуру, согнутую в три погибели, опирающуюся на корявую клюку и одетую в откровенное рванье.
— Вот и наш клиент. Подождем, когда он начнет работать.
Я наблюдала за тем, как нищий подошел почти к самым стенам храма и огляделся. Затем ловко извлек из своих одежд небольшую картонку и бросил ее на дорожку, идущую меж газонов. Уселся сверху, подогнув ноги, снял с головы и положил перед собой грязную шляпу. А потом извлек из недр одеяния что-то длинное и блестящее.
— Проволока, — пояснил Винс, предупреждая мой вопрос. — Со всеми удобствами устраивается.
Нищий согнул проволоку каким-то хитрым способом и один конец засунул себе в рукав, проталкивая ее все глубже. Потом поерзал, усаживаясь поудобней, и замер с протянутой рукой. Проволоку я больше не видела.
— Подставку себе соорудил, — усмехнулся Винс. — Проволока проходит под одеждой и никому не видна. Протянутая рука, получается, лежит на удобной подставке и не устает. Он еще и поспать может в таком положении, точно тебе говорю. Ладно, идем!
Он первым подошел к замершему нищему и остановился прямо перед ним.
Заметив, что человек, загородивший ему солнце, не только не бросает ничего в шляпу, но и не уходит, нищий поднял голову, взглянув на Винса снизу вверх сквозь свисающие на лицо грязные спутанные волосы.
— Привет, бродяга, — спокойно произнес Винс. — Ты грабли-то прибери пока Разговор к тебе имею.
Нищий медленно опустил протянутую руку, да так ловко, словно и не было там никакой подставки.
— Где твой смотрящий? Перетереть мне с ним надо.
Нищий молчал, не сводя глаз с Винса. Тот нахмурился.
— Чего молчишь, убогий? Слышал, что я сказал? Старшего мне как найти?
И вновь молчание в ответ.
Тогда Винс нагнулся и, стараясь не коснуться грязной шляпы, осторожно достал оттуда одинокую медную монету. Осмотрел ее и сунул себе в карман. Вот тогда нищий подал голос.
— Зря ты это сделал, паря… — произнес он тихим, хриплым голосом. — Закону не знаешь? Хлебенника обижать много сил не надо. А старший мой… Да вон он идет уже.
Я обернулась вслед за Винсом. К нам действительно спешила, игнорируя дорожки и шагая прямо по газону, живописная компания.
Впереди вышагивал коротышка, подпрыгивая на каждом шаге. Он возмущенно пыхтел и гневно сжимал пухлые кулачки. А вслед за ним поспешали два дюжих молодца, при виде которых я невольно покачала головой. Выглядели они внушительно, слов нет, но вот лица, не отмеченные печатью интеллекта, выражали лишь тупую злость.
Винс сделал шаг навстречу приближающейся троице, заслонив меня спиной.
— Я так понимаю, разговора не будет, — проворчал он. — Вернее будет, но позже. Ладно, так даже лучше.
— Ах ты, бобр городской, крыса фраерская! Иль бухарь ты, чтоб тебе ноги подломило?! — с ходу начал коротышка.
Голос его, в отличие от непрезентабельного роста, был глубоким и резким.
— Ты чего до вшивки докопался, а?! Грабли вырвать? А ну, пошел отсель, не то дубаря дашь. И девку свою захвати, пока она на непонятное не попала.
Он слегка притормозил, пропуская своих амбалов вперед, и моментально замолчал, когда Винс начал действовать.
Первый здоровяк, явно не ожидая такого от сухощавого парня, успел лишь удивленно охнуть, получив могучий встречный пинок в грудь, от которого бухнулся на задницу. Второй заревел и, сжав здоровенный кулак, размахнулся от всей души, пытаясь ударить наглеца в голову. Пока он замахивался, я успела досчитать до трех. По меркам Винса это почти равнялось вечности.
Винс слегка отклонился, пропуская кулак перед собой, а затем сделал всего один шаг, оказавшись почти вплотную к амбалу, и шлепнул его ладонями по ушам. Звонко так шлепнул, аж эхо пошло.
Глаза амбала слегка окосели, а руки невольно опустились. Винс толкнул его открытой ладонью в грудь, и тот уселся рядом со своим товарищем.
— Не вставайте, — строго сказал им Винс и повернулся к коротышке.
Тот, выхватив откуда-то нож, опасливо отступил на шаг.
— Нож? — усмехнулся Винс. — Серьезно? — и не спеша вытащил из ножен полученный от Криниса меч.
— Я понял, понял! — залепетал коротышка, выпуская нож, звякнувший о брусчатку дорожки. — Чего ты торопливый такой? Мы ж только поговорить… Не по понятиям…
— Заткнись! — резко приказал ему Винс, убирая меч обратно. — Передай по цепочке, что Громоргский освободитель хочет получить долг. Понял?
— Нет, — честно ответил коротышка. — Какой освободитель? По какой цепочке?
Прищурившись и взяв себя в руки, он понял, что прямо сейчас его убивать не будут.
— Ты мне дуру не лепи! — мрачно процедил Винс, делая шаг к нему. — Передашь, как я сказал. И надо, чтоб до Ругара дошло. Быстро. Смекаешь?
Коротышка тотчас закивал, косясь на своих телохранителей. Те только сейчас начали шевелиться и с кряхтением пытались подняться на ноги.
— Запомнил? — спросил Винс, тоже следя краем глаза за парочкой амбалов. Но те явно уже не хотели вступать в драку.
— Запомнил, — ответил коротышка. — Громоргский освободитель хочет получить долг. Все ясно, яснее некуда. По зубам кусок-то, воин? Или кто ты там?
— Не твое дело. А зовут меня Гай Финорд. Так и передашь: Лаура и Гай Финорды хотят, чтобы король Ругар рассчитался с ними за оказанную услугу. Все, — ответил Винс и, подхватив меня под руку, направился прочь от храма, оставляя всех четверых, включая нищего, лишь хлопать глазами нам вслед.
Скрывшись от лишних глаз, он быстро свернул в тесный проулок, и мы почти бегом миновали его, выскочив на параллельную улицу. Там Винс сбавил шаг.
— Зачем столько сложностей? — задала я не дающий покоя вопрос. — Почему мы не могли просто подойти ко входу в катакомбы, представиться и войти?
— Так тебя и пустят в маскировке без приглашения. Дадут по голове для начала, а потом уже доложат, — усмехнулся Винс. — Ну и потом, я даю время Ругару для принятия правильного и взвешенного решения. Объявись мы там неожиданно, он мог сгоряча учудить чего-нибудь. Никто не знает, что в голове у Ночного короля. Долг-то за ним есть, это он помнит. Но лучше перестраховаться. В их мире понятие «долг» — это святое. И наше сообщение королю, так или иначе, быстро разойдется по всем его, скажем так, подданным. Уже через пару часов все будут в курсе, что Ругар кому-то должен и этот «кто-то» хочет долг получить. И если Ругар нарушит свое слово, то потеряет авторитет. В общем, считай, я обеспечил нам комфортный проход на территорию короля воров без непредвиденных ситуаций.
— Ага. Теперь понятно. — Я удовлетворенно кивнула.
Непредвиденных ситуаций и ударов по голове мне однозначно не хотелось.

Дорога к кварталу, который заканчивался катакомбами, заняла почти два часа Все это время мы молча тряслись в тесном дилижансе. Сиденья были жесткие, так что под конец поездки я вся изъерзалась, стараясь устроиться поудобнее. Наконец Винс сообщил:
— Сейчас выходим.
— Но мы еще не приехали, — отметила я, выглянув в окно. — До портовых окраин еще полчаса пешего хода.
— Вот и пройдемся. Ноги разомнем, — ответил Винс и поднялся, а когда мы вышли на остановку, быстро огляделся и удовлетворенно цокнул языком. — Думаю, что Ругару в подробностях передали наши приметы, и вся окрестная шелупонь уже в курсе о нашем прибытии.
До катакомб мы добирались несколько дольше, чем я думала, так как Винс выбрал обходной маршрут.
— Ты знаешь еще какой-нибудь вход под землю? — предположила я.
Он отрицательно покачал головой:
— Увы, нет. Мы просто подойдем к нему с другой стороны. В прошлый раз мы заходили со стороны моря, а сейчас попробуем пробраться со стороны города. Направление я помню.
Мы в очередной раз свернули с пути и, отдалившись от застроенной промышленной окраины, оказались в грузовых доках. Там пришлось повилять, петляя между одинаковыми серыми зданиями, но наконец, когда Винс уже начал злиться и обещать засунуть местному градостроительному архитектору его планы застройки в неестественное для этих планов место, мы снова вышли к скалам.
А шагах в тридцати от знакомой расщелины нас встретили. Двое мужчин спокойно поджидали нас, почти слившись в своих серых одеждах с окружающими камнями.
Во избежание непонимания, Винс остановился, не доходя до них несколько шагов.
— Эй, ребята, выходите! — громко сказал он. — Не надо прятаться, меня это нервирует!
Две фигуры отделились от камней. И человек, что стоял справа, поднял приветственно руку.
— Мы не прячемся, господин Финорд. Король Ругар ждет вас с нетерпением, а нас послал исключительно для вашего удобства. Правда, мы ожидали вас с другой стороны…
— Заблудились, — пожал плечами Винс. — Мы благодарим короля Ругара за гостеприимство, но все-таки идите, прошу вас, впереди.
— Как будет угодно, — слегка поклонился говоривший.
А я вспомнила еще кое-что и произнесла:
— Господа, мы с радостью последуем за вами. Только один вопрос: подтверждаете ли вы наш статус гостей короля?
Винс одобрительно посмотрел на меня и слегка кивнул.
Встречающие коротко переглянулись, а потом тот, кто нас приветствовал, сказал:
— Подтверждаем. По слову короля Ругара вы его гости. И на вас, в соответствии с традициями, распространяются все законы гостеприимства.
— Прекрасно, уважаемые, прекрасно, — ответил Винс и коротко поклонился: — После вас…
В отличие от прошлого раза, сопровождающие не остались у расщелины, а сопроводили нас почти до знакомого зала Однако, не доходя до него, свернули в боковое ответвление.
— Король Ругар хочет побеседовать с вами в приватной обстановке, — не дожидаясь вопросов, обернулся к нам один из сопровождающих.
Я настороженно покосилась на Винса, но он спокойно проследовал за проводниками, словно такой расклад его вполне устраивал. Лишь походка слегка изменилась, став мягкой и скользяще упругой.
Идти по освещенным факелами тоннелям долго не пришлось. Всего несколько поворотов и коридоров, и наши сопровождающие остановились перед небольшой дверью.
— Неслабо, — тихо сказал Винс. — Прямо не катакомбы и шахты, а подземный дворец. Смотри, они специально для него в скале отдельное помещение выдолбили.
Нам открыли дверь.
— Прошу вас, сюда, — произнес второй сопровождающий, который до этого молчал всю дорогу. — Король Ругар ожидает.
Мы вошли, и дверь за нами закрылась с мягким стуком.
Это было небольшое квадратное помещение, шагов двадцать в длину, освещаемое, в отличие от остальных катакомб, не факелами, а нормальными светокристаллами, хоть и светившими вполсилы. Каменный пол укрывали толстые ковры, стены были затянуты гобеленами тонкой работы. Отблески светокристаллов играли на развешанном оружии.
А напротив входа, за большим столом, собственной персоной сидел Ругар. При нашем появлении он поднял глаза и отложил перо, которым до этого что-то писал в большой толстой тетради.
С прищуром оглядев нас, он слегка усмехнулся.
— Неплохая работа. Чувствуется рука профессионала. А если сопоставить место, откуда вы послали… хм… весточку, то могу предположить, что это работа Криниса?
Винс слегка поклонился, подтверждая его догадку.
— Ладно, Винсент Глерн, могу сказать одно: как бы то ни было, я рад видеть и тебя, и леди Глорию живыми, — продолжил Ругар и широким жестом указал на стоявшие у стола глубокие кресла. — Прошу вас.
Мы подошли ближе.
— Я тоже рада вас видеть, — сказала я, усаживаясь и дергая Винса за одежду.
Он с неохотой сел и оглянулся.
— Не переживай, Винсент, — заметил его взгляд Ругар. — Здесь никого нет. Разве что мой сын. — Он повернул голову и крикнул. — Эй, Малыш! Они прибыли! Выходи, поздоровайся.
Огромная фигура, сильно согнувшись, вошла через незамеченную ранее дверь.
— Ой, привет! — бас Малыша, казалось, мог заставить треснуть скалу. — Я тут задремал слегка. Привет, Винс!
Он выпрямился слишком рано. Дверной проем еще не кончился, и гигант сильно ударился головой о косяк. Раздался треск, но Малыш даже не заметил этого, радостно ухмыляясь и подходя к нам.
Я невольно поежилась, но все-таки нашла в себе силы приветственно улыбнуться, а Винс привстал и, немного поколебавшись, пожал протянутую руку. Малыш радостно потряс ее и встал сбоку от стола.
Побледневший Винс незаметно подергал рукой, сгибая и разгибая пальцы.
— Ну и с чем вы пришли ко мне? — спросил Ругар, делая знак Малышу отойти подальше и не загораживать свет. — Странная история получается, вы не находите? Все уверены, что азуру короля постигла непереносимая утрата. Его жена и брат безвременно погибли в результате подлого нападения неизвестных лиц прямо в замке, заживо сгорев в магическом пламени. И вот эти безвременно погибшие сидят передо мной. И не только прекрасно замаскированные внешне, но и не определяемые по ауре. — Он сделал небольшую паузу и откинулся на спинку кресла. — Признаться, я многое готов отдать за возможность услышать всю историю целиком. Надеюсь, мне не придется просить вас дважды?
Винс быстро взглянул на меня.
— К сожалению, рассказывать сейчас особо нечего. Именно, что «к сожалению». Однако мы собираемся исправить этот досадный факт в самом скором времени. С твоей помощью.
— Интересные вы люди… — протянул Ругар с легкой усмешкой. — По большому счету вы вполне можете задействовать через Айронда все силовые и розыскные структуры королевства. И тем не менее снова очертя голову бросаетесь в самостоятельное расследование, не поставив никого в известность. Что это — глупость или… Или все-таки по телекристаллу рассказали далеко не все?
Я вздохнула, решившись, и, несмотря на предостерегающий взгляд Винсена, сказала:
— Я расскажу вам все, что знаю, Ругар. Будем считать, что это небольшой знак доверия. В конце концов, мы рассчитываем на вашу помощь. И, уверена, слово короля, пусть и преступного, уж простите за откровенность, чего-то стоит. Мы вытащили вас из Громорга, хотя вполне могли и не делать этого…
— Я вполне мог выйти оттуда сам. Рано или поздно, — перебил Ругар, нахмурившись.
— Скорее поздно, хочу заметить, — вмешался Винс. — И кто знает, как много изменений могло произойти за это время, И не случилось бы так, что королю Ругару гораздо безопаснее было бы оставаться в Громорге, а не на воле. Ведь даже при том, что на свободе с нашей помощью ты оказался весьма быстро, за этот короткий срок кое-что произошло.
Ругар нахмурился еще сильнее.
— Слухи-то разные ходили, — продолжал тем временем Винс, не отрывая от него взгляда. — Количество обнаруженных трупов за пару недель после твоего выхода на свободу серьезно увеличилось, а это говорит о том, что тебе пришлось серьезно потрудиться, чтобы вернуть трон. Я не прав?
На лице воровского короля проскользнула холодная улыбка.
— Вот почему вы нравитесь мне гораздо больше, чем Айронд де Глерн. С вами всегда куда интереснее общаться. Что ж, я готов слушать.
— Тогда, с вашего позволения, я начну, — произнесла я и заметила, как огромная фигура Малыша подалась вперед, стараясь не пропустить ни слова. — В тот вечер ничего не предвещало беды… Приехал Винс, мы поужинали и уже собирались ложиться спать, как вдруг произошло нападение. Мы смогли укрыться в самом глубоком подвале замка, куда огонь не добрался, а потом нашли подземный ход, который и вывел нас на другой берег реки. Моментально появился некий странствующий маг по имени Балай, спешащий в столицу для того, чтобы сесть на корабль, отплывающий не помню куда, но решивший помочь нам, несчастным пострадавшим. По какой-то странности, он не узнал нас, но помог в меру сил понять структуру атакующего заклинания. А потом мы направились в Лиранию…
— Продолжайте, продолжайте, я всегда зеваю, когда мне интересно, — хмыкнул Ругар.
— Так мы и оказались у вас, — завершила я свой рассказ и поймала на себе одобрительный взгляд Винсента. Честно говоря, я тоже была довольна собой. Это надо же, вот так, с ходу, рассказать всю историю ни разу не сбившись, но при этом не упомянуть ни Черных Клинков, ни собственные упражнения в темной магии. — Для продолжения расследования нам нужна помощь.
— И в чем же? — Король воров не сводил с меня взгляда. — Какое-то странное у меня чувство. Как будто я все знаю, но наоборот. Почему-то мне кажется, Глория, что ваш прекрасный рассказ далеко не полон. Что вы опустили? И не пытайтесь уйти от ответа!
Я беспомощно посмотрела на Винса, и тот моментально пришел на помощь.
— Полегче, Ругар, не надо давить. Ей и так пришлось несладко. Может, тебе и не понравился рассказ, но все было именно так, как рассказала Глория. Верить или не верить — дело твое.
Тот помолчал, задумчиво разглядывая поверхность стола. Затем вздохнул и сказал:
— Ладно, понимаю и принимаю. Очевидно, что большего вы мне не сообщите. Во всяком случае, пока. Так чем же я могу помочь?
— Нам нужен маг. С высокой квалификацией и умеющий держать язык за зубами. Так как есть большое желание докопаться до сути, а заявиться к кому-нибудь на коммерческой основе мы не можем. Да и денег у нас нет. А желание, на которое не хватает денег, превращается в мечту, — спокойно сказал Винс. — К сожалению, находясь на нелегальном положении, достать эти серебряные и золотые кругляши честным способом бывает затруднительно.
— Принимаю. — Ругар откинулся на спинку кресла. — Предположим, этот вопрос я решу. Есть у меня один маг…
Винс задумчиво закатил глаза, что-то подсчитывая в уме.
— Плюс ситтер без подозрительного прошлого и с мощным кристаллом. — Он посмотрел на Ругара.
— Ситтер тоже обеспечу. На этом все?
— Еще бы не помешало малость денег, но пока повременим. — Винс полез за пазуху, чтобы достать бумаги, полученные от мага Черных Клинков. — Нам нужна помощь с тем, что расшифровал тот…
— Как его, кстати, звали? — перебил Ругар, буквально впиваясь взглядом в мое лицо.
— Камалай, — сказала я.
— Дилай, — сказал Винс.
В комнате возникла неловкая тишина. Ругар усмехнулся, переводя взгляд с меня на Винса и обратно.
— Балай его звали, отец, — пробасил из угла Малыш. — Ты что забыл?
— Не только я, как оказалось. — Ругар на мгновение нахмурился, но потом, словно что-то решив для себя, сказал: — Впрочем, не важно. С каждым может случиться. Эти имена… Они иногда бывают такими трудными. Так что там у вас?
Он протянул руку, и Винс невозмутимо передал ему бумаги.
— Здесь расшифровка заклинания. Возможно, она неверная. Возможно, не полная. В любом случае твой маг должен помочь разобраться с ней максимально плотно, — пояснила я.
Ругар медленно поднял на меня глаза.
— Как уже было сказано, маг у меня есть. Необычайно талантлив. Есть только две маленькие проблемы.
— Какие? — настороженно спросил Винс.
— Он чересчур увлекается, скажем так, возможностями расширения сознания с помощью разнообразных трав и химических средств. И вторая причина, прямо исходящая из первой… — Ругар помолчал мгновение. — Он — изгой.
Я тяжело вздохнула, а Винс выругался.

Глава 12

В сопровождении Ругара и Малыша мы шагали по тускло освещенным коридорам катакомб, спускаясь все ниже. А когда воздух стал тяжелым и влажным, еще не менее четверти часа шли по горизонтальной шахте. Наверное, Ругар действительно ценил своего мага, раз запрятал его столь глубоко. Мысль о том, что воровской король его еще и боялся, я отбросила, как несущественную.
А вообще Ругар изрядно рисковал, держа изгоя в своих подземельях. Прознай кто-нибудь из Магистериума, кто тут обитает, и местным обитателям пришлось бы лично познакомиться не только с королевской стражей, но и с боевыми магами, а то и с одним из азур. Но раз Ругар пошел на такой риск, значит, оно того действительно стоило. И маг, кем бы он ни был, являлся одним из лучших специалистов своего дела.
Изгоев ненавидели и боялись. И было за что, кстати. Ведь зенд, который они принимали, смешивая с другими веществами, не только давал силу, но и постепенно разрушал разум. Ходячие магические бомбы с часовым механизмом, изгои видели реальность сквозь призму собственных желаний, очень часто весьма страшных.
А некоторые маги вообще откровенно называли их нелюдью. Потому что, кроме необратимых изменений сознания, изгои, не контролируя собственные силы, часто меняли и сами себя, превращаясь в чудовищ. Во всяком случае, такие ходили слухи.
Сама я мало интересовалась этой темой, но знала, что в Магистериуме была специальная группа магов, основной задачей которых являлось находить и ликвидировать изгоев. И хотя в последние несколько десятилетий работы у них и было немного, расформировывать группу никто не собирался.
— Мне всегда становится неуютно, когда я нахожусь гораздо ниже уровня моря, — вдруг сказал Винс. — Долго нам еще идти?
Ругар обернулся:
— Скажу больше, Винсент Глерн, мы не только ниже уровня моря, оно еще и вокруг нас. Тут были специальные шахты, которые использовались для притока морской воды в рабочие тоннели. Сила моря заставляла работать механизмы и служила заменой магии. Я приказал расширить эти шахты и изменить их направление.
— И для чего такие сложности?
— Соль и вода, — ответила я вместо Ругара. — Вокруг нас соль и текущая вода, Винс. Она ограничивает магию, практически блокирует ее силу. — И уже тише добавила: — Чего-то мне не сильно хочется встречаться с изгоем, ради которого создано… такое.
— Да, жутковато, — так же тихо согласился Винс. — Но нам нужна эта встреча. К сожалению.
Я хмуро посмотрела на очередной светокристалл, вмурованный в стену. Он горел тускло и то и дело мерцал, словно его магическому наполнению, пусть и весьма примитивному, с трудом удавалось работать в созданных Ругаром условиях.
А потом исчезли и светокристаллы.
Ругар снял со стойки несколько факелов и сунул по одному нам в руки. Малыш взял сразу два. Молча запалив их, он прогудел:
— Осталось чуть-чуть. Почти пришли.
Так и оказалось. Мы остановились перед большой каменной глыбой. Малыш отошел в сторону и взялся за не замеченный мной ранее железный штурвал. Зашипев от усилия, он начал вращать его. Загремели невидимые цепи, раздался скрежет и каменный хруст. Тяжеленный валун перед нами вздрогнул и отъехал в сторону по специальным рельсам.
В открывшемся проходе царила непроглядная тьма.
— У меня гости? Ругар, ты что, привел кого-то? — раздался из темноты голос, от которого у меня по спине побежали мурашки. — Оставьте факелы снаружи, господа. Здесь достаточно света. Надо только привыкнуть.
— Ну уж нет, — едва слышно сказал Винс. — Я тут и с факелом чувствую себя скверно.
— Мои гости не привыкли к такому, — громко произнес Ругар. — Так что тебе придется потерпеть, Нарохад.
В темноте раздалось недовольное ворчание и шаркающие шаги.
— Будь по-вашему. Заходите.
Первым вошел Малыш, низко пригнувшись. За ним последовал Ругар, а потом и мы оказались в помещении, выложенном из грубого камня. Обитель мага, судя по всему, была просторной: по крайней мере стены ее терялись в сумраке. Тусклый, неровный свет факелов выхватывал только часть устланного шкурами пола и большой стол-верстак, уставленный разного рода магическими приборами.
А затем из темноты к нам навстречу вышла закутанная в черный балахон фигура, и я отступила на шаг, врезавшись спиной в Винса и ухватившись за его руку.
Несмотря на то что из-за низко надвинутого капюшона я не видела лица изгоя, а длинные, широкие рукава скрывали его руки, превращая мага в бесформенную фигуру, двигалась эта фигура… неестественно. Каждое движение ее выглядело каким-то неправильным, изломанным. Словно там, под темным балахоном, был не человек вовсе, а какое-то гигантское насекомое.
— Прошу простить, для меня ваш огонь слишком ярок, — произнесла фигура. — Ваши факелы обжигают мои глаза даже через плотную ткань. Так что, с вашего позволения… — с этими словами изгой поднял обе руки и поднес их к лицу.
Я успела разглядеть бледные, узловатые кисти, а потом раздался чавкающий влажный звук — и в пальцах мага оказались глаза! Самые настоящие!
Едва сдерживая позыв тошноты, я наблюдала, как изгой подошел к столу и аккуратно опустил собственные глаза в большую стеклянную емкость, наполненную чем-то мутным. Там глаза, проявив самостоятельность, покрутились, словно устраиваясь поудобнее, а потом как по неслышимой команде одновременно замерли и развернулись в нашу сторону.
Винс глухо выругался.
— Вот не надоедает тебе каждый раз такое проделывать? — мрачно спросил Ругар. — Ведь противно же выглядит.
— А какие еще тут могут быть развлечения? — парировал изгой и тут же подался вперед. — Ты принес?
В голосе его послышалось нетерпение столь страстное, что я испугалась еще больше.
— Принес, — ответил Ругар и посмотрел на Малыша. — Достань.
Тот вытащил из-за пазухи небольшой мешочек и протянул изгою.
Рваным рывком изгой буквально выдернул мешочек из рук Малыша и, вскрыв, вытащил знакомого вида кристалл. Зенд!
— Если Айронд еще раз попробует принять зенд, я лично сдам его страже, — хрипло прошептал Винс. — Не приведи боги, чтобы он превратился в такое… такое.
— Он больше к нему никогда не прикоснется. — Я судорожно сглотнула. — Лично за этим прослежу. Еще не хватало мне глаз на тумбочке отдельно от владельца.
Тем временем изгой, неестественно кривясь и дергаясь, отошел подальше, куда не достигал свет факелов. Раздался неприятный всасывающий звук и тяжелое хриплое дыхание. Ругар повернулся к нам и сделал знак молчать.
Впрочем, говорить и так не особо хотелось, так что окончание «трапезы» мага мы ждали в тишине.
Наконец изгой вновь повернулся в нашу сторону и жестом пригласил всех к столу-верстаку.
— Я готов вас выслушать, — произнес он. — Плата получена, а я хороший работник.
И засмеялся.
Больше всего его смех походил на звук мелких камешков, перетираемых камнедробилкой. И скрежет стекла. И звук воды, которая с хлюпаньем всасывается в слив раковины. А потом, когда он снял с головы капюшон и я разглядела, что скрывалось под ним, все стало еще хуже.
Голова изгоя оказалась непомерно большой. Вместо волос на обтянутом бледной кожей черепе шевелились маленькие, с мизинец размером и толщиной, щупальца. Сквозь тонкую кожу проступали черные вздутые вены, разукрашивающие голову жутковатым узором. На лице вместо глаз зияли два черных провала, а вместо носа выступало нечто рыхлое и бугристое. Причем это нечто еще и шевелилось, словно принюхиваясь к окружающим запахам. Но самым жутким был рот, напрочь лишенный губ. Я видела темные, влажно блестевшие десны, из которых, словно зубья гребешка, торчали мелкие острые костяные иглы.
Очередной рвотный позыв я сдержала из последних сил.
— Ну, когда-нибудь должно было и мне повезти, — неожиданно произнес Ругар, протягивая руку.
Изгой покачал кошмарной головой и бросил ему в ладонь золотую монету.
— Крепкие попались, — сказал он. — А по виду и не скажешь.
Ругар быстро убрал золотой кругляш в карман и повернулся к нам:
— В обморок никто не свалился, и это принесло мне законный выигрыш. А теперь давайте перейдем к делу. Я не могу торчать здесь вечно.
Снова тихо ругнувшись, Винс шагнул вперед, и мне пришлось хоть и с трудом, но разжать пальцы, выпуская наконец его руку. После чего, с усилием переставляя ноги и стараясь не смотреть на игольчато-ухмыляющегося Нарохада, подойти поближе к столу.
— Здесь… — стараясь не смотреть на банку с глазами, Винс достал из сумки бумаги. — Здесь расшифровка одного заклинания. Нам очень нужно, чтобы вы посмотрели на нее и поделились своими мыслями по поводу того, насколько она реалистична. И если это так, то кто мог составить подобное.
Изгой аккуратно разгладил мятые листы и повернулся к нам:
— В сторонку, пожалуйста. Как я уже говорил, свет факелов для меня слишком ярок. Вообще, я был бы весьма признателен, если бы и вовсе оставили их за дверью.
— Ну уж нет… — проворчал еле слышно Винс. — Мне и так теперь кошмары сниться будут.
Ругар кивнул, и мы все вместе отошли, оставив изгоя в темноте. Я вновь услышала непередаваемо гадкие звуки, когда он стал манипулировать с собственными глазами, достав их из банки. А потом в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь шуршанием бумаги да гулким дыханием Малыша.
Я совсем потеряла счет времени, переминаясь с ноги на ногу, когда наконец Нарохад подал голос:
— Выкладки выглядят правдоподобно, подлога я здесь не вижу. Более того, кто бы их ни сделал, он был мастером в этой области. Что конкретно вас интересует? Структура заклинания? Цикл воздействий? Расчет магических составляющих по используемой мощности?
Мы с Винсом быстро переглянулись.
— Если можно, то расскажите все, — вежливо попросила я. — Мы уже консультировались по поводу структуры и воздействия. Но будем очень благодарны, если вы найдете хоть что-нибудь, что даст нам возможность найти заклинателя. Может, проглядываются какие-то специфические приемы определенной школы или еще что.
Изгой задумчиво помолчал, собираясь с мыслями, а потом протянул:
— Ну что ж… давайте тогда сначала.
И следующие три четверти часа мы вновь выслушивали практически то же самое, что поведал нам маг Черных Клинков, только более подробно и детально. И когда изгой замолчал, сомнений в том, что выкладки верны, уже не осталось. Совпало все, до деталей.
Беда была лишь в том, что детали эти ничего не давали. Только указывали на высокий уровень неизвестного мага и его знакомство с особенностями Айрондовой защиты и магии в целом. И что с этим знанием делать дальше?
Я вопросительно посмотрела на Винса. Он правильно истолковал мой взгляд и, передав мне свой факел, шагнул к изгою.
— Мы побывали в одной из точек, где располагался якорь заклинания, и кое-что нашли, мэтр, — сказал он, вытаскивая из дорожной сумки завязанную в рукав рубашки землю и аккуратно положив ее на стол. — Я думаю, что это след нашего мага. Можете ли вы его посмотреть?
Нарохад с любопытством подался вперед, еще активнее принюхиваясь. Когда воздух прошел сквозь зубы-иглы, раздался шипящий звук. Винс, оставив мешочек на столе, с явной поспешностью отскочил обратно.
Однако прежде, чем изгой хоть что-то ответил, Ругар резко поднял руку.
— Стоп! — провозгласил он, и маг замер у стола. — Я возвратил вам долг. Уговор был только о расшифровке заклинания. Если необходимо что-то еще, дальше у нас начнется исключительно деловой разговор.
— Что?! — От возмущения Винс даже повысил голос. — Ты свою свободу, а то и жизнь оцениваешь в жалкий ситтер и консультацию, которая оказалась почти бесполезна?
Ругар пожал плечами:
— Я, может, оцениваю и дороже. Возможно, что гораздо дороже. Но вы назвали цену, и я с ней согласился. Мой долг уплачен. А если вам что-то не нравится, подайте на меня в суд. — Он весело хохотнул.
Винс выругался. А потом, взяв себя в руки, спросил:
— Значит, услуга за услугу? Хорошо. Только говорю сразу: я не собираюсь участвовать ни в чем, что хоть как-то заденет мою честь и доброе имя, понял?
Я тихонько хмыкнула, зная, насколько растяжимым может быть у Винса понятие чести. Однако король воров тут же успокаивающе заверил:
— Ничего такого, разумеется. Просто маленькая дружеская услуга, которая никаким образом не заденет честь никого из вас. Согласны?
Винс с неохотой кивнул.
— Прекрасно! — просиял Ругар и повернулся к изгою. — Можно продолжать!
Нарохад не спеша достал из-за пазухи большие черные очки с круглыми стеклами и, расправив дужки, кое-как приладил их на лице. Повернулся к нам и сделал жест, разрешающий подойти поближе. А потом развернул тряпицу и высыпал землю на стол-верстак. Провел над ней руками и повернулся к нам:
— Я смогу визуализировать образ по этой земле. Вы уверены, что этот след принадлежит тому магу? Не хотелось бы напрягаться зря. Думаю, что свою плату я уже отработал.
— Мы ни в чем не можем быть уверены. — ответила я напряженным голосом. — Но вероятность очень высока. И вы что, сговорились тут все?! Чуть что, так про оплату вспоминаете.
— Возмутительная меркантильность! — поддержал меня Винс.
Щупальца на голове изгоя зашевелились.
— Тише, прошу вас… Честно говоря, мне и самому стало любопытно. Так что я попробую, пожалуй.
Он отвернулся, и я непроизвольно выдохнула с облегчением. Сама не могла понять, что нервирует больше: когда глаза Нарохада находятся в банке с мутным раствором или когда они на своем месте.
Маг тем временем протянул руки так, чтобы бледные ладони оказались над горкой земли. Пошевелил пальцами. Он определенно бросил заклинание, но я ничего не почувствовала. Однако земля на столе зашевелилась, словно в ней вдруг оказалась пара весьма активных червяков, устроивших между собой догонялки. А затем медленно поднялась над поверхностью, формируясь в правильный шарик размером с кулак, который, повинуясь жестам мага, поплыл по воздуху и застыл, покачиваясь между нами и Нарохадом на уровне моего лица.
Еще один жест — и земляной шарик взорвался пыльным облаком, превратившись в большую сферу, полую внутри. Сфера засветилась едва заметно, но я смогла в неверных изломах светящихся линий разглядеть знакомые развалины на вершине Диканара.
— К сожалению, отслеживанию поддается лишь несколько мгновений до и после взаимодействия с землей, — произнес изгой. — Так что…
В поле зрения появилась фигура в балахоне, стоящая к нам спиной. Встав на камень, она шагнула с него и исчезла из вида.
— Это все? — огорченно спросила я.
— Все, — подтвердил Нарохад.
— Так, а можно вернуть изображение и придать ему четкость? — спросил Винс.
Судя по голосу, разочарованным он не был.
Еще одно едва заметное движение пальцами — и фигура, застывшая в момент шага, вновь появилась внутри сферы. Винс шагнул ближе, что-то рассматривая. Хотя что там можно было увидеть? Спина как спина. Но он жестом подозвал меня поближе.
— Смотри. Ничего не замечаешь? — спросил он и перевел взгляд на мага. — А можно чуть усилить яркость и резкость?
— Земля может испариться, — предупредил тот.
— Буквально на полминуты. — Винс вновь уставился на фигуру, замершую в движении.
— Как угодно.
Внутри сферы посветлело. Спина таинственного мага обрела четкость, однако лица по-прежнему было не видно, а очертания фигуры скрывали складки балахона.
— Вот, смотри! — Винс ткнул пальцем в образ. — Видишь, балахон подпоясан и край пояса от ветра завернулся вбок!
Я пригляделась, заметив наконец то, на что указывал Винс.
— Золотой цвет, и еще я вижу часть вышитой руны. Занятно, — озвучил свои мысли Винс, не отрывая взгляда от сферы. — Сдается мне, что я и раньше видел такие пояса.
— Где? — спросила я, уже догадываясь и одновременно боясь услышать ответ.
— У магов Магистериума. Тех, кто работает непосредственно на Дабарра в Кориниуме. И готов поклясться, что вышита у него руна «верность». Во всяком случае та часть, что я вижу, совпадает с ее начертанием.
Я почувствовала, как подкашиваются ноги.
Сфера погасла, запахло каленой землей. Винс шагнул ко мне и наклонился:
— Спокойно, Глория. Дело принимает весьма неприятный оборот. Однако сейчас не место слабости.
Я тяжело вздохнула и кивнула в ответ.
— Я в порядке. Ты прав.
Позади раздался голос Нарохада:
— У вас больше нет ко мне дел?
— Ты прекрасно потрудился. Думаю, что чуть позже я пришлю тебе еще зенда. В качестве личной, так сказать, благодарности, — ответил ему Ругар и повернулся к нам. — Возвращаемся.
Дважды предлагать было не нужно. Мы с Винсом с облегчением поспешили к выходу, а вслед скрипуче прозвучало:
— Если еще потребуется моя помощь, вы знаете, где меня искать. За соответствующую плату, конечно.
После чего Малыш крутанул штурвал, закрывая вход массивным валуном и запечатывая мага в его жилище. Мы двинулись наверх.

Глава 13

Весь обратный путь я размышляла о том, что теперь делать. Оправдались самые худшие опасения: мое убийство готовил кто-то из магов Магистериума. Причем не из простых, а весьма сильных, таких, которые знают Айронда и подчиняются напрямую Дабарру.
И как его найти? Да не просто найти, а еще и допросить?
Честно говоря, я слабо представляла, как это сделать без участия Айронда. И, судя по выражению лица Винса, его одолевали такие же мрачные мысли.
Лишь Ругар выглядел довольным и чуть ли не насвистывал, шагая впереди. Выйдя из подземелья, он коротко приказал что-то одному из встречающих нас людей, а когда мы вновь оказались в его личных покоях, сказал:
— Ситтер будет ждать вас у ангаров. Не в розыске, на отличном ходу. Когда мы закончим, мои люди сопроводят вас к нему.
Винсент вздохнул:
— Хорошо. И что мы должны за мага?
Ругар с самым довольным видом уселся за стол.
— Да мелочь, в сущности. Надо вычислить тех, кто самым наглым образом ворует мои деньги.
Я ошеломленно моргнула, а Винс надсадно кашлянул.
— Воруют? У тебя? — уточнил он. — У самого короля лиранийских преступников?
— Не все так просто, — поморщился Ругар. — Будь это кто-то из своих, я бы разобрался и сам. Но тут дело немного в другом.
Он замолчал, словно решая, что можно нам рассказать. Винс, усевшись в кресло, ответил на его невысказанные сомнения:
— Если нужна наша помощь, то придется побыть откровенным. Это я тебе как практикующий детектив говорю.
Ругар задумчиво пожевал губами, побарабанил пальцами по столешнице, а потом, словно решившись, отослал Малыша, велев тому проверить посты по западному склону. Когда же мы остались наедине, он, остро посмотрев сначала на Винса, а потом на меня, тихо и со значением сказал:
— То, что вы сейчас услышите, должно остаться тайной. Без каких-либо исключений. Это ясно?
Мы синхронно кивнули. Все равно выбора особого не было. Ругар оказал нам услугу, теперь наша очередь.
— Только в том случае, если не будет задета моя честь, — повторил свое предупреждение Винс.
С этим Ругар согласился и начал:
— После освобождения из Громорга и возвращения трона я вдруг понял одну простую вещь. Знаете какую?
— Что человек человеку волк? — спросил Винс.
— Это я и так всегда знал, — отмахнулся Ругар. — Я понял, что устал. Не буду скрывать, я богат. Не как род де Глернов, конечно, но где-то рядышком. Однако, увы, я не могу воспользоваться своим богатством и жить так, как хочу я. Не буду врать, деньги мои откровенно преступные и омытые где слезами, а где и кровью. — Он сделал паузу, а потом повторил. — Я устал. И не хочу больше быть Ругаром, чьим именем пугают купцов, не хочу быть Ночным королем Лирании. Надоело. Я хочу уйти.
Ну ничего себе заявочки!
Мы с Винсом изумленно переглянулись.
— Конечно, в моих силах изменить себе внешность, придумать биографию и официальные бумаги, — продолжал тем временем Ругар. — Но это все не то. Я не хочу быть мелким дворянчиком из захолустья или купчишкой. Нет! — Он хлопнул ладонью по столу. — Я хочу иметь возможность тратить свои деньги так, как мне будет угодно! Без того, чтобы прекрасные представители королевской налоговой службы начали интересоваться моим состоянием.
— Как все интересно… — протянул Винс. — Король Ругар хочет отойти от дел, сменить личность, но при этом остаться со всем неправедно заработанным. И чтобы без претензий всяких официально любопытствующих. Я только одного не могу понять: при чем здесь мы-то?
Ругар неловко поерзал в кресле.
— Дело в том, что я уже начал легализовывать свои деньги. И поначалу все шло очень неплохо…
— Это как? — перебил его Винс.
— Азартные игры, друг мой, — ухмыльнулся Ругар. — Некоему господину… Имя я пока предпочту не называть, уж простите. Некоему господину стало весьма везти в казино. Прямо-таки фантастически везти! Естественно, с каждого выигрыша он платит соответствующий налог в казну.
— Этот господин, как я понимаю, вы и есть? — уточнила я.
Ругарне ответил, но и так было понятно. Вместо этого он отметил:
— Казино, кстати, тоже принадлежит мне. Я его купил. Через подставных лиц, естественно, но сути это не меняет.
— Выигрывать самому у себя — это так замечательно, — ехидно усмехнулся Винс.
— Я просто хочу иметь чистые деньги, — ответил Ругар. — Но в этом плане оказалась досадная помеха, которую я никак не мог просчитать.
— Это какая же?
— Мое казино кто-то грабит! — рявкнул Ругар неожиданно. — С обидной периодичностью и на большие суммы! И это не налет злых молодцев в масках и с оружием. С такими я разобрался бы сам. Нужные люди прекрасно знают, под чьей защитой находится казино. Нет, это игроки, которые просто выигрывают! Самые разные люди — от скучающих купчиков до лейтенантов городской стражи! И выигрывают совершенно неестественные суммы! И я никак не могу понять, кто за этим стоит и что мне с ними делать.
Винсент нахмурился.
— Во что играют?
— В королевский покер на нескольких колодах. — Ругар скривился.
— Ага…
В комнате повисло молчание, которое прервал Винс, встав с кресла:
— Я займусь этим. Посмотрим, что можно сделать. Но не сейчас. Как ты сам понимаешь, в данный момент у нас есть более важные дела.
Ругар тоже поднялся.
— Напоминать про тайну, надеюсь, не надо? Ну вот и прекрасно. И, кстати… — Он слегка улыбнулся. — Надеюсь, если все сложится так, что я вынужден буду привыкать к обращению «его величество Винсент Первый», это не заставит меня пожалеть о собственной откровенности. Ну… и его величество вспомнит мою помощь.
— Вообще-то это была не помощь, а… как это там было сказано? Деловой разговор? — съязвила я.
— Разговора вообще могло не быть, — напомнил Ругар. — Но я привык думать о будущем.
После чего вызвал сопровождающих, которыми оказались те же двое, что нас встречали. Простившись с воровским королем, мы вышли из кабинета.
— Что ж, сюда мы сходили не зря, — тихо сказал Винс.
Я кивнула. Да, информация, которую мы узнали, не радовала. Зато доказывала, что мы поступили верно, решив соблюдать осторожность и задержаться «в мире условно мертвых». С таким врагом это было безопаснее всего. А все благодаря Винсу! Без него, кто знает, была бы я сейчас еще жива?..
Из катакомб я выходила в мрачных размышлениях и желании сесть в обещанный Ругаром ситтер, уехать в спокойное место и обсудить с Винсом план дальнейших действий. Но едва увидела, какой транспорт выделил его воровское величество, нервно хмыкнула.
Сопровождающие подвели нас к старенькой, потрепанной жизнью и ржавчиной колымаге мшистого серого цвета. Модель двадцатилетней давности, не меньше.
— Ничего не скажешь, щедро, по-королевски! — язвительно прокомментировал Винс. — Интересно, как далеко на этом кандидате в металлолом можно уехать? Это вообще что?
— Извольте принять в управление модель «Рысь», — спокойно откликнулся один из провожающих и протянул Винсу ключ-кристалл. — Этот ситтер — один из тех, что используются в экстренных ситуациях лично его величеством. В нем кристалл увеличенной мощности и слегка измененная геометрия кузова, поскольку обшивка полностью заменена на комбинированную броню с усиленной магической защитой. В краску был добавлен магоотражающий состав, а потом ее искусственно состарили. Теперь обшивка вполне сможет отразить боевые заклинания средней силы. Вместо стекол установлены бронепакеты. Плюс, есть еще некоторые переделки и дополнения по технической части.
Винс присвистнул. Теперь в его глазах светилось исключительно желание как можно быстрее оказаться внутри сего эксклюзивного ситтера.
— Отлично, берем, — выдохнул он, открывая дверцу и прыгая внутрь.
Я, не мешкая, хотя и в сомнениях, последовала за ним. Описание, конечно, звучало внушительно, но ржавчина…
А Винс тем временем активировал движущий кристалл, и ситтер плавно и бесшумно поднялся над землей.
— Ну что, попробуем, — начиная движение, произнес Винс и…
Меня вжало в кресло!
— Винс, чтоб тебя!!!
Ситтер резко сбавил скорость.
— Ничего себе «некоторые переделки»! Надо бы у Ругара адресок этого мастера взять, — несколько ошеломленно выдохнул Винс и оглядел панель управления более пристально. — А вон тот блок мне, кстати, вообще не знаком. Посмотри, что там?
И указал на квадратный отсек на приборной панели, закрытый крышечкой.
Я тотчас подцепила крышку ногтем Открылась небольшая полость, в которой было вмонтировано три кнопки и переключатель в виде аккуратного рычажка.
— Хм, странно. И для чего это? — озадаченно спросил Винс. — Там никаких обозначений нет?
— Нет. — Я внимательно осмотрела поверхность. — Тоже какая-нибудь новоделка Ругара Стоп, подожди! Вот около рычажка… какие-то квадратики разных цветов. Серый, красный, синий, желтый.
— И переключатель сейчас на сером? — усмехнулся Винс, словно догадался о назначении переключателя.
— Ну да И что?
— А то, что ситтер у нас сейчас как раз серый. — Он бросил взгляд на зеркала заднего вида. — Ну-ка, пока стражи не видно, передвинь его на красный.
Уже понимая, что сейчас будет, я щелкнула переключателем. И сразу же капот изменил свою окраску. Красный цвет натуральным образом проступил из металла, заменив собой серый.
— Это реально круто, Винс! — в восторге воскликнула я.
— И нарушает несколько королевских законов сразу! — не менее довольным тоном отозвался он. — А если кнопку нажать?
Я без промедления нажала. Уж больно впечатлила меня такая вот замена цвета.
Ситтер дернулся так, что мы одновременно подпрыгнули, чуть не ударившись головами о потолок.
— Ой… — только и смогла сказать я.
— Валим отсюда, пока нас не запомнили! — и Винс прибавил скорость, резко свернув за угол и меняя цвет ситтера обратно на серый.
Дело в том, что экипаж дернулся не просто так. Откуда-то из-под днища с громким хлопком вылетела огромная цельнокованая стрела! Толщиной с мою руку и длиной с хорошее копье, она с шипением рассекла воздух и вонзилась наполовину в каменную стену какого-то здания, дрожа и блестя на солнце кованым оперением.
— Больше ничего не нажимай! — слегка хриплым голосом сказал Винс. — И вообще, закрой эту штуку, пока еще чего-нибудь не случилось. Потом в спокойной обстановке разберемся.
— Угу. — Я и сама решила точно так же.
Не ситтер, а чудо маготехники! А ведь мы просили обычное средство передвижения, чтобы на общественных дилижансах больше не ездить…
Теперь из-за соображений безопасности Винс вел ситтер медленно и старался избегать больших дорог, предпочитая им второстепенные. Благодаря этому у меня появилась возможность немного перевести дух и постараться хотя бы отчасти сбросить накопившееся напряжение. Усилием воли я заставила себя на время отбросить все мысли о заговорщиках и убийствах и просто бездумно смотрела в окно на проплывающие мимо улицы города.
В столице, кстати, уже полным ходом шли ремонтные работы. Люди восстанавливали все, что было разрушено в ходе беспорядков. Кое-где так и вовсе глобальную реконструкцию проводили. Например, на небольшой торговой площади, которую мы проезжали, как мне помнилось, раньше стояла статуя какого-то знатного торговца. Сейчас она была разрушена, но на ее месте возводилось что-то новое и абстрактное — высокая, в два моих роста, стела из мутного фиолетового кристалла.
В общем, Лирания обновлялась во всех смыслах этого слова.
Однако некоторые вещи оставались неизменными. Например, кабаки. У одного такого, с говорящим названием «Голодный вепрь», Винс и остановился.
— Перекусим, а заодно обсудим дальнейшие планы, — решил он.
Спорить я, разумеется, не стала.
Посетителей в кабаке было мало, так что не прошло и четверти часа, как у нас на столе шкворчала на чугунной сковороде жареная картошка и исходившее умопомрачительным ароматом блюдо с жареными свиными ребрышками, посыпанными мелко нарезанной зеленью. К ним полагались плошки с чесночно-медовым соусом и плетенка с хлебом, а также два кувшина Один, запотевший от холода, с темным элем для Винса и другой с калиновым морсом для меня. Пара пузатых кружек завершала все это великолепие.
Мы молча набросились на еду, так как в последний раз ели лишь рано утром одну жалкую яичницу, а время уже было вечернее. Лишь когда голод был повержен с разгромным счетом, я задала тот самый вопрос, который не любила всей душой:
— И что дальше?
Винс поставил кружку на стол и сыто вздохнул. Но потом посерьезнел.
— Давай подведем итоги. Мы знаем практически все про использованное заклинание. Принцип действия, силу и расчет наведения. Исходя из этого можно сделать простой вывод: подобные заклинания не может сотворить один маг. Работало несколько человек, и одного из них мы знаем. Вернее, не знаем, а видели со спины.
— Край пояса с руной наталкивает на мысль, что эту атаку осуществили какие-то силы Магистериума, — добавила я.
Винсент хмуро кивнул:
— Отрицать очевидное сложно. Все улики, которые у нас есть, указывают на него. И тот маг, как его… Вайгаупт, что пришел со стражниками и сжег все следы, точно был оттуда.
— Кстати, об уликах. Ты не показал магу Ругара тот оплавленный кристалл, — припомнила я.
— А смысл? — Винс скривился. — Ты же сама сказала — на нем не осталось отпечатков. И мы и так оказались должны Ругару за след. Второй долг за банальное подтверждение твоих слов получить не хотелось.
И тогда я наконец произнесла то, что давно вертелось на языке:
— Кажется, пора встретиться с Айрондом. Без него мы в тупике.
Винс тяжело вздохнул, а потом с видимой неохотой кивнул.
— Да. Ты права. Придется воскресать. Мы с тобой молодцы, сделали все, что могли. Теперь с помощью моего братца осталось сделать все, чего мы не можем, и тогда успех гарантирован.
— Значит, снимаем кальдиты?
Я потянулась было рукой к шнурку, но Винс отрицательно качнул головой.
— Нет. Погоди пока, опасно. Место тут не самое подходящее. Так что… как думаешь, как нас встретит Барристан?
— Надеюсь, с радостью. — Я улыбнулась.
— Не надейся. — Винс отрицательно качнул головой. — Таких, как мы, он обычно не жалует.
— В смысле? — не поняла я.
Однако он только с предвкушением ухмыльнулся и, встав из-за стола, двинулся к выходу.
И вот что, спрашивается, еще придумал?
Я пыталась выяснить это всю дорогу до дома Айронда, но Винс так и не признался. А я, между прочим, и без того волновалась!
Все выяснилось, лишь когда мы оказались у кованой калитки запасного входа в особняк. Она по обыкновению была заперта, но едва я попыталась приложить руку к вмонтированному рядом кристаллу связи, чтобы вызвать Барристана, Винс ее тотчас перехватил.
— Погоди.
В ответ на мой вопросительный взгляд он хитро прищурился, вытащил из складок одежды какую-то металлическую закорючку и, деловито засунув ее в отверстие для ключа, чутко прислушался к скрежету, который раздался, когда он начал осторожно вращать отмычку то в одну, то в другую сторону. Почти тотчас внутри замка что-то щелкнуло, и Винс, повернув ручку, открыл калитку.
— Вот так! — довольно сказал он и повернулся ко мне. — Грабеж устанавливает род равновесия, которое разрушает имущественное неравенство. Это я нынешних революционеров наслушался.
— Так вот чего ты придумал? — Я фыркнула. — Брось, Барристан обязательно почувствует, что калитку вскрыли.
— Угу, — согласился Винс и быстрым шагом двинулся вперед по мощеной дорожке, огибая дом. — Но так веселее.
Я поспешила за ним, а когда мы завернули к парадному входу, слегка удивилась, что дверь особняка все еще была закрыта Честно говоря, я ждала, что дворецкий встретит нас на крыльце.
— Наверное, пошел хлеб-соль готовить, — произнес Винс немного озадаченно и, отодвинув меня, со всей дури пнул несчастную дверь ногой.
А в следующий миг та распахнулась и перед нами вырос Барристан собственной персоной. Он стоял совершенно спокойно, даже расслабленно. Лишь заряженный арбалет в его руках был направлен прямо на тотчас отступившего Винса.
— Чем могу помочь, господа? — произнес он. — Попрошу вас не шевелиться, у этого арбалета очень легкий спуск.
Мысленно проклиная дурацкую затею Винса, я мгновенно застыла и открыла было рот, чтобы все объяснить, как…
— Барристанушка! Как же я рад тебя видеть! Дай обниму! — провозгласил Винс и, раскинув руки, рванул вперед.
А в следующий миг раздался выстрел!

Глава 14

— Нет, ты посмотри! Он мне рубаху продырявил! — сокрушался Винс, демонстрируя простреленный рукав. — А если бы я не увернулся?! Что за нелепая смерть была бы?
— А зачем ты к нему обниматься полез? — нервно огрызалась я. — Именно что нелепая! И глупая! Нет, ну надо же! Он ведь ясно сказал, чтобы мы не шевелились!
Мы сидели в гостиной особняка и ждали прибытия Айронда. Барристан, едва отойдя от нашего «воскрешения» из мертвых и того факта, что чуть было не отправил Винса к мертвецам по-настоящему, сразу поспешил к защищенному кристаллу связи. Мы особенно настояли на том, чтобы он вызвал Айронда не выдавая нас, ведь вероятность того, что за азурой следят была весьма велика.
— Вообще-то мог и по голосу признать, — проворчал Винс, со вздохом расправляя рукав. — И вообще, стрелять в человека, который обращается к тебе с самыми добрыми чувствами, невежливо.
Я хотела возразить и продолжить отчитывать этого дурака — все-таки перенервничала из-за выстрела сильно, но за окном что-то коротко сверкнуло.
— Прямой портал во двор, — прокомментировал Винс. — Сейчас начнется…
Сердце тотчас замерло, а потом застучало быстро-быстро. Я невольно поднялась с дивана и шагнула вперед, навстречу послышавшимся в коридоре шагам.
— Барристан! — в голосе мужа слышалась явственная усталость. — С защитным периметром все в порядке! С чего ты решил, что с ним что-то не…
Ровно в этот миг он открыл дверь гостиной и осекся, застыв на пороге. Лицо Айронда залила неестественная бледность. Мгновение он прожигающим взглядом смотрел на нас с Винсом, а затем я и опомниться не успела, как оказалась в его объятиях.
Я буквально кожей ощутила вихрь эмоций, бушующий внутри обычно хладнокровного и сдержанного азуры. Боль, неверие, невероятное облегчение и радость от нашей встречи. Сжавшись в его руках, я почувствовала, как глаза защипало от накативших слез, но в следующий миг губ коснулся обжигающий поцелуй, унося прочь все страхи и переживания.
Впервые за последние дни я почувствовала себя спокойно и защищенно, а тупая игла боли от произошедшего в Астароне уже не так сильно колола в сердце.
— Я знал, что вы живы, — отрываясь от моих губ, выдохнул Айронд. — Знал. До последнего не хотел верить и не прекращал поиски. Ни на минуту.
— Я, пожалуй, пойду, — как-то неуверенно пробормотал Винс, поднимаясь с дивана. — Не буду вам мешать… воссоединяться. Лучше пока воссоединюсь с винным погребом, я по нему скучал.
Вот только он не успел сделать и шага, как Айронд ухватил брата за плечо и притянул к себе. Теперь он обнимал нас двоих.
— Попрошу Барристана отдать тебе самую старую бутылку вина, — пообещал он. — Или даже две.
— Если позволите, мой лорд, я взял на себя смелость и уже выбрал пару, — тотчас раздалось от дверей, и в гостиную вошел Барристан, вернувший себе прежнюю невозмутимость, с покрытыми пылью бутылками вина в руках.
Едва завидев их, Винс слегка отстранился от нас с Айрондом и недоверчиво прищурился.
— Неужели сиринийское? Столетней выдержки? Я что, на небесах?
— Вы там едва не оказались, — чопорно ответил дворецкий. — Полагаю, лорд Айронд не будет против в честь вашего… вашего воскрешения открыть эти бутылки. К тому же они все равно последние из того урожая.
— Не буду. Даже напротив, присоединюсь к дегустации, — откликнулся тот. — Момент… подходящий.
Хмыкнув, Винс вернулся обратно на диван. Мы с Айрондом последовали за ним и вскоре уже следили за тем, как Барристан наполняет выставленные на низенький столик бокалы тягучим, почти черным вином.
— Ваше здоровье! — взяв первый бокал, тут же отсалютовал Винс и сделал первый глоток. — Мм! Восхитительно!
— Наше здоровье не трогай, будущее величество. На него и так желающих много, — фыркнула я и, взяв второй, слегка пригубила вино. Насыщенный терпковатый вкус действительно оказался безупречным, хотя я в нем и не особо разбиралась. Мягкое тепло приятной волной прошло по телу.
— Кстати, о здоровье, — отпив из третьего бокала, Айронд нахмурился. — Почему я вас до сих пор не чувствую?
— Благодаря вот таким артефактам. Называются кальдиты. — Раздобревший Винс охотно продемонстрировал свой и потянулся за бутылкой, чтобы вновь наполнить опустевший бокал.
Взгляд Айронда вмиг стал хищным, цепким.
— Впервые слышу о таком. И вижу, — произнес он. — Откуда?
И на меня посмотрел, требовательно и подозрительно.
— Не мое, — тотчас сообщила я. — Их нам дали Черные Клинки.
— Та-ак… — протянул Айронд таким тоном, что мне отчего-то стало сильно неуютно, а по спине пробежали мурашки. — Рассказывайте все. С самого начала.
— Что ты знаешь? — уточнил Винс.
— Мало. Я находился в Кориниуме, когда сработали тревожные датчики, — отрывисто ответил Айронд. — Сразу же попытался к вам переместиться, но искажения отбрасывали меня демон знает куда. Три портала прошли впустую, пока я смог вычислить минимально возможное для перемещения расстояние. Потом передвигался пешком, но добрался до Астарона, когда от замка практически ничего не осталось.
— Угу. Так мы и думали, — резюмировал Винс и кивком предложил мне рассказывать.
Тактично. На меня Айронд, если что, так сильно, как на него, злиться не будет.
Тихонько вздохнув, я собралась с мыслями и начала рассказ. Подробно, с момента нападения на замок и нашего спасения в отцовской лаборатории вместе с Черным Клинком Фандором. Потом о совместных поисках выхода, данных им маскировочных артефактах и предложении пообщаться с капитаном Клинков, чтобы получить доказательства их невиновности.
Услышав имя капитана Черных Клинков, и без того хмурый Айронд еще больше помрачнел. А когда я сказала о том, что в нападении на Астарон, по словам Клинков, виноват кто-то из магов Магистериума, и вовсе не выдержал.
— И вы им всерьез поверили? — Айронд скривился. — Это же чушь! После событий полугодовой давности мне трудно представить внутренний заговор, да еще и с участием первых магов Магистериума. Не забывайте, что все они принесли клятву верности королю и…
— И клятва верности королю никак не мешает им попытаться убить меня, — перебила я. — Даже напротив. Можно сказать, что те, кто пытался это сделать, способствовали укреплению королевства.
В поисках поддержки я посмотрела на Винса.
Тот, в свою очередь, серьезно взглянул на Айронда и поинтересовался:
— Я так понимаю, что маги, которые расследуют нападение на Астарон, ничего путного о нападающих до сих пор так и не выяснили?
— Только то, что они тщательно уничтожили за собой все следы, — кивнул муж.
— В таком случае, тебе будет интересно почитать вот это. — Винс достал из сумки бумаги с расшифровкой заклинания, которую мы получили от Клинков, и положил их на стол. — И сразу говорю, мы перепроверили данные у независимого… гм… профессионала. Он подтвердил, что ошибки в них нет. Посмотри, а потом можно будет продолжить разговор. Например, обсудить, почему маги Клинков, которые столкнулись с заклинанием такого рода впервые, расшифровали его намного быстрее, чем те, кто знает о нем куда больше. И подумать, а хотели ли они вообще его расшифровывать? Или только сделать вид, а потом солгать, что не достигли успеха?
Айронд недоверчиво хмыкнул в ответ, но все-таки углубился в чтение. Однако по мере того, как он разбирался в хитрых схемах и пояснениях, лицо его мрачнело все больше и больше. Когда же Айронд наконец поднял глаза от трудов Гаторуса, взгляд его сверкал неприкрытой яростью.
— Кроме того, мы успели считать след устанавливающего заклинание мага. Его образ был с регалиями Магистериума, — сообщил Винс.
— А потом этот след буквально на наших глазах уничтожил один из магов, которые работали над расследованием нападения на Астарон. И он тоже был из Магистериума, — добавила я.
— Как ты думаешь, умей Клинки или Паук такое, долго бы прожил король? Да они давно разнесли бы Кориниум! А он стоит себе спокойненько, — отметил Винс. — Как ни крути, а нужно признать очевидное: это не Черные Клинки. Ну и, кроме того, Клинкам выгодно, что ты женат. Пока Глория жива, ты не можешь стать королем.
— Угу. Зато перспектива Винса на троне их вполне устраивает, — вставила я.
— А вот организатор покушения на Глорию явно хочет видеть на троне тебя, — заключил Винс.
— Меня, значит… — Айронд постучал пальцами по столешнице. — Что ж, таких немного. И в любом случае, по крайней мере нашу дорогую бабушку из списка подозреваемых можно исключить. Катрина знала, что ты в Астароне, а ты пусть и непутевый, но все же нынешний наследник престола.
Винсент поморщился:
— Кстати, насчет этого… я должен сообщить одну вещь. Я тут поразмыслил, сидя в Астароне, о всяком разном… — Он замешкался, словно подыскивая слова. — Про жизнь подумал, про судьбу. Ну и пришел к выводу — не для меня все это! Трон, власть, интриги всякие. Не хочу я быть королем! А так как другой темной магички у нас нет, чтоб я на ней женился, то… На очередную попытку бабули связаться со мной я ответил официальной бумагой. Составленной по всем правилам и со всеми необходимыми подписями и заверениями.
— И что было в той бумаге? — вкрадчиво уточнил Айронд.
— Я отказался от титула, — бросил с вызовом Винс. — От титула, от герба и от рода. Ну и от права наследия, естественно, тоже. Вот так!
Оглушенные этой новостью, мы изумленно вытаращились на него. Слов у меня не было. А Айронд только и смог выдохнуть:
— Ты… ты что сделал?!
— Ну, я не такой правильный, как ты. — Винс усмехнулся. Похоже, ему явно полегчало от этого признания. — Ты ведь, думаю, даже в такой ситуации прежде всего о долге думать будешь. А я — нет. Плевать мне на титул, родовые владения и корону, ясно? Я хочу жить своей жизнью, а не той, к которой меня толкают другие. И иногда пинают ногами пониже поясницы для придания нужного направления. Все, хватит! С этого момента зовите меня просто — Винс Шелби.
— Да как ты смеешь, неблагодарный балбес?! — взвился Айронд. — Честь рода для тебя пустой звук?! Только о себе думаешь, через всех переступить можешь?!
Винс поднял руку, останавливая этот поток слов.
— Дело сделано и назад его не переиграть, — твердо сказал он. — Хватит ругаться, брат. Лучше подумай вот еще над чем: о моем решении знала Катрина. Значит, знал и Рошаль. А может, уже и король. В любом случае, учитывая милый характер бабушки и барона, они вполне могли списать меня в качестве сопутствующей потери при атаке замка. — Винс на мгновение замолчал, переводя дух. — Ну а Черные Клинки не знали, иначе не стал бы Фандор, рискуя жизнью, спасать меня, «нужного» претендента на престол, из огня. И это еще один тяжелый камень на чашу весов истинных виновников. Так не лучше ли вместо того, чтобы читать мне мораль, заняться делом и выяснить уже, наконец, кто они?
Айронд с усилием выдохнул, заставляя себя успокоиться и отложить семейную ссору на «потом».
— Хорошо. Давай выяснять. На данный момент, насколько я понял, нам известно имя мага, который зачищал следы на холме.
— Вайгаупт, — подсказала я. — Его так стражники звали.
— Да. Я узнаю, кто он и где живет, и нанесу ему визит…
— Мы нанесем, — не терпящим возражений тоном произнес Винс. — Вместе. А то так познакомиться хочется, что руки чешутся.
Спорить Айронд не стал. Кивнул и, быстро меня поцеловав, рывком поднялся с дивана.
— Дом не покидать, — приказал он. — Я в Магисериум. Ждите.
После чего быстрым шагом вышел из гостиной.
Что ж… мы с Винсом переглянулись, и тот с довольной, полной предвкушения улыбкой, налил себе еще вина. Да и я приободрилась. Наконец появилась ниточка, за которую можно было потянуть, и мне не терпелось приступить к делу.

Время в ожидании Айронда я посвятила приведению себя в порядок: смыла грим, отдохнула в ванне и переоделась. А когда по зову Барристана спустилась на ужин, обнаружила, что и Винс занимался тем же. Сейчас он восседал за столом в своем нормальном виде и в чистой одежде, бодро поглощая умопомрачительно пахнущее жаркое и глядя новости по телекристаллу. Разумеется, я тотчас к нему присоединилась — и в дегустации очередного кулинарного шедевра Барристана, и в просмотре сводки последних событий Лирании.
Новости, кстати, все сплошь были бравурно-позитивными. Репортеры один за другим докладывали, что и мятежи все подавлены, и ремонт в столице полным ходом идет. И главное, мол, к ежегодному празднику Дня основания, который состоится через неделю, столица будет восстановлена и станет выглядеть даже лучше, чем прежде. За этим особо следит приглашенный аж самим его величеством Дабарром известный архитектор с ультрасовременными взглядами на искусство…
Вспомнив стелу, которую городили на площади вместо нормальной статуи, я не удержалась от тихого смешка. Ну да, может, это и современно, но большая часть простых горожан такое искусство вряд ли поймет. Да и вообще, разве прямые палки — это искусство? Делать их особого умения, в отличие от статуй, не надо.
«А денег, уверена, этот известный архитектор получил о-го-го сколько!» — резюмировала я и снова хмыкнула.
Но потом услышала хлопок входной двери, и столичный модный ремонт сразу вылетел из головы. Айронд вернулся!
Отложив вилку с нанизанным на нее истекающим соком куском мяса, я, как и Винс, в напряженном ожидании подалась вперед. А едва Айронд переступил порог столовой, тотчас спросила:
— Ну как? Удалось что-нибудь выяснить? Нашел его?
— Да, — подтвердил тот и, устало потерев лоб, сел за стол.
Появившийся словно из ниоткуда Барристан тотчас спешно начал наполнять ему тарелку, но Айронд только с сожалением головой качнул:
— Спасибо, Барристан, но на еду времени у меня нет. Потом как-нибудь.
— Вы уже больше суток откладываете еду на «потом», — заворчал дворецкий и все-таки поставил тарелку перед Айрондом. — Этак и сил не останется…
Но мой муж его не слушал.
— Значит так, — начал он, обращаясь к нам. — В Астарон… вернее, туда, где он когда-то был, направлены лучшие следователи и, разумеется, не самые последние маги. Среди них действительно есть некий мэтр Клермон Вайгаупт, старший следователь по особым делам Магистериума. Биографию имеет положительную. Не нарушал, не состоял, не привлекался. На хорошем счету у руководства, исполнителен и надежен. Вот только…
Айронд замолчал и нахмурился.
— Что? — в один голос нетерпеливо поторопили его мы с Винсом.
— Вот только в рапорте, который он подал руководству, ни слова о том, что мэтр что-то уничтожал на холме. По его словам, он с отрядом осмотрел нужную точку, ничего не нашел и ушел обратно. А стражники, понятное дело, в магии не разбираются. Так что просто подтвердили: мол, да, что-то колдовал и говорил, что следы ищет.
— Значит, он точно из заговорщиков! — с торжеством воскликнул Винс. — Айда к нему! Хочу взять его за горло и вытрясти все, что можно и чего нельзя!
Айронд мрачно кивнул и поднялся.
— Сам горю желанием это сделать. Поехали. Ситтер ждет у ворот. Время позднее и самое подходящее, чтобы проведать мэтра Вайгаупта. Что-то мне подсказывает, что он сейчас дома и отдыхает, используя данный начальством заслуженный отгул.
Мы с Винсом тотчас подскочили, однако не успели сделать и шага, как Айронд взмахнул в нашу сторону рукой и все вокруг на мгновение поплыло перед глазами. Я недоуменно моргнула, но спросить, в чем дело, не успела. Рядом раздался хриплый незнакомый голос:
— Что ты сделал?!
Я резко обернулась и узрела высокого лысого мужчину могучего телосложения, с бесцветными глазами альбиноса. Его широкое лицо, словно вырубленное из камня, украшали глубокие морщины и несколько неровно зарубцевавшихся шрамов. И этот незнакомец во все глаза смотрел на меня.
— Что, блин, происходит?! — вновь недоуменно прогудел он.
— Винс? — сообразила я. А услышав и вместо своего голоса чужой, хотя и женский, вдвойне изумленная повернулась к Айронду. — Но как? На нас же кальдиты!
Видно было, что наше удивление мужу понравилось.
— На обратном пути разработал заклинание, — довольно пояснил он. — Вернее, не разработал, а немного модифицировал. Это стандартная иллюзия, только она не ложится конкретно на тебя, а словно обволакивает вокруг, вне поля действия кальдита. Например, в зеркале ты увидишь себя без изменений. Так что постарайтесь пока как-то осторожно миновать зеркала по возможности. Надеюсь, такая маскировка скоро перестанет быть необходимой. А вообще, кальдиты — это все-таки не полноценные блокаторы. И от серьезного заклинания они не спасут.
Лысый мужик, которым стал Винс, подошел к окну и вгляделся в едва заметное отражение, а потом развернулся ко мне:
— Я там себя вижу, — пожаловался он. — В кого превратил меня этот бессмысленный колдун, твой муж? Как я выгляжу?
И я сказала первое, что пришло в голову:
— Брутально.

Глава 15

Дом мэтра Вайгаупта находился в неплохом квартале. Не то чтобы близко к Кориниуму, где собственные дома могли себе позволить лишь богатейшие люди королевства, но и не на окраине.
Айронд остановил ситтер на противоположной стороне улицы и показал в окно на двухэтажный дом, окруженный небольшим садом и невысоким декоративным заборчиком. В ночных сумерках его белый цвет выделялся особенно ярко. Кроме этой декорации, конечно, существовала и магическая защита, но о ней я не беспокоилась: ведь с нами был мой муж.
— Щиты я сниму, — подтвердил мою уверенность Айронд. — Мэтр, как я вижу, использует только стандартные контуры заклинаний. Безо всякой выдумки. Даже напрягаться не придется.
Выйдя из ситтера, мы перешли дорогу и направились к калитке. В то же время из-за угла вывернул патруль, но, узнав Айронда, стражники только отсалютовали и даже не стали к нам приближаться, хотя на преображенного Винса покосились с подозрением.
Хорошо, что я не выглядела так «экстравагантно». Еще при выходе из нашего дома, впечатлившись лысой макушкой Винса, я затребовала подробное описание собственной иллюзии. Но Айронд заверил, что мою внешность изменил не столь кардинально, а Винс подтвердил, описав, что видит просто какую-то даму средних лет в военном мундире.
Подождав, пока патруль отойдет подальше, Айронд плавно повел рукой сверху вниз, и воздух перед ним на миг подернулся радужной дымкой.
— Вот и все, — констатировал он и, толкнув калитку, первым в нее вошел.
Короткую дорожку мы миновали быстро и не скрываясь. Окна в доме были темными. Все, кроме одного на втором этаже.
— Думаю, что этому Вайгаупту неспокойная совесть спать мешает, — глубокомысленно заявил Винс. — Ишь, все нормальные люди спят уже, а он бодрствует.
Мы поднялись на крыльцо, и Айронд жестом остановил Винса, который уже был готов снести дверь с разбега.
— Не шуми, прошу тебя, — тихо сказал муж. — Не надо кавалерийских наскоков. Он может успеть поднять тревогу, а нам это совсем не надо.
Винс лишь тяжело вздохнул.
Айронд снова не спеша провел рукой перед дверью сверху вниз. На одно мгновение ее контуры засветились бледно-голубым светом, а потом раздался негромкий щелчок открывшегося замка.
Я толкнула дверь, и та открылась без малейшего скрипа. За ней было темно и, помня, что ночное зрение мне сейчас недоступно, я отступила в сторону, уступая дорогу Айронду.
— Осторожно, здесь ступеньки, — шепнул он, подойдя к витой лестнице на второй этаж, и поставил ногу на ступеньку.
Раздавшийся громкий скрип заставил нас замереть. А может, он только показался нам громким в полной тишине темного дома. Но тем не менее Айронд перестраховался и стал подниматься, прижавшись к стене и ступая на самый край ступенек.
Наверху мы миновали небольшой холл и остановились возле двери, из-под которой пробивался свет.
— Вот теперь давай, — шепнул Айронд Винсу, и тот не заставил себя ждать.
Два быстрых шага и могучий удар в дверь заставил ее распахнуться и со страшным грохотом врезаться в стену.
Винс, по инерции залетев в небольшую спальню, заорал страшным голосом:
— …!!! Молчать!!!.. тебе!!!
Ухватив опешившего от неожиданного вторжения мага за выглядывающую из-под одеяла ногу, он одним рывком выдернул его из кровати. Книга, которую тот держал до этого в руках, отлетела в сторону.
К чести мага, растерянность его длилась лишь мгновение.
Злобно выругавшись, он, одетый лишь в светлую пижаму и колпак с нелепой кисточкой, на одном выдохе бросил в Винса боевое заклятие. И несмотря на то что оно тотчас бессильно срикошетило от магического щита, поставленного Айрондом, Винс все же пошатнулся. И это позволило магу вырваться из захвата и вскочить на ноги.
Но Айронд, уже вошедший в спальню, тотчас рявкнул:
— Не шевелиться! Не колдовать! Именем короля!
Узнав Айронда, маг замер, лишь часто-часто моргая.
— Мэтр Клермон Вайгаупт? — грозно осведомился Айронд. — У меня к вам несколько вопросов. — Он спокойно проследил за тем, как Винс в образе страшного лысого мужика шагнул к стене и одним ударом кулака расколотил большое зеркало. Осколки звенящим дождем полетели на пол.
А через несколько минут окончательно растерявшийся мэтр Клермон Вайгаупт был усажен на стул с высокой резной спинкой. Его пижама пребывала в некотором беспорядке после жесткого и быстрого обыска, в результате которого добычей Винса стал небольшой амулет на длинном кожаном шнурке и плетеный из тонкой золотой проволоки браслет, который Айронд после небрежного осмотра швырнул куда-то в угол спальни.
Я же скромно стояла в темном уголке, понимая, что сейчас, пока на мне кальдит, моя роль состоит в том, чтобы не мешать братьям работать. Чем они, собственно, и занимались.
Но если для Айронда это была просто работа, которую он выполнял с присущим ему хладнокровием, то Винс явно получал удовольствие. Он то и дело прохаживался вокруг сидевшего мага, заглядывал ему в лицо со свирепой усмешкой, останавливался позади и демонстративно хрустел костяшками пальцев. В общем, создавал для допрашиваемого тревожный фон.
После первой же попытки Вайгаупта приподняться и задать вопрос, Винс рывком бросил мага обратно на стул, а Айронд коротким заклинанием привязал его руки к подлокотникам, а ноги к ножкам стула. Затем, жестом велев Винсу оставаться за спиной мэтра, подтащил еще один стул, поставил его напротив обездвиженного мага и уселся, тщательно и с нарочитой скукой расправив какую-то несуществующую складочку на одежде.
— Смею надеяться, мэтр Вайгаупт, что вы меня узнали, но тем не менее, дабы следовать всем формальностям, представлюсь, — произнес он голосом, от которого, казалось, может замерзнуть вода в стакане. — Я — Айронд де Глерн, азура короля, и нахожусь здесь по собственному разумению и творя королевскую волю. Вам все понятно? Отвечать не надо, просто кивните.
Маг судорожно кивнул, бросив из-под нависших бровей на Айронда короткий, но яростный взгляд.
— Первый вопрос звучит стандартно, — продолжил Айронд спокойно. — Вы действительно мэтр Клермон Вайгаупт, служащий в должности старшего следователя Магистериума? Кивните.
Тот кивнул.
— Последнее задание — расследование уничтожения замка моей жены — вы получили от… — Айронд выжидающе уставился на мага.
— От мэтра Вайнара Феста, своего непосредственного начальника, — хрипло ответил тот.
— Приказ был в письменном или устном виде?
— В письменном.
— Где он сейчас?
Маг попытался пожать плечами, но Винс быстро пресек эту попытку.
— В канцелярии Магистерума, я полагаю, — ответил Вайгаупт нервно. — Послушайте, я не понимаю…
— А тебе и не требуется, — гаркнул Винс ему в ухо. — Сиди, отвечай на вопросы и, возможно… я повторяю, возможно, для тебя эта ночь закончится благополучно.
Маг вздрогнул от неожиданности, но лишь закивал, больше не делая попыток пошевелиться.
— Ясно. Вы должны были подать подробный рапорт по окончании выполнения задания, ведь так? — задал следующий вопрос Айронд.
— Естественно, — согласился маг. — И, смею вас заверить, что доклад был подготовлен со всем тщанием. И передан по инстанции.
— Снова в канцелярию? — наконец подала голос я.
Вайгаупт бросил в мою сторону взгляд, наверное, только сейчас вспомнив, что в спальне есть кто-то еще, а затем посмотрел на Айронда.
— Нет, не в канцелярию, — ответил он. — Согласно полученным мной распоряжениям, доклад был передан в Тайную стражу, напрямую барону Рошалю.
— Со всем тщанием, значит… — протянул Айронд. — И что же в вашем докладе?
Маг отвел взгляд.
— Я не могу сказать, — сказал он. — Информация чрезвычайной секретности.
Винс с силой опустил руки на плечи мужчины.
— Ты, организм бессмысленный, ничего не попутал? — угрожающе прогудел он и сжал пальцы, сминая тонкую пижамную рубашку Вайгаупта. — Перед тобой владелец разрушенного замка! Более того, азура короля! Ты обязан  дать ему полный отчет согласно закону. А я, да будет тебе известно, обязан сделать все, чтобы ты его дал!
Айронд предостерегающе поднял руку, останавливая Винса.
— Неважно. Доклад, переданный Рошалю, я прочитаю и сам. Сейчас же меня интересует то, чего в докладе нет. Ведь там многого нет, верно, господин Вайгаупт?
— Я не понимаю, что вы имеете в виду… — настороженно уточнил маг. — К чему эти вопросы?
— Я хочу знать, кто приказал вам уничтожить следы мага-диверсанта на холме, — отчеканил Айронд.
— Что?! — Вайгаупт заметно вздрогнул. — Я не…
— Вы, мэтр. Вы, — перебил его Айронд. — Так что не нужно тратить мое время, лгать и изворачиваться. Я знаю все. Я, можно сказать, видел, как вы это сделали. Поэтому просто скажите мне имя. Кто отдал этот приказ?
Во взгляде мага промелькнуло отчаяние, но он промолчал. Тогда Айронд вздохнул и, наклоняясь к нему ближе, вкрадчиво добавил:
— Мэтр Вайгаупт, я не собираюсь сидеть здесь всю ночь. Поэтому спрашиваю вас в последний раз, после чего буду вынужден узнать все способом, который вам, конечно, известен и который пользуется весьма печальной славой, так как после его применения у допрашиваемого с большой долей вероятности наступают необратимые последствия. Неужели вас не страшит участь стать идиотом?
Маг судорожно сглотнул, его взгляд отчаянно заметался по комнате, словно выискивая пути к спасению.
— Я жду, мэтр, — напомнил Айронд. — Кто это? Кто-то из Магистериума? Сам Рошаль? Кто?
Вайгаупт на мгновение зажмурился, словно собираясь с силами, а потом отрицательно качнул головой.
— Это особый приказ. — Он нервно клацнул зубами. — И я не имею права…
Договорить ему не дали. Айронд бросил короткий взгляд на Винса, и тот моментально обхватил шею мага, зажав ее в локтевом сгибе и не давая мэтру пошевелиться.
Айронд молниеносно оказался рядом и, властно поймав панический взгляд Вайгаупта, бросил заклинание. Тут же дергающееся тело мэтра застыло, выгнувшись, словно в агонии. По подбородку медленно сползла ниточка слюны, а глаза закатились.
Из своего угла я видела лишь спину склонившегося над бесчувственным магом Айронда, но подходить ближе не хотелось.
— Клермон Вайгаупт, слышишь ли ты меня? — твердым голосом спросил Айронд и жестом велел Винсу отпустить шею мага.
— Слышу… — голос мужчины звучал сипло, словно, для того чтобы протолкнуть слова, ему приходилось сильно напрягаться.
— Кто дал тебе приказ уничтожить следы на холме?
Вместо внятных слов изо рта беспамятного мага раздался лишь хрип.
— Отвечай! — крик Айронда прозвучал как удар хлыста.
Я поразилась тому, как жестко может звучать голос моего мужа.
Полулежащий перед ним на стуле мэтр начал дрожать. Сначала мелкой дрожью, но буквально через несколько мгновений тело мэтра сотрясали уже сильнейшие конвульсии.
— Говори! Ты не можешь сопротивляться!
— Аааа! Я..! Н-н-н-н..! Ырг-ххх! — маг захрипел совсем уж страшно.
— Айронд! — предостерегающе воскликнул Винс.
— Вижу! — отозвался тот и сжал пальцами лоб дергающегося мага. — Я приказываю тебе! Говори!
Неожиданно мэтр Вайгаупт выбросил вперед обе руки, с такой силой оттолкнув от себя Айронда, что тот буквально отлетел на стул и едва не перевернулся вместе с ним.
Винс навалился на мага сзади, стараясь прижать его своим весом, но также был отброшен. Бьющийся в конвульсиях мэтр медленно поднялся со стула. Страшные глаза с закатившимися зрачками и лопнувшими капиллярами невидящим взором прошлись по комнате. Непрерывно дергаясь, словно его руками и ногами управлял неумелый кукловод, он сделал несколько подпрыгивающих шагов в сторону и развернулся к нам.
А затем мэтр Вайгаупт завыл. Сначала раздался невозможно низкий рев, который быстро перешел в столь тонкий визг, что у меня заныли зубы, и я, не выдержав, зажала уши руками.
В тот же миг маг поднял руки, словно хотел сжать нас всех в своих объятиях. Суставы его неестественно изогнулись, на коже проступила кровь. Визг перерос в хрип, и изломанное тело мэтра Вайгаупта рухнуло на пол бесформенной грудой окровавленной плоти вперемешку с остатками пижамы.
Я медленно выдохнула, чувствуя, как дрожат колени. Внезапно образовавшаяся тишина почти ощутимо давила на уши. Облизнув пересохшие губы, я посмотрела на ругающегося Винса, который в этот момент выбирался из обломков тумбочки. Айронд поднялся со стула и теперь стоял неподвижно, не сводя взгляда с мертвого мага.
— Что, демон его побери, только что было? — хрипло спросил Винс. — У тебя все допросы так заканчиваются? И после этого меня называют грубым?
Я подошла поближе к Айронду, стараясь не смотреть на то, что некогда было человеком.
— В принципе, защита разума от внешнего вторжения — вполне себе привычное явление, — оторвавшись от созерцания тела, сказал он. — И я был готов к этому.
— Готов к этому?  — переспросил Винс, делая шаг к нам. — Тогда я попрошу тебя впредь предупреждать, чтобы я тоже был готов… к этому, потому что жизнь меня к такому не готовила. Мне не нравится, когда перед моими глазами человек превращается в кусок мерзости. Аппетит портится. Какого демона вообще? Даже если это защита и самоуничтожение во избежание разглашения ценной информации, зачем такие эффекты? Неужели нельзя было обойтись банальной остановкой сердца? Чисто, строго, лаконично. А тут что? Чья-то болезненная фантазия?
Я чувствовала, что Винс язвит только для того, чтобы успокоиться. И, если честно, в этом возмущении полностью его поддерживала.
— Нет. — Айронд отрицательно покачал головой. — Тут все сложнее. Эта агония была направлена лишь на то, чтобы перед смертью мэтр и думать не мог ни о чем другом, кроме терзающей его боли.
— Почему? — спросила я, с трудом заставив себя отвести от Вайгаупта взгляд.
Айронд подошел ко мне и мягко приобнял, давая возможность приникнуть к нему и немного снять нагрузку с дрожащих ног.
— Потому что перед самой смертью тело человека, осознавая неминуемую гибель, буквально за одно мгновение может смести с себя заклинание контроля и защиты, — начал объяснять он. — Только исключительно за счет инстинкта выживания. И в этот момент маг-оператор может успеть прочитать ответ на заданный вопрос. Вот поэтому неизвестный нам злодей и подстраховался, вплетя заклятие, которое обеспечило такие предсмертные муки, что все последние мысли мэтра Вайгаупта были лишь о том, чтобы все это побыстрее кончилось.
— Какой ужас… — прошептала я.
Винсент скривился и отошел от тела.
— Мне даже жаль его. Когда тебя используют вслепую — одно дело, но такое…
— Пойдем отсюда, — произнес Айронд. — К сожалению, мы мало чего добились своим визитом.
— Разве что мага грохнули, — буркнул Винс и первым направился к выходу из спальни.

В столовой Айронда было тепло и уютно. Притушив светокристаллы, мы втроем сидели в удобных креслах. Барристан принес горячего вина со специями. От еды мы, не сговариваясь, отказались. Как и от того, чтобы отправиться спать.
Говорить не хотелось. Хотелось вот так сидеть в уютном молчании, и чтобы утро никогда не наступало.
Я понимала, что подобные мысли — лишь следствие пережитого, но не гнала их от себя, а наоборот, старалась погрузиться глубже, чтобы не думать об…
Вот только мои желания больше никто не разделял.
— И что дальше? — негромко спросил Винс. — Единственного свидетеля мы потеряли. Неужели за всем этим и вправду стоит Рошаль?
— Ну… — Айронд задумчиво постучал пальцами о столешницу. — Возможность узнать это у нас еще осталась.
— Какая?
— Надо просто нанести ему визит, — сообщил Айронд.
— Только не говори, что ты хочешь его допросить, как Вайгаупта. — Я ошарашенно охнула. — Это же глава Тайной стражи и…
— Нет, конечно, — заверил меня муж. — Все куда проще. Я снял отпечаток ауры мага перед его смертью и через час, не больше, впитаю в себя его привычки. Голос, манеру строить фразы, походку… в общем, все. Утром в образе Вайгаупта я сообщу, что упустил кое-что в докладе и хочу отчитаться лично Рошалю. Так мы окажемся у барона, своими глазами увидим доклад Вайгаупта, а заодно и пообщаемся с Рошалем, который и знать не будет про то, кто перед ним в действительности.
— Мы — это как? Ты в роли мага, это я понял. А что делать нам с Глорией? — заинтересованно уточнил Винс.
Айронд усмехнулся:
— Вас я тоже замаскирую. На вас кальдиты, поэтому сторожевые заклинания управления ваши ауры почуять не должны. А поверх я наложу собственные чары. Лори, — он повернулся ко мне, — ты станешь помощником мэтра. В конце концов, мэтр Клермон Вайгаупт — не самый последний человек в Магистериуме и помощник у него имеется. Молодой мальчишка, насколько я помню по его делу.
— Я буду мужчиной? — глупо переспросила я, пытаясь встряхнуться и избавиться от расслабленности.
— Ну а что? — встрял Винс. — Мы — люди современные. Была девочкой, стала мальчиком. И не такое бывает, скажу я тебе.
— А если тебя в девушку превратить? — огрызнулась я.
— Мы — люди современные, — тут же ответил Винс. — Современные, но не настолько. Так что оставь свои нелепые фантазии при себе, господин… — Он на мгновение задумался: — Господин Глиппен Пикар. Нормальное имя, кстати. Этот Глиппен Пикар тот еще картежник. Был. Пока, застуканный со странными механизмами под широкими рукавами, имеющими целую обойму тузов, не был сурово избит медными канделябрами и с позором выгнан из столицы.
Я посмотрела на Айронда:
— А Винсент как сможет присутствовать при разговоре? Может, лучше его использовать в качестве мальчика на посылках и личного помощника? А я буду ну-у… помощником-девушкой? Магом-практикантом, например?
Муж отрицательно покачал головой:
— Два помощника — это перебор. Могут начать дополнительную проверку ваших личностей. А нам это не надо. Наоборот, нам необходимо, чтобы нас пропустили к барону незамедлительно, без лишних проверок и вопросов. И я знаю, как это сделать. Хотя подобная мысль мне не слишком нравится.
Теперь я действительно заинтересовалась. Да и Винс вопросительно изогнул бровь.
— И кем же я буду? — уточнил он.
Айронд слегка прищурился и произнес.
— Мной.

Глава 16

В этот раз над маскирующим заклинанием Айронд постарался еще лучше. Расчеты и эксперименты над иллюзией заняли у мужа весь остаток ночи, зато теперь нам не грозило разоблачением даже отражение в зеркалах. Собственно, сейчас я и стояла перед зеркалом в тяжелой, кованой раме и рассматривала собственное отражение, стараясь скрыть разочарование.
Из зеркала на меня смотрел тощий юноша не старше восемнадцати лет, одетый в черный камзол из простой ткани с неприглядной вышивкой и штаны из плохо выделанной кожи. Прямо-таки самый заурядный клерк в начале своей карьеры. Увы, выбирать наряд не приходилось. После создания иллюзий Айронд дал нам с Винсом по стопке одежды и отправил переодеваться.
Но даже не телосложение и не одежда заставляли меня недовольно морщиться. Парень, то есть я, был лопоух. Уши — это первое, что притягивало взгляд. Они, словно два больших паруса, торчали почти под прямым углом и, чуть что, краснели самым неприличным образом, обращая на себя внимание еще больше.
Я была блондином. Во всяком случае те жиденькие пряди тонких волос, что росли на голове, были светлыми. И, наверное, для того чтобы как-то уравновесить мои уши-паруса, Айронд наградил меня большим и тонким носом, больше похожим на вороний клюв. А для полной картины украсил его бледными веснушками.
Мрачно покачав головой, я повернулась боком. Ну да, как и ожидалось, в анфас взгляд притягивали уши, а в профиль — выдающийся нос.
Сзади скрипнула дверь, и я обернулась. В комнату вошел Айронд и совершенно по-винсовски ухмыльнулся:
— Да ты посмотри на себя! Зрелище, уж не обижайся, одновременно и смешное, и печальное.
Я только вздохнула:
— Не издевайся, Винс. И вообще, смотри на меня поменьше. А то я уже чувствую, как краснеют эти проклятые уши.
Он подошел поближе и обошел меня вокруг.
— Знаешь, пожалуй, на картежника Глиппена ты не походишь. Лучше я буду называть тебя… Да, точно! Фрегат Линчоус! Прекрасное имя, тебе очень даже идет!
Я оскорбленно вскинула голову:
— Фрегат? Это корабль, а не имя!
— Ну а что? Парус есть, нос есть… С кормой немного не повезло, но кто ж в суете заметит?
Я не успела ничего ответить, как раздался знакомый низкий голос:
— Какой еще фрегат? — На пороге стоял мэтр Клермон Вайгаупт и взирал на нас мрачно, пронзительно и строго. — Это Маврин Брикаус, второй сын достопочтенного Корума Брикауса. К сожалению, в столице о нем почти забыли, но в свое время сей дворянин был на хорошем счету. Однако лет двадцать назад он решил удалиться от дел и с тех пор проживает в своем поместье. Весьма отдаленном, кстати, что нам, несомненно, на руку. Ну а молодой Маврин решил отправиться в столицу, так как наследство ему не светило, где и был замечен мэтром Вайгауптом и приближен за старания.
Винсент-Айронд недовольно покачал головой:
— История так себе. Без огонька и изюминки.
— Зато правда, — спокойно парировал Айронд-Вайгаупт.
Я хотела было сообщить им, что мне ни выдумка, ни правда не нравятся, но тут раздался негромкий стук и дверь приоткрылась. Мы одновременно обернулись и обнаружили на пороге Барристана. Дворецкий оглядел нашу компанию и невозмутимо уточнил у Винса:
— Изволите приказать подавать завтрак, лорд Айронд?
— Изволю, — взмахнул тот рукой. — И добавь к нему ту самую бутылочку…
— Какую бутылочку, лорд Айронд? — Барристан непонимающе посмотрел на него.
— Ну, ту самую… — Винс повернулся к Айронду-Вайгаупту и с недоумением спросил: — У тебя что, действительно нет Той-Самой-Бутылочки? Вообще?
Айронд хмыкнул и развел руками. Барристан же прищурился, а потом обратился к бородатому мэтру:
— Прошу прощения, лорд Айронд. Я перепутал вас с… вашим братом. — Он бросил взгляд на меня и уточнил: — Леди Глория, будут ли какие-нибудь особые пожелания к завтраку?
Я отрицательно покачала головой.
— В таком случае пожалуйте в столовую, — произнес Барристан и, развернувшись, вышел в коридор.
— Унылый ты трезвенник, братец, — недовольно сообщил Айронду Винс и направился за дворецким.
Мы с мужем последовали за ними.
Завтракали быстро, по-походному, так что буквально через четверть часа покинули особняк. Правда, без небольшой задержки все-таки не обошлось. Винс, первым выходящий из калитки, увидел патруль городской стражи и внезапно властно махнул рукой. Стражники застыли как вкопанные, а сержант, бледнея прямо на глазах, отдал честь.
— Чем мы можем помочь королевскому азуре? — Судя по его голосу и выступившей на лбу испарине, сержант впервые обращался напрямую к самому лорду Айронду.
А тот, точнее, Винс в его обличье, не отрываясь, глядел на сержанта и молчал, заставляя того нервничать еще сильнее.
— Лорд Айронд, я попрошу вас поспешить. Наше дело не требует отлагательств, — пробасил Айронд-Вайгаупт и, незаметно подтолкнув Винса, прошипел едва слышно: — Ты что творишь?
Винсент бросил недовольный взгляд в его сторону, изогнув левую бровь.
— Помолчите, мэтр, — сказал он. — Не вмешивайтесь в то, чего не понимаете. Мое дело касается только этих славных стражников.
Айронд тихо выругался себе под нос, наверняка начиная жалеть, что дал Винсу свою внешность.
— Господин сержант, как вы думаете, почему я остановил вас? — тем временем наконец осведомился Винсент у стоявшего навытяжку сержанта.
— Не могу знать, лорд Айронд!
Винс с наигранным разочарованием хмыкнул и выразительно оглядел сержанта и двух стражников.
— Начнем с того, что на одном из ваших подчиненных неуставные сапоги. Это как понимать? — произнес он, а затем неожиданно рявкнул: — Мечи к осмотру!
Стражники каким-то судорожным рывком мгновенно извлекли оружие из ножен и взяли «на караул». Винс придирчиво осмотрел мечи и поморщился.
— Так я и знал! Клинки не начищены, как полагается образцовым стражникам. А если неожиданная тревога? А если война? Кто за вас, обормотов, родину защищать будет? Я, что ли?! Да у меня и так дел полно…
Тут уж Айронд, не стесняясь, пихнул его в спину и заставил идти дальше.
— Вольно, — напоследок бросил он сержанту и стражникам, стоявшим с обнаженными мечами и осоловело смотревшими вслед Винсу. — Продолжайте патрулирование. Лорд азура немного погорячился.
С явным облегчением выдохнув, те поспешили вперед по улице. А я с не меньшей радостью подлетела к ситтеру. Ну, Винс! Вот нашел же время чудить!
Примерно то же самое, только в более резких выражениях сказал ему и Айронд. Но Винс лишь отмахнулся, довольно хмыкнул и полез на заднее сиденье ситтера, где развалился, откровенно наслаждаясь новой ролью. Айронд устроился с ним рядом. Ну а за рулем выпало сидеть мне, как самой младшей по рангу.
Ситтер мчал нас по лиранийским улицам и проспектам в сторону управления Тайной стражи.
За эти полгода после неудавшегося восстания столица постепенно приходила в себя. Снова открылись торговые лавки, по улицам чинно прогуливалась аристократия, а служащие спешили по своим делам. Словно и не было еще недавно разгневанных толп, готовых смести королевскую власть. Разве что стражников на улицах заметно прибавилось и очень многие встреченные патрули сопровождали городские маги на королевской службе.
В пути Айронд плотно проинструктировал Винса на предмет его поведения в управлении, так что при входе никаких задержек не возникло. Скорее даже наоборот. Винс шагал впереди, напустив на себя самый мрачный вид, и под его взглядом дорогу нам освобождали со всей возможной прытью.
— Хорошо быть азурой, — тихонько пробормотал он, усмехнувшись мне краешком рта.
Перед кабинетом Рошаля, миновав небольшую очередь выстроившихся на аудиенцию, Винс пропустил меня вперед. Помня свою роль, я быстро постучалась и, не дожидаясь ответа, приоткрыла ее.
— Лорд Айронд и мэтр Вайгаупт к барону Рошалю! — громко возвестила я хоть и звонким, но мужским голосом.
— Да, заходите! — донеслось из кабинета.
И мы не стали заставлять барона просить себя дважды.

Глава Тайной стражи сидел за большим столом, заваленным бумагами. При виде нас он поднял глаза и кивнул, не вставая с места.
— Лорд Айронд, рад вас видеть. — произнес он. — Как проходят поиски вашей жены? Смею надеяться, что все закончится благополучно.
— Увы, барон. Пока безуспешно. Но тел мы по-прежнему не нашли, так что надежда остается, — ответил Винс спокойным тоном, в котором лишь едва угадывалась печаль. — Однако сейчас я здесь для того, чтобы ознакомиться с докладом мэтра Вайгаупта. Очень удачно вышло, что мы встретились неподалеку от управления. И когда мэтр известил меня, что информацию он передал вам, но стали известны еще какие-то новые подробности, я решил не задерживать его и не заставлять почтенного мага пересказывать все дважды.
— Со стороны лорда Айронда это необычайно любезно, — пробасил Айронд в обличье мага.
— Даже так? — Барон заинтересованно посмотрел на него. — Новая информация? Интересно. И какая же?
— Для начала позвольте взглянуть на доклад? — попросил Винс в образе Айронда.
— Пожалуйста. — Рошаль выдвинул один из ящиков и вытащил оттуда откровенно тощую папочку. Развязав тесемки, он вытащил несколько листков. — Хотя, честно говоря, там и смотреть-то не на что. Вот, извольте. Судя по докладу почтенного мэтра, холм тот оказался абсолютно чистым. Никаких магических следов. Все кем-то уничтожено до нашего появления. Правильно, мэтр? — обратился он к Айронду.
— Увы, барон, — сокрушенно покачал тот головой. — Я, может, и рад был бы вам помочь, но…
Рошаль вышел из-за стола и подошел к Айронду.
— Ну-ну, мэтр… — он протянул правую руку. — К сожалению, мы опоздали. Это, конечно, обидно, но может случиться с каждым.
Айронд несколько недоумевающе пожал ладонь барона, а тот неожиданно дернул Айронда к себе и, выдернув из-за спины левую руку, защелкнул на запястье Айронда черный браслет. Потом высвободил правую руку и толкнул мужа в грудь, весело обращаясь к хлопающему глазами Винсу:
— Ловко, лорд Айронд? Теперь наш маг под воздействием блокатора и будет вести себя тихо, как ягненок. Ты посмотри, какая шельма! Ты что ж думал, я твои слова проверять не стану?! — Он вновь развернулся к Айронду. — Особенно после того, как в докладе сержанта Смилта указано, что вы развеяли враждебную ловушку перед тем, как они приступили к обыску. Думали, барон Рошаль не снизойдет лично прочитать сержантский рапорт? А барон не только прочитал, но и вызвал сержанта прямо сюда! Устроим очную ставку, мэтр Вайгаупт, а? Какую такую ловушку вы там обезвредили?
— Эм… Подождите, барон… — Винс шагнул вперед.
— Лорд Айронд, говорю вам — тут что-то не то! — барон Рошаль повернулся к Винсу. — Как только я увидел несоответствие, тотчас приказал отправиться туда еще одному магу. Из лично проверенных, так сказать. И знаете, что он мне сообщил? — неожиданно глаза барона уперлись в меня. — А ну, иди сюда! Как тебя там?!
— Не стоит, барон, — раздался спокойный голос Айронда.
Настоящего Айронда. Под воздействием блокатора его магическая маскировка растаяла в воздухе. И теперь он неподвижно стоял, сложив руки на груди, по-прежнему одетый в балахон мэтра Вайгаупта.
Барон мельком бросил на него взгляд и сделал еще один шаг ко мне. А потом застыл.
— Вот так оно и бывает… — сочувственно пробормотал Винс-Айронд.
Барон тем временем медленно развернулся в сторону настоящего Айронда и теперь переводил непонимающий взгляд с него на Винса и обратно. Про меня он моментально забыл.
— Это как понимать, господа? — наконец произнес он хриплым голосом, а потом, словно вспомнив про блокатор на руке Айронда, спросил у Винса: — А ты тогда кто такой? И к чему все это представление?
— Вы оказались гораздо проницательней и подозрительней, барон, — ответил ему Айронд. — Мы вынуждены были так поступить, поверьте. И если вы доставите мне удовольствие и снимите блокатор, то я верну всем настоящий облик. И, кстати, перед вами мой брат.
Барон Рошаль медленно кивнул, не спеша последовать айрондовой просьбе. Затем перевел взгляд на меня.
— А вы?..
— Глория де Глерн, барон, — ответила я, поклонившись. — И, в свою очередь, прошу вас освободить моего мужа. Признаться, в этом образе я чувствую себя не лучшим образом…
К чести барона Рошаля, он воспринял известие о моем внезапном воскрешении достаточно хладнокровно. Лишь кивнул в ответ. А затем подошел к Айронду и снял с него блокатор.
— Новая модель, — зачем-то объяснил он. — Вместо привычных наручников. С автозахватом руки и с замком, разработанным против отмычек.
Барон все больше приходил в себя. А когда Айронд наконец снял с нас маскировку, Рошаль, оглядев нас напоследок, глубоко вздохнул и вновь уселся за стол.
— А ведь я чувствовал, — негромко сказал он. — Чтобы Вайгаупт пришел ко мне на доклад со своим помощником… И Айронд, до этого утра разносящий мое управление своими приказами о поисках Глории, а тут вдруг спокойный, как истукан… — Рошаль покачал головой. — Присаживайтесь, господа. Чувствую, поговорить нам надо о многом.
Подождав, пока мы рассядемся с противоположной стороны стола, барон вызвал в кабинет сержанта Смилта и приказал ему специально для нас повторить свой рапорт. Ничего нового мы, конечно, не узнали, так как видели все своими глазами. И когда сержант наконец был отпущен, Айронд сказал:
— Признаться, ситуация понятней не стала. У меня к вам, барон, будет одна просьба. — С этими словами он вытащил бумаги с расшифровкой атакующего заклинания и положил их на стол. — Передайте это кому-нибудь из проверенных магов. Шансов, что они найдут что-то новое, удручающе мало, но попробовать стоит.
Рошаль, естественно, заинтересовался и мельком просмотрел схемы и чертежи, а потом не терпящим возражения тоном потребовал полный отчет, так что мне пришлось все рассказать с самого начала. Единственное, о чем я умолчала, так это о своих занятиях темной магией. Барон меня и так не сильно любил, а тут вообще мог приказать своим людям установить негласное наблюдение.
На моменте, когда я поведала про отряд Клинков в поместье Брокдорфа, барон заметно помрачнел, а после того, как закончила, вежливо предложил мне воду и вызвал одного из помощников.
— Отправить взвод армейской разведки к поместью Брокдорфа. Координаты найдете сами, я всех мелких дворян не упомню. Поднять по тревоге две ветеранские роты с полной выкладкой. Магическая поддержка уровня «Алмаз». Это не учебная тревога, а полноценная боевая операция. Использовать транспортные порталы. Разведке в поместье не заходить, провести общее наблюдение. Доложить сразу мне, напрямую. Ротам готовиться к переходу и атаке поместья по моему приказу.
— Но необходим письменный приказ… — начал было помощник, но Рошаль прервал его нетерпеливым взмахом руки:
— Все приказы будут! Выполняй!
Помощник вылетел за дверь быстрее болта, выпущенного из арбалета.
— А потом удивляемся, чего это армейские Тайную стражу недолюбливают… — протянул Винс.
— А что я должен сделать? — рявкнул в ответ барон. — Послать запрос в штаб, дождаться совещания, доказать необходимость, согласовать детали с офицерами, разработать план? Чтобы, при определенных стараниях, можно было уложиться в пару дней?!
— Боюсь, барон, что уже не важно — хоть пара часов, хоть пара дней. Уверена, что Черных Клинков вы там не найдете, — сказала я. — Они уже тогда собирались сниматься с места.
— Куда?! — впился он в меня глазами.
Я только пожала плечами в ответ.
— Все равно! — упрямо стоял на своем Рошаль. — Проверить надобно. Да и Брокдорфу, если жив остался, приятно будет. Подумает, что мы за него тут волнуемся и прислали армию. Укрепим заодно лояльность к его величеству.
— Какой цинизм… — усмехнулся Винс. — Ох, простите, с языка сорвалось. Это называется «политика», я помню.
Барон ничего ему не ответил, лишь сверкнул глазами.
— Давайте вернемся к сути, — вмешался Айронд. — Как мы понимаем, единственная ниточка сейчас оборвалась. Нам просто необходимо узнать, чей приказ исполнил Вайгаупт, уничтожая улики. С большой долей вероятности мы можем предположить, что это все-таки кто-то из Магистериума. Если учесть, что создать заклинание такой силы и, соответственно, управлять магическим якорем мало кто сможет, проверить необходимо не более пары десятков магов. Мы достаточно быстро исключим тех, кто находился в этот день в Кориниуме, и тех, чье местоположение будет доказано надежными свидетельствами. А вот с оставшимися надо будет поработать плотнее.
— Этим займутся мои люди! У нас есть… есть, скажем так, методы сопоставить силу примененного заклинания и принцип его действия с возможностями действующих магов. Однако есть один тонкий момент… — Барон вдруг замолчал.
— Какой? — не выдержала я.
— Маги такой силы пользуются определенными правами. И допросить их…
— Но Айронд — азура короля! — воскликнула я.
Барон отрицательно покачал головой:
— Чтобы провести допрос или установить наблюдение, нам понадобится королевское разрешение. И я не удивлюсь, если все они будут входить в магическую стражу Кориниума. А значит, не подсудны никому, кроме его величества.
Винсент, до этого момента внимательно слушающий, глубоко вздохнул:
— Что ж так сложно-то все? Я всегда считал, что азура может все. Все-таки «воля короля» как-никак, а не просто небо коптит. А тут вон как… Разрешения, уведомления, маневры обходные.
— И тем не менее это реальный шаг к тому, чтобы найти виновных, — твердо ответил барон. — Я договорюсь об аудиенции. Думаю, что король примет вас незамедлительно.
— Сейчас?! — Я ахнула. — В таком виде?!
— Под «незамедлительно» имеется в виду, когда его величество проснется, изволит позавтракать и соблаговолит заняться делами, — отмахнулся Рошаль. — Так что несколько часов у вас есть, дабы привести себя в надлежащий вид. Я вызову вас по кристаллу связи, — заключил он и протянул к нам руку с открытой ладонью.
— Что? — сделал удивленное лицо Винс.
— Кальдиты, — спокойно ответил барон. — Вам они уже не понадобятся, раз вы восстали из мертвых. Так что их изучением займется мое ведомство.
С видимой неохотой Винс снял с шеи свой кальдит и отдал барону. Я последовала его примеру.
— Ну а теперь не смею вас задерживать.
В голосе Рошаля легко слышалось желание поскорее нас выпроводить.
Впрочем, мы и сами не хотели больше задерживаться. Все, что было нужно, мы выяснили, и даже более того. Теперь следовало как можно скорее оказаться дома и подготовиться к аудиенции короля.

Глава 17

Несмотря на протесты Винса, к себе домой его не отпустили. Ни Айронд, ни я, во избежание. Мало ли что? Так что одежду ему доставили с курьером. Впрочем, даже с такой задержкой мы все равно успели собраться вовремя: сообщение от Рошаля об одобренной аудиенции пришло всего за час до полудня. Как раз тогда, когда Винс в новом парадном мундире, военном, но без знаков отличия, спустился к нам с Айрондом в гостиную.
— Я готов, — заявил он и с неудовольствием повел плечами. — Хотя не в восторге от форменной одежды. И меч этот… кошмар вообще!
— Безопасность короля усилена, — спокойно отметил Айронд. — Так что придется смириться.
— С чем? — Я с недоумением посмотрела на них.
— Вот с чем! — мрачно ответил Винс и рывком выхватил из украшенных ножен меч.
Причина его негодования сразу стала ясна. Парадный меч оказался жалкой бутафорией. От гарды начинался клинок… который сразу и заканчивался тупым обрубком с ладонь длиной.
Айронд пожал плечами:
— Сейчас все дворянство в Кориниуме так ходит, не переживай. Даже учитывая, что самолично королевскую персону сейчас мало кто…
— А если опасность? — патетически перебил его Винс. — Если мне придется защищать Дабарра? Чем это делать? Вот этим? Вообще-то мы ему жизнь спасли, мог бы сделать исключение из благодарности.
— Вообще-то из благодарности он тебе Шелби подарил, с правом наследования и освобождением от налогов, — напомнила я.
— А, точно… — Винс моментально успокоился и засунул свой недомеч обратно в ножны. — Ладно. Мы едем?
Я в последний раз взглянула на себя в ростовое зеркало. Платье выглядело безупречно, прическа… ну тоже практически, хотя делала ее я сама. Да и в любом случае уже не было времени что-либо менять. Так что…
— Едем, — подтвердила я, и мы покинули особняк.
Затем последовало серьезное испытание, которое называлось «запихни-себя-в-ситтер-в-этом-гребаном-платье», из которого я с честью вышла, даже не прищемив подол дверцей. И мы поехали. Винс был за рулем, а Айронд уселся рядом с ним, справедливо рассудив, что втроем на заднем сиденье нам будет не очень комфортно. Втроем — это Айронду, мне и моему платью.
— А как долго еще будет запрещено пользоваться прямыми порталами? — спросила я, разглядывая в окне проносившиеся мимо дома.
— До того момента, пока Магистериум не посчитает, что опасность для королевства миновала, — ответил Айронд. — Кориниум сейчас закрыт от любого внешнего воздействия, включая порталы. Даже сам король лично не…
— А у королевской стражи мечи не отнимают. — Винса, казалось, волновало только одно. — И маги там ходят во всеоружии, как я слышал.
— Исключительно на территории Кориниума, — ответил Айронд. — В одном помещении с королем вооружена лишь его личная охрана, неоднократно проверенная. В том числе и лично мной.
Мы свернули к центру города, и я с еще большим интересом уставилась в окно. Здесь явно постарались как можно скорее избавиться от воспоминаний о недавнем восстании. Аккуратные дома знати с уютными двориками, чинно прогуливающиеся по улицам дворяне, чистые, ровные улицы… Разве что городской стражи многовато, но на нее демонстративно не обращали внимания, словно так и должно было быть.
На территорию дворцового комплекса мы въехали, остановившись лишь раз для проверки. И то, узнав Айронда, стражник мигом приказал открыть ворота, чему Винс ужасно обрадовался, так как вокруг было множество ситтеров, которым так не повезло.
Оставив транспорт за стеной, мы дружно потопали по мощеным дорожкам ко дворцу. По пути Айронд связался с кем-то по кристаллу связи и быстро переговорив, сказал:
— Мы как раз успеваем. Сейчас у Дабарра аудиенция, а после нее он примет нас.
Винс тут же не удержался, чтобы не съязвить:
— Азура будет ждать своей очереди?! Ой, что-то неладное творится в нашем королевстве.
Но был проигнорирован Айрондом, который задумался о чем-то своем и, казалось, даже не слышал, что сказал Винс.
В приемном зале перед закрытой дверью толпилось множество людей. Здесь были лорды знатных фамилий, послы, еще какие-то мелкие дворяне.
— Это все к королю? — шепотом спросила я у Айронда. — Раньше вроде таких столпотворений не было.
— К сожалению, в последнее время его величество редко уделяет внимание государственным делам. И когда такое время настает, попасть к нему на встречу стремится много народу, — ответил тот.
— Пьет он, — добавил Винс. — Скоро, говорят, последний ум пропьет.
И замолк, нарвавшись на яростный взгляд брата.
К нам суетливо подбежал невысокий человек в богатом камзоле и с большой брошью на правой стороне груди.
— Лорд Айронд! Я нижайше прошу прощения, но аудиенция немного затянулась. Так что вам придется подождать. Надеюсь, что его величество скоро освободится. — Он развернулся к нам с Винсом. — Мое почтение, леди Глория, лорд Глерн-Шелби. Бесконечно рад вас видеть, я ни на секунду не поверил в вашу смерть! Ужасное, ужасное покушение! Не сомневаюсь, виновные будут найдены в самом скором времени и справедливо наказаны!
Выпалив все это, он развернулся и умчался прочь, не дав мне времени ответить.
— А что, все уже знают, что я осталась жива? — Я вопросительно взглянула на Айронда. — Мы ведь только несколько часов назад сняли кальдиты.
— Ну, все не все… Но я уже видел выпуск новостей по телекристаллу, — пожал плечами он и процитировал: — «Наш источник в Тайной страже сообщает, что леди Глория де Глерн вопреки всем слухам осталась жива и в сопровождении известного детектива Винсента Глерна-Шелби, который, напоминаем, приходится братом ее мужу, посетила барона Рошаля лично. Мы смеем предположить, что в самом скором времени, учитывая безупречную репутацию Центрального сыскного бюро Винсента Глерна-Шелби, негодяи будут найдены».
— Там о моем агентстве упомянули? — просиял Винс. — Обожаю бесплатную рекламу! А вот Рошаль наверняка взбесится, когда услышит про источник в Тайной страже.
— Вообще-то барон никак не прокомментировал эту новость, — отметил Айронд. — Разве что сейчас у этих репортеров внезапно случился обыск по анонимному сигналу неизвестного доброжелателя. Но барон тут, конечно, ни при чем.
Неторопливо прохаживаясь, мы то и дело ловили на себе любопытные взгляды. Но Айронд и Винс, казалось, были к ним совершенно равнодушны, лишь изредка отвечая на приветливые и почтительные поклоны.
— Да сколько можно ждать-то? — наконец не выдержал Винс. — Кто там у него?
Вопрос был задан в пустоту, но мимо как раз пробегал тот самый невысокий человек, что приветствовал нас первым. Он расслышал возглас Винса и притормозил.
— У его величества сейчас господин Гарвен Батистуда, — сообщил он и вновь умчался.
— А это кто такой? — Винс озадаченно нахмурился. — Что-то не припомню этого имени среди знати.
— Это известный архитектор. Говорят, гений в своем роде, — ответил Айронд. — Его за немалые деньги выписали из Камалана. И, надо быть справедливым, он отрабатывает все до последнего золотого. Собственно, все работы по реконструкции проходят под его присмотром. Разве что понимания у народа господин Батистуда не всегда находит. Слишком уж необычные у него идеи для Лирании.
Вот так, прохаживаясь по залу, мы потихоньку оказались у самых дверей в личные покои короля. Два стражника с самыми настоящими, а не бутафорскими мечами, стояли у входа. Кроме того, немного в стороне прислонился спиной к стене маг в балахоне колдовской стражи Кориниума. Я моментально ощутила на себе его испытующий взгляд, но именно в этот момент тяжелая дверь приоткрылась.
Один из стражников потянул за кованую ручку, открывая ее пошире, и тут же все разговоры в приемной стихли. Взгляды всех присутствующих обратились к выходящему из покоев господину Батистуде.
Архитектор шел, слегка прихрамывая на правую ногу, немного нелепый в свободном камзоле, дорогом, но не совсем подходящем по размеру. Седые волосы, клочковатая щетина, колючий взгляд… И большой горб, который невольно приковывал к себе нездоровое внимание.
Осознав, что откровенно пялиться на старика невежливо, я отвела взгляд, рассматривая архитектора теперь уже искоса. А один из стражников достал откуда-то из-за спины трость с массивным набалдашником и подал ее господину Батистуде. Тот ухватился за нее и с видимым облегчением выдохнул.
— У старого человека палку отобрали! — визгливо сказал он. — Не стыдно?
Стражник, сохраняя каменное выражение лица, коротко ответил:
— Не положено.
Старик сокрушенно покачал головой и направился к выходу, сопровождаемый раздраженно-сочувствующими взглядами. И как только он, постукивая своей тростью, покинул помещение, разговоры возобновились. Причем касались они теперь исключительно его персоны.
— …не пойму я этого. Вот режьте меня — не пойму это его современное искусство! То ли дело по старинке…
— …памятник снести приказал, представляете?! Мол, нарушает общую концепцию квартала. Сто лет не нарушал, а тут вдруг нате…
— …а сам-то, сам! Понаставил глыб каких-то по городу, говорит, что это искусство. А я что, искусства никогда не видел? Мы с женой каждый месяц в театры выбираемся. Там, кстати, бесплатно еще игристое наливают…
Я вертела головой, стараясь уловить как можно больше. Мне было очень любопытно. В конце концов, я в Лирании давненько не была и считала, что имею неплохой вкус. Хотя, будем справедливы, кто же про себя так не думает?
— …стелы эти еще! Говорит, что они создают… как там? Зонное размежевание видимого пространства. Единый знает, о чем это!
— …а вот был напротив меня дом торговый. Его во время восстания подпалили малость. Так каков дом был! Богатый, с лепниной, да в позолоте. Глянешь — душа радуется. Сразу видно, человек проживает достойный да зажиточный. С таким и дела вести приятно. А сейчас? Заплатил он этому господину архитектору сумму немалую, да попросил восстановить дом в соответствии с новыми тенденциями в архитектуре. И знаете что? Восстановил! Только вместо богатства видимого, построил что-то совсем несуразное! Белое да серое, еще черненьким гранитом украшенное. Гранит! Это ж разве украшение?! А сам архитектор-то и говорит: это, дескать, минимализм, он нынче везде в моде…
Я заслушалась и даже не заметила, что Винс уже некоторое время дергает меня за рукав.
— Пошли. Нас объявили уже.
Опомнившись, я поспешила за ним к дверям, где по жесту стражника Винс извлек из ножен свой меч-обрубок и показал охраннику.
— Как увижу, сам боюсь, — прокомментировал он свое оружие.
Маг, стоящий неподалеку, быстро просканировал меня коротким заклинанием, и двери наконец распахнулись. Мы вошли в королевские покои.
Но если Айронд спокойно зашагал вперед, то мы с Винсом остановились у двери как вкопанные.
За большим резным столом, абсолютно пустым, если не считать тяжелый чернильный набор из золота, сидел Дабарр. Нет, не сидел. Находился.
Сквозь его массивную фигуру было видно противоположную стену. А по самой фигуре то и дело пробегала мелкая рябь и иногда змеились тонкие молнии связующих заклинаний. Еще я обратила внимание на то, что в пол было вмуровано множество темных кристаллов, образующих широкую линию, пересекающую весь кабинет от стены до стены. Она словно отгораживала небольшое пространство, где стоял стол, от остальной площади кабинета.
— Блокаторы… — тихо прошептал Винс, проследив за моим взглядом, и тут же поклонился его величеству, стараясь сгладить неловкость момента, потому что Айронд уже подошел к этой черте, а мы по-прежнему топтались у порога.
Я сделала реверанс и была удостоена сварливого комплимента:
— Прекрасно выглядите, леди Глория, учитывая то, через что вам пришлось пройти.
Голос Дабарра, казалось, звучал из каждого угла, становясь неестественно объемным.
— Прошу, подходите ближе, — произнес король. — Как видите, моя охрана настояла на том, чтобы я лично не принимал гостей.
Мы с Винсом двинулись вперед, остановившись рядом с Айрондом.
— Ваше величество, никакие способы сохранить вашу жизнь не будут чрезмерными, — вежливо произнесла я.
— Вот и я так думаю, — проворчал король, а когда пошевелился, по массивной фигуре пробежала мелкая рябь. — Лорд Винсент, по вашему лицу я вижу, что у вас есть какой-то вопрос?
Винсент снова поклонился:
— Пустяки, ваше величество. Разве что… — Он коснулся навершия своего меча-обрубка. — Зачем так издеваться над оружием, если мы имеем удовольствие лицезреть только ваш образ, коему никакой клинок не сможет причинить вреда?
Дабарр усмехнулся:
— Так это только касаемо образа. А вдруг вы обиду какую на меня затаили и отправитесь по Кориниуму искать, где я нахожусь, если можно так выразиться, во плоти? И хотя сие место каждый день разное, но кто знает… кто знает…
Винс коротко кивнул, словно бы удовлетворенный ответом. И только я расслышала его короткий комментарий, сказанный едва слышным шепотом:
— Совсем сбрендил…
Сказать по правде, я не могла не согласиться с таким утверждением. Куда девался тот Дабарр, что могучим ревом своей луженой глотки отдавал приказы войскам? Кто, не раздумывая, выхватывал меч и рвался лично возглавить атаку, удерживаемый лишь своими верными телохранителями? Сейчас я видела перед собой обрюзгшего мужчину с ввалившимися глазами, подозрительным прищуром и сжатыми губами. И пусть одежда на нем была богатой, но я разглядела на груди пару пятен, оставленных, судя по всему, пролитым вином Руки его величества слегка дрожали, постоянно создавая рябь магически созданного образа, а дыхание было тяжелым, с заметной одышкой.
— Так зачем вы пришли? — спросил Дабарр.
— Ваше величество, нам необходимо ваше разрешение, — начал Айронд. — Дело в том, что мы движемся по следу преступников, устроивших покушение на мою жену, и, к моему большому сожалению, этот самый след привел нас сюда. В Кориниум. Мы считаем, что наш таинственный враг может скрываться среди магов, которые охраняют дворцовый комплекс и лично вас.
Дабарр пожевал губами и нахмурился.
— И что же вы хотите, лорд Айронд? — недовольно спросил он. — Я смотрю, что вам гораздо больше доставляет удовольствие проводить расследование, чем заниматься безопасностью своего короля.
— Мне необходимо допросить каждого мага вашей личной охраны, — ответил Айронд, словно пропустив последнюю фразу мимо ушей. — Согласно вашему указу, на период смутного времени они являются неприкасаемыми даже для меня. Поэтому я прошу вашего разрешения на продолжение следствия.
— Допросить моих личных магов? — переспросил король. — Которые прямо сейчас заняты тем, что защищают меня от опасностей, грозящих из-за каждого угла? Знаете, что я думаю, лорд Айронд?
— Я не могу этого знать, ваше величество.
— Я думаю, что приказ о некотором ограничении прав азуры я отдал весьма вовремя, — рыкнул Дабарр. — Наверное, давно стоило задуматься над тем, что слишком много позволено азурам в моем королевстве. Особенно тем азурам, которые то и дело забывают про свой долг.
Я почувствовала, как начинаю закипать. Король явно изменился и не в лучшую сторону. И я изо всех сил старалась найти ему оправдание.
— Может, именно из-за азуры я вынужден прятаться от общего внимания в Кориниуме, являясь своим подданным исключительно в виде магического образа? — продолжал тем временем король. — Из-за азуры, который перестал выполнять свои прямые обязанности?
— Ваше величество, вы несправедливы к Айронду, — негромко произнес Винсент. — Мой брат достойно исполняет свой долг и не заслужил подобных обвинений.
Король беспокойно поерзал в кресле. Рядом с ним появился большой кубок, к которому он надолго приложился.
— Каждый может оказаться врагом, лорд Винсент, — наконец сказал он, вытирая рукой мокрый рот. — Каждый. Никому нельзя доверять, даже вам. Тем более вам.
— А нам-то почему? — хмыкнул Винс.
Король тоже усмехнулся. Но нехорошо так, криво, пристально вглядываясь в наши лица.
— Почему, лорд Винсент? — вкрадчиво переспросил он. — Вы правда не понимаете? Может, вы, леди Глория, окажетесь более догадливой? Помнится, раньше ваш ум был весьма цепок.
Я отрицательно покачала головой. Голос короля, идущий из всех углов кабинета, заставлял меня нервничать.
— Так я скажу вам, раз не догадываетесь сами. — Дабарр сделал небольшую паузу, во время которой вновь отпил из кубка. — Почему я должен вам доверять? Кому я должен доверять? Ей, темному магу, хоть пока и не осознающему своего потенциала? — кивок в мою сторону. — Или Айронду, который уже несколько раз забывал про свой долг, спасая ее? — Наконец взгляд короля встретился с прямым взглядом Винса. — Или тебе? Тебе, кто, возможно, уже спит и видит себя на королевском троне?
Тишину, которая возникла в кабинете после этих слов, казалось, можно было пощупать руками. Последние слова Дабарра словно повисли в воздухе тяжелым и ощутимым грузом.
Я прикусила губу от незаслуженной обиды и заметила, что Винсент по-прежнему не отвел взгляд, а Айронд сжал кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Но лицо мужа оставалось по-прежнему спокойным и почтительным.
— Ваше величество вправе думать так, как ему угодно, — наконец произнес Айронд. — А мы со своей стороны, приложим все усилия, чтобы ваше мнение о нас изменилось. Однако я вынужден повторить свою просьбу. Ваше величество, позвольте мне допросить магов Кориниума! Клянусь, никакого урона невиновным нанесено не будет. Нам просто необходимо выйти на след того, кто смог организовать покушение подобной силы и магического искусства…
— Я сказал — нет! — перебил его король жестким и не терпящим возражений тоном.
— Но почему?! Почему, ваше величество?! — не выдержала я.
Дабарр перевел тяжелый взгляд на меня:
— Вам известно, что моя личная магическая охрана подчиняется только мне? — спросил он.
Я утвердительно кивнула в ответ.
— Значит, подозревая их, вы, тем самым, подозреваете меня! — неожиданно рявкнул он. — Вам достаточно такого объяснения, леди Глория?! Я, безусловно, помню ваши заслуги и вашу роль в раскрытии заговора против меня, но с тех пор многое изменилось. И на многое у меня открылись глаза.
— Скорее, закрылись, — пробормотал Винс, но король то ли не услышал его, то ли не обратил внимания.
— Вы понимаете, что я просто могу приказать вас казнить?! — продолжал бушевать Дабарр. — Вас всех, включая моего азуру? Только моего ли?! Может, лорд Айронд давно уже забыл свою клятву?!
От обиды у меня на глазах выступили слезы, и я упрямо тряхнула головой, стараясь взять себя в руки.
— Я не забыл свою клятву, ваше величество, — оборвал короля Айронд ледяным тоном. — И мне очень жаль, что ваше мнение о нас сложилось подобным образом. Также я надеюсь, что нам представится случай убедить вас в нашей преданности. В очередной раз. Со своей стороны, хочу заявить, что подозрение, которое я питаю к вашим магам, ни в коей мере не касается вас, ваше величество. Я уверен, что, будь у вас такое желание, вы бы просто приказали… — Он твердо взглянул в глаза королю. — Вы бы просто приказали казнить мою жену, а не устраивали сложных и запутанных заговоров. Но я прошу вас вспомнить, например, о леди Катрине де Глерн, нашей с Винсентом бабушке. Без преувеличения могу сказать, что со временем ее умение интриговать никуда не делось. А связи в Кориниуме у нее самые обширные. И не могла ли она иметь какое-либо воздействие на одного из высокопоставленных магов? Этот вариант я тоже не могу исключать, к сожалению. Поэтому еще раз прошу…
— Нет! — отрезал Дабарр.
— Но почему? — в голосе Айронда впервые послышалось легкое раздражение. Похоже, даже он был уже на грани.
А король вновь криво усмехнулся:
— Потому что ты, азура, снова забыл о своих обязанностях. В это смутное время ты должен защищать меня, а не отвлекаться на что-то другое. Менее важное. И будь ты рядом все время, сейчас мы разговаривали бы лично, а не посредством магической проекции.
— Ничего себе, менее важное. Брат и жена… — прокомментировал Винс, уже не особо стараясь говорить потише.
И Дабарр наконец обратил на это внимание.
— У азуры не может быть родственных привязанностей! — рявкнул он со злостью. — У азуры не может быть жены! И то, что я закрыл на это вопиющее нарушение глаза, не говорит о том, что можно ставить свои личные приоритеты выше королевских! А вы не думали о том, что покушение на Глорию специально подстроено так, чтобы мой азура снова отвлекся и с головой ушел в расследование, пропустив тем самым ко мне заговорщиков и убийц?! А, вижу! Такое даже в голову не пришло никому из вас!
Мы стояли и молчали. А что тут скажешь? Ничего, если только не преступать правила этикета и простой вежливости.
— Аудиенция закончена! — отрезал Дабарр и вновь припал к своему кубку.
Его образ задрожал, на мгновение покрылся сеточкой молний и исчез.
— Да улей толку! — выругался Винс. — Чудесно поговорили. Чтоб у него при чихании воздух отовсюду дул!
— Заткнись, Винс! — бросил Айронд и направился к выходу из кабинета.
Нацепив на лица самые равнодушные мины, мы гордо прошествовали сквозь толпу придворных, которые уже горячо обсуждали отказ короля принять еще кого-либо сегодня. Заметив, что на нас не обращают внимания, я тихонько спросила:
— Неужели приказ и вправду отдал Дабарр? Вон как разозлился, увидев, что ты меня защищаешь…
Айронд на ходу покачал головой:
— Не думаю. Точнее даже уверен, что не он. Я действительно уверен, что, приди ему в голову подобное желание, он бы просто приказал тебя казнить. Скажем так, умение плести интриги и строить многоходовые планы — не самый сильный талант Дабарра.
— Пить как не в себя, вот его талант… — проворчал Винс, все никак не успокаиваясь.
— Плюс есть еще одна деталь, — продолжил Айронд, не обратив на него внимания. — В разговоре он сказал, что не доверяет Винсу…
— Да он практически обвинил его в желании сесть на трон! — теперь не выдержала я.
— Спокойно, Глория! Дай мне закончить. — Айронд задумчиво нахмурился. — Его величество совершенно не в курсе, что Винсент отказался от всех прав на фамилию Глерн, а значит, и на трон. Иначе подобного обвинения не прозвучало бы. Ему не доложили, а вот тот, кто хотел вас убить, — в курсе.
Винсент зло прищурился:
— Получается, снова бабуля? Чем старше, тем неугомонней?
— Мы этого не знаем. — Айронд покачал головой. — Надо искать магов-исполнителей. Попробую поднять ее связи и контакты за последние полгода. Может, и найдем чего…
— А если это не она? — спросила я. — Представляешь, сколько времени потеряем. А между тем, уже всей Лирании известно, что я жива.
— Пока я не вижу иного способа двигаться дальше, — мрачно ответил Айронд. — Но я постараюсь справиться как можно быстрее.
— А ты не забыл, что король велел тебе заниматься его защитой? — вмешался Винс. — Где столько времени возьмешь на два дела сразу?
Некоторое время мы шагали молча, а потом Айронд резко, словно что-то решив про себя, бросил:
— В конце концов, его величество в какой-то мере прав. Я — азура, который уже однажды пренебрег своим прямым долгом. — Он посмотрел на меня и спокойно закончил: — Значит, пренебрегу снова, если понадобится.

Глава 18

Несмотря на то что покинуть Кориниум после столь «теплой» аудиенции короля хотелось как можно быстрее, сделать нам этого все же не удалось. Не успели мы выйти из дворца, как на кристалл связи Айронда поступил вызов от Рошаля. Барон немедленно хотел знать подробности встречи, а также что-то обсудить с азурой, который «наконец-то пришел в себя и, надеюсь, вспомнил, что для него работы совершенно не убавилось». При этом Рошаль совсем не тактично уточнил, что встретиться хотел бы только с ним. А мы с Винсом как бы не нужны, ибо разговоры, которые ведутся в стенах управления Тайной стражи, вообще-то секретны. И ему, барону, очень хотелось бы, чтобы так было и впредь.
Закончив разговор, Айронд задумчиво посмотрел на нас, старательно делавших вид, что мы вовсе и не прислушивались.
— Значит, так, — сказал он. — Мне необходимо оставить вас на некоторое время. В конце концов, барон прав, я действительно в последнее время несколько выпал из государственных дел. Поэтому…
— Поэтому до дома мы доберемся сами, — закончил за него Винс. — Не маленькие.
— Поэтому вы пока останетесь в Кориниуме, — не согласился Айронд. — Вся Лирания уже в курсе, что вы оба живы, а значит, в ближайшее время никаких самостоятельных передвижений.
— Чего?! — Винс оскорбленно уставился на брата. — Я, по-твоему, что, маленький ребенок?! И в случае чего не смогу постоять за себя и за Глорию?
Однако Айронд отрицательно покачал головой:
— Давай смотреть правде в глаза, Винс, — как можно мягче произнес он. — Не сможешь. Подожди, не перебивай! Ты прекрасный боец, с этим спорить глупо, но как маг, увы, на среднем уровне. А я сомневаюсь, что при подвернувшемся случае на вас пошлют каких-нибудь крепких парней. Скорее всего, это будет опять магическая атака. И ответь мне честно, — он взглянул Винсу в глаза, — ты справишься с ней? Ты сможешь защитить Глорию от магического удара?
Винс упрямо нахмурился, но промолчал.
— Заметь, тут не идет речь о том, что ты постараешься, — продолжил увещевания Айронд. — В этом я как раз не сомневаюсь. Я говорю именно о том, справишься ли ты, и мы с тобой оба знаем ответ. Наш разговор с Рошалем может затянуться, а мой дом, как показала практика, тоже не самое безопасное место в мое отсутствие. Так что вы дождетесь меня в Кориниуме. Думаю, что в моих личных покоях будет удобно…
— Лорд Айронд! Леди Глория! Лорд Винсент! — громкий мужской баритон откуда-то позади нас прервал Айронда на полуслове. — Благодарю Единого, что успел вас поймать!
Я обернулась и обнаружила, что к нам спешит невысокий человек, одетый в темный костюм, ладно скроенный так, чтобы скрыть его полноту. Этот человек и его голос были мне знакомы. Как и большинству населения Лирании. Ну а как еще, если каждый воскресный вечер, включив телекристалл, мы все могли наблюдать там его. Волод Солвей, бессменный ведущий «Вечерней беседы», где он старательно был за все хорошее и против всего плохого, всегда точно ориентируясь в том, что именно на данный момент «хорошее», а что «плохое». За что был, несомненно, любим королем и высшей знатью.
Запыхавшись, мужчина подбежал к нам и расплылся в подобострастной улыбке:
— Это настоящая удача… Нет! Это просто счастье, что я встретил вас так вовремя! — Он просто лучился от нежности и даже слегка жмурился, словно сытый кот.
— Что вам угодно, господин Солвей? — осведомился Айронд заметно прохладным тоном. — Мы несколько заняты.
— Правда? — умиление с лица Солвей моментально смыло, оставив только глубокую грусть. — Я так рассчитывал… Я смел надеяться…
— На что? — Винс тоже повернулся в его сторону.
— На эксклюзив! — Солвей сложил руки чуть ли не в молитвенном жесте. — На первое интервью, которое вы дадите после столь внезапного воскрешения.
Айронд взглянул сначала на Винса, потом на меня и усмехнулся:
— Вам сегодня необычайно везет, господин Солвей. Как раз сейчас у леди Глории и моего брата найдется часок для вас. Единственное условие, интервью должно состояться в стенах Кориниума.
Волод Солвей чуть не подпрыгнул от радости:
— Никаких проблем! У меня тут, по высочайшему соизволению, есть отдельный павильон! Сами знаете, его величество и высшие лорды не смыкая глаз думают о процветании королевства. Вот и дозволили мне обосноваться тут, дабы не тратить лишнее время, если понадобится сделать срочное заявление. Так и работаем. — Он тихо захихикал, но тут же стал показательно серьезным. — Так вы позволите?..
— Да. — Айронд кивнул. — Только, увы, без меня. Дела, как вы изволили выразиться, касающиеся процветания королевства. А вот мой брат и леди Глория с удовольствием воспользуются вашим предложением. Воспользуются! — с нажимом повторил он, когда увидел брезгливо поморщившегося Винса. — И уделят вам час, а если потребуется, то и больше. Особенно если мой брат будет иметь возможность рассказать вашей аудитории… Сколько, кстати, вас сейчас смотрят, господин Солвей?
— Примерно две трети населения Лирании, — с гордостью объявил тот. — По самым скромным подсчетам.
— Ага. Так вот, особенно если мой брат будет иметь возможность рассказать огромному количеству людей о своем частном детективном агентстве. Которое, скажу без преувеличения, одно из лучших в стране. Вы меня понимаете?
Винсент поднял голову и широко ухмыльнулся.
— Конечно, понимаю! — Солвей потер руки. — Непременно, лорд Айронд, непременно. Кстати, один из моих павильонов находится прямо за дворцом собраний. И там, по замечательному стечению обстоятельств, уже все готово для съемок.
Я тихонько хмыкнула.
Угу, конечно. Знаем мы это «стечение обстоятельств». Уверена, едва мы только оказались в Кориниуме, ему уже доложили.
— Ох, и люблю я деловую хватку! — в то же время воскликнул Винс, хлопая Солвея по плечу. — Настоящий журналист! Честный и неподкупный! Вперед, гений расследований! Мы с Глорией с удовольствием пообщаемся с вами, пока мой брат занят.
Айронд напоследок поцеловал меня, пожал руку довольному Винсу и пошел к воротам. Запрет на порталы в черте Кориниума он нарушать не собирался. Мы же двинулись за журналистом.
— Леди Глория, лорд Винсент, прошу вас следовать за мной. Здесь совсем недалеко, — сообщил он и, то и дело оглядываясь, с умилительной улыбкой повел нас совсем в другую сторону.
Ну что ж… Несмотря на то что инстинкт самосохранения вопил, как будто его режут: «Что ты делаешь?! Тебе надо спрятаться! Ты же беззащитная!», я где-то глубоко внутри ощутила странный восторг. А вот не буду прятаться, и все тут! Тем более здесь, во дворце, напасть на меня магу будет весьма проблематично. Ну и, признаюсь, появиться на телекристаллах в одной из самых рейтинговых программ… Я тихонько усмехнулась и только сейчас поняла, что Винс и Солвей уже о чем-то оживленно беседуют.
— И никак иначе? — спросил Винс. — В конце концов, мы можем и отказаться…
— Да ну что вы! Это же пустяки! — всплеснул руками Солвей. — Господин Батистуда милейший человек и необычайно талантлив!
Я придержала Винса за рукав:
— О чем речь?
Винсент вздохнул, как мне показалось преувеличенно скорбно.
— Как оказалось, Глория, там будем не только мы в качестве главных звезд, так сказать. Господин Солвей будет интервьюировать того самого старикана. Ну, который архитектор. А нас просит повосхищаться его творениями и современным взглядом на городскую перепланировку.
Я слегка опешила.
— Но… но как же я буду восхищаться, если ничего не видела, кроме одной маленькой стелы. Меня ж в столице не было почти полгода.
— А это совершенно не важно, леди Глория! — радостно вмешался Солвей. — Вы только скажите, как впечатлены работами уважаемого господина Гарвена Батистуды и как восхищены мудростью и прозорливостью его величества, который для восстановления города смог вызвать сюда столь именитого архитектора. Ничего сложного, уверяю вас!
— Но я…
— А взамен лорд Глерн получит, говоря уж совсем прямо, неплохую рекламу своего сыскного бюро и мои личные рекомендации. А они тоже весьма дорого стоят. Вы же, в свою очередь, продемонстрируете всей Лирании, что стали женой лорда Айронда не просто за красивые глаза.
Я нахмурилась, не совсем понимая к чему он клонит.
— Вы покажете всем, что ваша красота, ум, смелость, наконец… В общем, вы легко заткнете всем рты.
— Кому заткну? Какие рты? — недоуменно переспросила я.
— Ну как же! Всем, кто считает, что вы просто приворожили королевского азуру неизвестным способом. Особенно это касается тех дам, что посещают модный ныне салон леди Стайлены. Кстати, сама леди Стайлена тоже будет присутствовать на съемках…
— Стоп! — резко остановился Винс. — Каких съемках?! Какая Стайлена?! Я думал, что мы просто запишем интервью! Ну хорошо, с присутствием архитектора я еще готов смириться, но…
— Лорд Винсент! Лорд Винсент! Я просто забыл предупредить! — казалось Солвей от огорчения начнет прямо сейчас рвать на себе волосы. — Это будет не совсем интервью. Мы просто снимем очередную передачу «Вечерней беседы», где вы будете главными героями!
— Ах ты, прохвост! — Винс с негодованием уставился на него. — Ты даже Айронду сказал, что это будет интервью!
— И нещадно каюсь в этом с той самой секунды! — воскликнул Солвей, складывая в молящем жесте пухлые руки. — Вот как дернул кто-то за язык!
— А я думала, что «Вечерняя беседа» идет в режиме прямой трансляции… — пролепетала я.
— Ну… не совсем… — осторожно поправил Солвей. — Я бы сказал, в полупрямой. Мы работаем так, словно находимся в прямом эфире. Это необходимо для создания определенной атмосферы… Однако мало ли что может произойти? Непредвиденное… наши операторы должны иметь небольшую фору, чтобы отреагировать и не допустить в эфир, скажем, непристойности. Вы ведь понимаете, нас смотрит практически вся страна…
Винсент остановился так резко, что я чуть не врезалась в него плечом.
— Мы никуда не пойдем, господин Солвей, — твердо заявил он.
Тот тоже остановился, всем видом показывая, что готов слушать.
— Если только вы не пообещаете прямо здесь и сейчас, что…
И начался торг. Винс уговорами, аргументами и угрозами добивался от Солвея максимального времени для рассказа о своем агентстве, настоял на том, чтобы мне дали для выступления не менее четверти часа, а также потребовал пообещать, что ни одно слово не будет вырезано при окончательном монтаже. Ну и одновременно он выбил нам отдельные гримерки, личного служащего, который будет приносить минеральную воду по первому жесту, и право стоять нам вместе, а не за разными стойками. Ну и по полсотни золотых каждому за участие.
Солвей кривился, переступал с ноги на ногу, но в конце концов согласился со всеми условиями, и мы продолжили наш путь.
Гримерки, впрочем, толком не пригодились. Мой макияж лишь слегка освежили, а Винса и вовсе, похоже, решили не трогать, поскольку, когда я вышла, он уже находился в студии.
Студийные прожекторы ярко освещали площадку, на которой ровным кругом стояло шесть высоких столиков, за которыми располагались гости. Как оказалось, Солвей нас все-таки надул. Кроме нас с Винсом, вставших хоть и рядом, но все-таки не вместе, уже знакомого мне старика-архитектора и леди Стайлены, тут присутствовали также капитан Прадомур, представляющий городскую стражу, и магистр Эаст Седхирк из совета магов Магистериума.
За пределами площадки я увидела искусно сделанные голограммы зрителей, сидевших на многоярусных скамьях, и удивилась тому, что, несмотря на жесткие правила безопасности, Солвею разрешили использовать магию в пределах Кориниума.
По периметру площадки были расставлены массивные передающие кристаллы, за которыми суетились операторы.
— Уважаемые зрители! Я рад приветствовать вас на передаче «Вечерняя беседа»! — Солвей, стоящий в центре площадки сделал паузу, дав возможность зрителям-голограммам вдоволь поаплодировать. — Я — Волод Солвей, и совсем недавно мы с ужасом наблюдали настоящий погром в нашей любимой Лирании. Заговорщики едва не захватили Кориниум, а так называемые миротворческие, — он ехидно усмехнулся, — войска наших добрых, — смешок прозвучал еще раз, — соседей едва не развязали настоящую войну. Нет никаких сомнений, что у его величества на подобный случай был приготовлен план действий. Настоящая многоходовочка, которая привела бы нас к победе. Но, как всем известно, король Дабарр всегда был против войны. Жизнь и благосостояние добрых лиранийских подданных всегда стояли на первом месте при решении государственных вопросов. — Солвей сделал паузу, повернувшись в сторону другого передающего видокристалла, и нахмурился. — Но сейчас мы вынуждены вернуться к тем событиям, чтобы попытаться вместе найти ответы на вопросы. И вопросы эти будут не о прошлом, а о будущем нашего государства. Наши гости! — Он эффектно развернулся на каблуках и взмахнул рукой: — Капитан Джейкоб Прадомур, бывший в то время лейтенантом городской стражи и лично участвующий в подавлении мятежа.
Капитан коротко поклонился, выслушивая дружные хлопки «зрителей».
— Леди Стайлена Аримир, представительница древнего рода и хозяйка одного из известнейших салонов Лирании, в который вхожи… — последовал длинный список имен, среди которых были политики, знатные дворяне, художники и музыканты. — Необычайный ум и широкая эрудиция сделали леди Стайлену настоящим алмазом в изящных интеллектуальных спорах в этом салоне, и мы поистине счастливы видеть ее здесь! — Волод Солвей расплылся в широкой улыбке и подошел к леди Стайлене дабы приложиться к ее руке, которую та милостиво протянула.
Ну так себе зрелище. Никогда не понимала этих старательно молодящихся теток в легкомысленных нарядах и увешанных драгоценностями.
— Интересно, сколько она заплатила… — едва слышно шепнул мне Винс.
Вернее, хотел шепнуть едва слышно, но маленький кристалл на лацкане его мундира усилил голос так, что Солвей аж подпрыгнул.
— …пожертвовала своим бесценным временем, чтобы выкроить часок и принять участие в этой передаче? — не меняясь в лице, продолжил Винс и послал в сторону леди Стайлены обворожительную улыбку.
— Я всегда рада приглашению господина Волода Солвея! — громко ответила та. — Как я рада видеть здесь и вас, лорд Винсент Глерн-Шелби.
И по-акульи улыбнулась в ответ.
— Вас уже представили, но я хочу повторить для всех зрителей! — Солвей развернулся к Винсу лицом. — Лорд Винсент Глерн-Шелби, глава уникального в своем роде сыскного бюро его имени! Уникального в том смысле, что нет таких дел, которые бы не смог распутать острый ум лорда Винсента Мы все, конечно, также запомнили лорда Винсента по его недавним подвигам…
— Скажешь что-нибудь про попугая, прибью за ближайшим углом, — улыбаясь во все зубы прошипел Винс, на этот раз предусмотрительно прикрыв звуковой кристалл ладонью.
Солвей чуть сбился, но моментально взял себя в руки и представил всем мага Эаста Секхирка, одного из главных аналитиков Магистериума и по совместительству того, кто обычно давал комментарии по поводу тех или иных событий от имени совета магов.
Далее пришла очередь старика-архитектора, на котором Солвей остановился подольше, перечислив некоторые его работы, а также королевства, где этот господин был принят и обласкан. Списком я, надо признаться, была впечатлена. Получается, что наш король действительно сделал полезную вещь, пригласив этого гения архитектуры для восстановления столицы.
— Ну и наконец… — Солвей повернулся ко мне. — Та, которую считали погибшей во время страшного покушения. Та, что не единожды спасала нашего обожаемого короля от злодеев и заговорщиков. Та, что была удостоена титула лично от его величества, и та, что смогла растопить холодное сердце верного королевского азуры… Да что там! Я могу рассказывать о ней очень долго, но наша программа, увы, ограничена во времени. Встречайте! Леди Глория де Глерн, впервые на ваших телекристаллах в «Вечерней беседе» с Володом Солвеем!
Гром оваций от «зрителей» и живые хлопки от Солвея и других гостей передачи. Даже леди Стайлена вежливо поаплодировала, не спуская с меня острого и какого-то хищного взгляда.
После того как всех представили, передача началась по-настоящему.
— У всех нас еще свежи воспоминания о безумии, которое внезапно охватило не только низшие слои общества, но и вполне добропорядочных горожан. Городская стража, в силу своей малочисленности, не смогла сдержать толпу. В городе произошли погромы, грабежи и даже убийства. Из регионов тоже приходили тревожные вести…
Он взмахнул рукой.
— Даем картинку! — раздался сверху усиленный чем-то женский голос, и в нескольких шагах за моей спиной в воздухе проявился экран.
Обернувшись, я успела увидеть, как несколько человек, разбив стеклянную витрину, тащат из купеческой лавки какую-то мебель. Потом картинка сменилась, показывая большую толпу, которая прорывает хлипкий строй городских стражников и устремляется вдоль широкой улицы. Затем мельком показали наш штурм Громорга. К счастью, издалека, но все равно выглядело впечатляюще.
Все это время Солвей вещал про то, как опасные идеи едва не отправили государство в пучину хаоса и только благоразумные действия власти в лице его величества и барона Рошаля смогли уберечь страну от падения в пропасть. Особенно впечатлило то, что в этот момент, играя голосом, меняя интонации и акценты, Солвей стоял с совершенно спокойным лицом. Выскочившая на площадку девушка быстро обмахнула его лицо мягкой кисточкой и убежала.
Экран исчез, где-то слева от меня что-то вжикнуло, и я увидела, как большой передающий кристалл на штанге чуть выехал вперед.
— Третий видокристалл! Крупный план! — вновь раздался голос.
Солвей тут же развернулся в сторону одного из гостей.
— Капитан Прадомур, вы были непосредственным участником тех страшных событий. Ваш отряд, как мне известно, защищал подступы к городской библиотеке?
— Совершенно верно, Волод, — ответил капитан. — Мы стояли на пересечении улицы Склеенных Фонарей и Валтарского проспекта. Нас было всего пара десятков человек, но настроены мы были решительно…
И бравый капитан пустился в воспоминания, надо признать, весьма интересные. Солвей лишь изредка направлял его вопросами. И когда тот дошел до момента прорыва через объятый революционными настроениями город к Кориниуму для соединения с верными королю войсками, в разговор вступил маг. От него я узнала об оперативном штабе Магистериума, в котором готовились к тому, что толпа может сойти с ума настолько, что решит штурмовать и их.
Леди Стайлена поведала, что в те смутные дни она приказала забаррикадироваться у себя во особняке и, вооружив слуг, велела защищаться до последнего человека.
Солвей цокал языком и активно участвовал в общей беседе, сочувствуя и поддакивая, клеймя и негодуя. То и дело вылезал экран, и тогда на площадку выбегали девушки с косметическими кистями и салфетками.
Сама того не заметив, я тоже приняла участие в разговоре. Даже слегка поспорила с магом, пытаясь узнать, что, реши толпа осадить Магистериум, использовали бы маги полноценные боевые заклинания против собственных граждан?.. От неудобного вопроса, мэтр Секхирк уклонился, сказав, что ситуация была у них под контролем На что Винсент громко рассмеялся и тоже вступил в диалог.
Беседа начала накаляться, а по довольному лицу Волода Солвея я видела, что именно этого он и добивался. Ведь даже старенький архитектор громко сетовал на разрушенные «образцы прекрасной архитектуры» и сочувствовал капитану Прадомуру, которому пришлось так нелегко.
И все шло прекрасно ровно до того момента, как из уст леди Стайлены не вырвалось что-то вроде: «А вот лорд Айронд поступил совершенно не как королевский азура, позволив заточить себя в Громорг по ложному обвинению».
Ух, как я вспыхнула! Поддерживаемая Винсом и магом, я обрушила на хозяйку модного салона всю свою язвительность, рассуждая на тему, что некоторые люди настолько бесполезны, что ради них и утруждать себя ложными обвинениями никто не станет.
Наши споры не затихали даже тогда, когда включался экран и можно было передохнуть.
Кстати, Солвей сдержал свое слово, и Центральное сыскное бюро Винсента Глерна-Шелби не раз упоминалось как одно из тех предприятий, которые активно помогали жителям до и после неудавшейся революции. Винс откровенно наслаждался всем этим и, если накал беседы начинал спадать, именно его реплики давали участникам новые силы для продолжения.
— До перерыва полминуты! — внезапно провозгласил громкий голос, и тут же слово взял сам Волод Солвей, который аккуратно подвел итог всему происходящему.
— Увы, случается так, что повлиять на некоторые события человек просто не в силах. И то, что должно было произойти, произошло…
Он мягко притушил яростные угли дискуссии общими фразами, из которых выходило, что все молодцы, король прекрасен и мудр, а народ был просто обманут, но уже осознал свою ошибку.
— Перерыв!
Солвей глубоко выдохнул и улыбнулся:
— Неплохо прошло, а? — Он явно было очень доволен. — Эй, пауза на новости две минуты! Чего стоим?!
Его вопрос был обращен куда-то в темноту павильона и быстро достиг своей цели. На площадку высыпало много народа. Кто-то поправлял нам макияж, кто-то подносил вино и воду, но первым делом нам вынесли раскладные стулья. И как только я присела, то тут же ощутила, как гудят ноги, словно я не стояла на месте, а пешком прошла от Кориниума до дома Айронда.
— А ничего кстати, — сказал Винс. — Даже интересно. Не говоря уж про полезность.
Ответить я не успела.
— До съемки десять, девять, восемь…
Вжух, и все служащие словно испарились с площадки. Я вновь встала, даже не заметив, как и куда пропал мой стул.
— Три, два, один! Первый видокристалл!
— Мы вновь вернулись в студию, и я напоминаю, что вы смотрите «Вечернюю беседу». Я — Волод Солвей, и я рад всех видеть!
Раздались аплодисменты со стороны «зрителей».
— В первой части программы мы вспомнили о том, что происходило совсем недавно, и рассмотрели вопрос с разных точек зрения и с разных позиций. Напоминаю, что у меня в гостях… — и он вновь представил нас зрителям. — Во второй части я бы хотел получить ответ на простой и одновременно сложный вопрос… — пауза, нахмуренные брови и усталое лицо. — Что дальше? Что происходит сейчас и как Лирания встает с колен и приобретает свой новый прекрасный облик? Об этом я хотел бы поговорить с почтенным Гарвеном Батистудой, который любезно принял приглашение его величества короля Дабарра и со всем рвением трудится сейчас над новым видом нашего замечательного города. Но для начала я хотел бы представить нашим зрителям господина Батистуду получше.
Аплодисменты и громкий голос откуда-то сверху:
— Даем картинку! Закадровый текст. Три, два, начали!
Вновь возникший за моей спиной экран начал показывать нарезку из «жизненного пути» старого архитектора.
— Господин Батистуда родом из Испавара. Представитель древнего рода, уже в раннем возрасте он продемонстрировал необыкновенные творческие способности. С отличием закончил Испаварскую академию высоких искусств, где особо была отмечена его выпускная работа, ставшая впоследствии настоящим культурным достоянием, — начал вещать Солвей. — Особенно стоит отметить, что академию господин Батистуда окончил по направлению «скульптура».
На экране крупным планом показали небольшую статуэтку, выполненную из белого мрамора. Девушка, сидящая у фонтана, каждая струя которого была выполнена столь искусно, что казалась настоящей.
— Кстати говоря, первая его работа была куплена на аукционе за рекордную для того времени сумму в триста золотых.
По съемочной студии разнесся дружный вздох. Сумма и по сегодняшним временам была немаленькая, а лет пятьдесят назад и вовсе заоблачная. Тем более для работы никому не известного студента. Сам архитектор стоял со скучающим видом, лишь изредка бросая взгляд в сторону экрана.
— Однако вскоре господин Батистуда решил оставить скульптуру. Все его последующие начинания были связаны исключительно с архитектурными решениями. И именно они сделали его известным всему цивилизованному миру.
По экрану длинной вереницей побежали изображения самых разных зданий, от дворцов до общественных учреждений. А еще мосты, каменные арки и даже фонтаны.
Солвей перечислял работы архитектора, его награды, королевские титулы и почетные звания самых разных университетов и академий.
— И сейчас господин Батистуда принял приглашение нашего короля, и его талант будет направлен на восстановление нашего прекрасного города. Особенно хочу отметить тот факт, что оплату труда господина архитектора его величество полностью взял на себя, явив тем самым знак невиданной щедрости. Ибо услуги такого мастера поистине недешевы.
Архитектор покивал с самым кислым видом. Было заметно, что участие в таких передачах ему не впервой и порядком поднадоело.
Экран исчез и Солвей повернулся к старику:
— Господин Батистуда, что вы можете сказать о нашем городе? Каким вы видите его будущее? Я имею в виду архитектурное будущее, конечно.
Архитектор кашлянул, вежливо прикрыв рот ладонью.
— Прежде всего я благодарен королю Дабарру за приглашение, — начал он. — Могу сказать, что задача, поставленная передо мной, очень и очень интересна Лирания — старый город, и первым делом я хотел поймать… Нет, не то! Я хотел ощутить ее дух и почувствовал благородную древность, но в то же время устремление в будущее. Мне хотелось проникнуться вашим городом, стать его частью. Хотя бы на то время, пока мне платят, — пошутил он напоследок.
Солвей снова недобрым словом вспомнил недавние беспорядки, спросив у архитектора, как именно он видит концепцию изменения города. Господин Батистуда еще раз откашлялся и начал говорить. Нет, вещать! Со страстью и уверенностью в голосе, увлекая нас всех за собой.
И пусть в архитектуре я понимала не больше, чем, например, в устройстве телекристаллов, слушать его было интересно. Даже несмотря на незнакомые слова вроде «ретроспективизм» и «маньеризм», я, как мне показалось, уловила основную суть будущих преобразований. Архитектор видел Лиранию в строгих линиях, четко выверенных пропорциях и продуманных сочетаниях цветов. Здесь не было места соседству вычурных дворцов и ремесленных лавок, а показную роскошь должен был сменить строгий минимализм.
Признаться, мне нравились его идеи, но, взглянув на скептически усмехающегося Винса, я вздохнула Архитектору будет сложно. Сможет ли родовая знать понять, что иногда обломок природного кварца гораздо прекрасней золотой аляпистой статуи с драгоценными камнями, вставленными вместо глаз?
— Кстати, о недавних потерях в архитектурном искусстве… — Едва господин Батистуда умолк, снова взял слово Солвей, поворачиваясь по команде невидимого голоса к третьему видокристаллу. — Увы, но и в мирное время мы понесли потери. Великолепный образчик каменного строительства, замок Астарон… — Он сделал паузу, изобразив скорбь на лице. — Астарон лежит в руинах. И специалисты лишь чудом могут объяснить спасение его прекрасной хозяйки. Леди Глория де Глерн, присутствующая здесь, хочет поведать нам о произошедших событиях.
Я не хотела. Нет, я готова была ответить на вопросы, поделиться своими умозаключениями, но еще раз рассказывать все с самого начала?
Винс заметил мое нежелание и вмешался:
— Господин Солвей, боюсь, что прошло слишком мало времени и воспоминания о произошедшем слишком свежи, чтобы заставлять леди Глорию вновь переживать их. Единственное, что я могу сказать: следствие по произошедшему ведется и враги будут непременно найдены и сурово наказаны. Мой брат очень… раздосадован и свернет горы, чтобы объяснить кое-кому, что, напав на Глорию, этот «кто-то» совершил самую большую ошибку в своей жизни.
— Судя по тому, что лорд Айронд, как я слышала, не очень-то баловал своими посещениями Астарон, его, как вы выразились, «раздосадованность» может иметь и иные причины, — внезапно подала голос леди Стайлена.
— На что вы намекаете? — моментально развернулся к ней Солвей.
Та с нарочитым равнодушием пожала плечами:
— Я восхищаюсь леди Глорией, честно. Но есть мнение, которое я слышала от многих людей… Ведь мой салон в некотором роде достаточно популярное место, в котором бывают многие значимые персоны. Так вот, многие говорят, что долг Айронда де Глерна как азуры короля был, скажем так, попран этой внезапной свадьбой. Не слишком ли поспешным было то решение?
Я почувствовала, как щеки начинают пылать.
— Леди Глория, поверьте, я не имею ничего против вас лично. Вы — прекрасная девушка, ваши заслуги всем известны. Да что там говорить, сам король обязан вам жизнью в какой-то мере. Но также мы помним об ошибочном заточении лорда Айронда, лучшего королевского защитника, в Громорге, из-за чего он не смог вовремя среагировать в момент начала беспорядков. И я все же считаю, что часть вины за это лежит и на вас.
— Но, позвольте, леди Стайлена! — прервал ее Солвей. — Глория и сама пострадала, она могла даже погибнуть!
— Иногда для короны лучше, чтобы кто-то погиб и остался в памяти, чем продолжал жить и самим своим существованием представлял множество препятствий, — отрезала леди Стайлена.
У меня аж дыхание перехватило.
— То есть вы хотите, чтобы я погибла?! — не выдержала я. — Что было бы лучше, если бы я осталась там, среди руин моего замка, как и моя тетушка?
Леди Стайлена пожала плечами:
— Это вы сказали, не я. Хотя нечто подобное я уже слышала.
— И от кого же? Кто мог желать такие страшные вещи?! — Солвей чуть ли не подпрыгивал от праведного гнева. Очень плохо сыгранного, кстати.
— От леди Катарины де Глерн, — торжествующе ответила леди Стайлена. — Признаюсь, я сама не ожидала подобного.
— Ей все неймется… — проворчал Винс достаточно громко и, подождав, когда ведущий повернется в его сторону, продолжил: — Моя бабушка давно уже слегка не в себе. Возраст, знаете ли. Но если она говорит подобные вещи от старческого слабоумия, то повторять подобное вслед за ней — признак слабоумия от рождения.
— Ох, меня надеется оскорбить Винсент Глерн? — засмеялась Стайлена. — Владелец аж целого детективного агентства? Я поражена в самое сердце!
— Вы будете еще больше поражены, когда я займусь вашим жизнеописанием И совершенно не буду стесняться видокристаллов. Я, кстати, вообще не понимаю, как такую прекрасную леди ее муж, лорд Аримир, не боится куда-то отпускать. Я бы на его месте на цепи вас держал, — парировал Винс.
— Ваше дело, милый мой, это ловля попугаев, а не дела высокого дворянства. Которое, кстати, стало слишком… — ядовитый взгляд в мою сторону, — стало слишком доступным. Напомните мне, леди Глория, как именно вы приобрели титул? Речь, кажется, шла о вашем папочке и темной магии?
Тут терпение меня окончательно покинуло и смолчать я не смогла, так что пикировка продолжилась уже на повышенных тонах.
Солвей просто лучился довольством, подсчитывая в уме рейтинги этой программы. Нет, он старательно хмурил брови, иногда вмешивался вроде бы со справедливыми замечаниями, которые тем не менее еще сильнее всех распаляли. Даже маг и капитан городской стражи приняли участие в общей склоке. Только старенький архитектор молчал, переводя взгляд с одного на другого, и явно не понимал, что тут вообще происходит.
И в тот момент, когда Винс уже шагнул из-за своей стойки, пообещав во весь голос магу «настучать по всем его магическим чакрам», а Солвей радостно набрал в грудь воздуха, чтобы позвать охрану, раздался громкий голос:
— Две минуты до конца!
В эти две минуты случилась масса событий. Выбежала пара человек охраны, которые попытались схватить Винса. Один из них сразу улетел с площадки, а другой запрыгал на носочках оттого, что Винс поймал его за руку, вывернул кисть каким-то хитрым образом, и, удерживая захват, заставил скакать вокруг себя. Солвей громко кричал: «Прекратите!», всем своим видом давая понять, что прекращать не надо. Капитан орал на мага в частности и на весь Магистериум в общем, обзывая тех трусами и застенными крысами. Стайлена быстро перечисляла известные в королевстве фамилии, от которых она слышала гадости обо мне. А я на полном серьезе сдерживала себя, чтобы не швырнуть фиолетовую молнию в проекции кричащих, смеющихся и возмущающихся «зрителей».
— Стоп! Снято!
Я оттолкнула от себя выбежавшую девушку со стаканом воды и быстрым шагом направилась к выходу из студии, не обращая внимания на крики Солвея вслед и ощущая, как торжествующий взгляд леди Стайлены буквально прожигает мне спину.
Оттолкнув охранника так, что тот врезался в штангу одного из передающих кристаллов, Винс бросился следом за мной.
— Интервью, да? — зло выдохнул он по пути. — Я запомню…

Глава 19

В гостиной собрались все, включая Барристана. Уже остывший от всего произошедшего Винс теперь всерьез размышлял, стоит ли увеличить плату за свои услуги детектива. Он действительно ожидал, что в самом ближайшем будущем будет буквально завален заказами.
— Это реклама, Глория, — довольным голосом говорил он. — Пусть даже и в таком разрезе. Вон и Барристан подтвердит. А, Барристан, подтвердишь?
Винс повернулся к дворецкому, который твердо отказался садиться в кресло и теперь стоял у двери, как всегда спокойный и прямой.
— Вынужден согласиться с вами, лорд Винсент, — кивнул тот. — Всегда найдутся люди, которые решат, что им необходим именно такой детектив — импульсивный, горячий и скорый на расправу.
— Я же говорил. — Винс вновь уставился в телекристалл, где он как раз обещал магу что-то там сотворить с его чакрами.
— Однако еще больше людей сочтут, что их расследования могут потребовать аккуратности и вдумчивости, — спокойно продолжил Барристан. — И возможные скандалы им совсем ни к чему. Осмелюсь предположить, что именно такой подход предпочтут клиенты с именем и располагающие немалыми средствами.
Винс только рукой махнул.
Как оказалось, предчувствуя необычайный ажиотаж, вызванный этой «Вечерней беседой», руководство изменило сетку вещания и урезало время выпуска новостей почти в три раза. А после скомканного новостного выпуска на экране телекристалла вновь появился Волод Солвей. Вместе с леди Стайленой он сидел в студии и устраивал полноценный разнос мне и Винсу, объявив нас зачинщиками безобразия. Леди Стайлена, объявленная невинной жертвой нашей агрессии, вовсю поддакивала притворно негодующему ведущему и азартно сплетничала.
— Ты ничего не можешь сделать? — спросила я у Айронда, который смотрел передачу молча. Он вообще с того момента, как забрал нас из Кориниума и столкнулся с руганью Винса и моей нервной отповедью о журналистах, привечающих стерв, почти ничего не говорил. Даже не стал протестовать, когда мы в один голос заявили, что ноги нашей во дворце без крайней необходимости не будет, хоть там и безопасность выше.
— Могу, — подтвердил муж. — Могу превратить Волода Солвея в ледяную глыбу, могу приказать убрать его павильон из Кориниума. Могу лично явиться к леди Стайлене и устроить так, что она будет заикаться только об одном упоминании о тебе. Или назначить налоговую проверку посредством ведомства барона Рошаля владельцам компании, где трудится Солвей, и устроить им жизнь веселую и противоречивую. И я все это сделаю, если потребуется. Тем более что чувствую некоторую вину за то, что отправил тебя туда. Только скажи, действительно ли ты этого хочешь?
И, глядя в серьезные, внимательные глаза мужа, я поняла, что тот не шутит ни единым словом.
Винс сдавленно кашлянул.
Я отрицательно мотнула головой.
— Нет, не хочу. Просто мерзко все это.
— Согласен. — Айронд кивнул. — Но это называется свобода слова. Людям нравятся скандалы, тем более столь низкого пошиба. А на спрос всегда будет предложение. Солвей отлично это понимает. Тем более что он сейчас в особой милости у нашего короля и чувствует себя защищенным. — Он поднялся и повернулся к Барристану. — Парадный мундир, пожалуйста.
— Ты куда собрался? — Я тоже поднялась.
— Выполнять свои прямые обязанности, про которые мне уже неоднократно напоминал король. Через несколько часов состоится торжественное открытие памятника Согласия. Будет трансляция в прямом эфире. Если хочешь, возьму тебя с собой.
— Ой, нет, — тут же отказалась я. — Мне хватило на сегодня общения. Разве что, вон, Винс захочет…
Но тот тоже отказался, сказав, что подобные мероприятия не его конек. И парадный мундир он во второй раз напяливать не собирается, не говоря уж про меч-обрубок.
— А что за памятник Согласия? — спросила я, чувствуя, что безнадежно отстала от современной столичной жизни.
— Ну, если говорить официальным языком, он должен служить символом единения народа и короля и стать наглядным символом будущего процветания.
— А неофициальным? — лениво прикладываясь к кубку с вином, спросил Винс.
— А неофициально король отвалил кучу денег и потратил немало времени на уговоры, чтобы уломать господина Батистуду вспомнить свое прошлое скульптора Тот поначалу всячески отнекивался, настаивая на том, что он в первую очередь архитектор и именно для этой работы прибыл по приглашению в Лиранию. Но после того как ему пообещали личные покои в Кориниуме и золота не по количеству монет, а по весу, старичок сдался. Открытие памятника обещает быть торжественным и будет показываться в прямом эфире.
— Не совсем понимаю, зачем тебе надо туда идти? — спросил Винс. — Ты не телохранитель Дабарра, а его воля. Или как там говорится об азурах? Да и вообще, король же не будет лично там присутствовать?
— Конечно, нет, — ответил Айронд. — Вы сами убедились, что в последнее время Дабарр стал слишком подозрительным. И тем не менее я буду там. — Он вздохнул и посмотрел на меня: — Хотя предпочел бы остаться.
— Зато там будет все высшее дворянство, Рошаль и еще куча значимых персон, — насмешливо протянул Винсент. — Которые не поймут отсутствия азуры на столь серьезном мероприятии. Как же — открытие памятника! Поистине государственных масштабов проект.
— Не язви, — укорил его Айронд. — Сейчас важен каждый шаг, каждый жест, направленный на то, чтобы показать, что власть серьезно думает о народе и заботится о его процветании.
— Лучше бы налоги уменьшили, — проворчал Винс.
— Ну, не настолько серьезно, — парировал Айронд и, еще раз попрощавшись, вышел вслед за Барристаном.
Винс поднялся и подошел к окну. Подождав, пока Айронд уедет, он повернулся ко мне:
— Мы тут почти как в крепости. Вокруг дома агенты Тайной стражи шатаются, словно в облаве участвуют.
Я поежилась:
— Мне как-то спокойней, когда Айронд рядом. Хотя он и замаскировал наши ауры, но я все равно себя чувствую, словно в открытом поле.
— Возможно, вам было бы безопаснее в Кориниуме? — предположил вернувшийся Барристан.
— Ну нет! — одновременно выдохнули мы с Винсом.
— Что ж, по крайней мере, как я вижу, у ворот находятся четыре патруля с магами поддержки, — отметил дворецкий.
Впрочем, особого впечатления на меня это не произвело. И на Винса, кажется, тоже.
— Знаешь что, — задумчиво произнес он, не отрываясь от окна. — Твой замок был защищен гораздо лучше, но это не помогло. И хотя шанс, что покушение попробуют повторить прямо здесь и сейчас, маловероятен, я бы предпочел оказаться подальше от столь демонстративно охраняемого места. Не в Кориниуме, конечно, но…
— Винс, тебе не кажется, что мы словно специально делаем все, что делать не следует? — хмыкнула я.
— И это обычно срабатывает, — парировал он. — В общем, так — если хочешь остаться здесь, я не буду возражать и останусь тоже. Но подумай сама: если враг все-таки решит попробовать еще раз, быстро ли он тебя найдет? И какой смысл маскировать твою и мою ауры, если на улице толпится столько служивого народа?
Немного подумав, я кивнула:
— И что будем делать?
— Где легче всего спрятать лист? — вопросом на вопрос ответил Винс.
— В лесу, — махнула я рукой. — Эту загадку каждый ребенок знает.
— Да? — озадаченно нахмурился он. — Я вообще-то имел в виду архивный шкаф Рошаля, но твой вариант тоже сойдет.
— Предлагаешь, поехать в управление?
— Вот еще! — Винс скривился. — Предлагаю найти какое-нибудь уединенное, спокойное место и переждать церемонию там.
— Со своей стороны могу порекомендовать неплохое заведение под своеобразным названием «Рога варвара», — внезапно сказал Барристан. — Там неплохой эль и большой телекристалл во всю стену. И находится недалеко отсюда.
Мы с Винсом ошеломленно посмотрели на дворецкого.
— Хм, Барристан, признаться, я поражен, — наконец сказал Винс. — Ты ходишь по кабакам и пьешь эль?
— Я не хожу, лорд Винсент, а посещаю, — поправил тот. — Да будет вам известно, я давний поклонник фехтовальной школы господина Гринисты и стараюсь не пропускать трансляцию соревнований. Тем более на большом экране и в окружении таких же горячих болельщиков. И кстати, узнал я про это место совершенно случайно, познакомившись с его хозяином в Королевской библиотеке.
— Мой мир не будет прежним… В библиотеке… — пробормотал Винс, как-то по-новому глядя на Барристана. — Может, ты еще и ставки делаешь?
Проигнорировав его вопрос, дворецкий обратился ко мне:
— Так что, если леди Глория не против подобного заведения, я с удовольствием сопровожу вас. Кстати, столик я забронировал.
— Но как же охрана? — спросила я, еще не вполне оправившись от легкого шока.
Барристан позволил себе тонко усмехнуться:
— В особняке имеется подземный ход. Лорд Айронд предусмотрителен в любых мелочах.
— В таком случае дайте мне несколько минут, чтобы сменить одежду на более подходящую, и пойдем, — сказала я и побежала переодеваться.
А через четверть часа мы в неброской одежде уже выходили из небольшой невзрачной пристройки на противоположной от особняка стороне дороги.
До «Рога варвара» доехали на ситтере Ругара, в очередной раз оценив его специально состаренный вид, который совершенно не привлек внимания стражи. Как Барристан и сказал, заведение находилось буквально через пару улиц. Оно незаметно расположилось в тихом переулке, явно не нуждаясь в особой рекламе и высокой проходимости.
Сразу за тяжелой, сбитой из толстенных досок и потемневшей от времени дверью оказалась крутая лестница, ведущая вниз. А пока мы спускались по скрипучим ступеням, нос различил неуловимо-вкусный аромат пива, свежей стружки и почему-то горячего хлеба. Мне здесь определенно начинало нравиться.
Барристан шел первым, я сразу за ним, а Винс немного задержался наверху, поправляя ножны с мечом, которые задевали крутую лестницу.
Внизу нас встретил сам хозяин, который разительно отличался от большинства трактирщиков, виденных мной до этого. Он не был могуч, не был толст, не был бородат. Наоборот, им оказался мужчина лет сорока, высокий и подтянутый. Рукава льняной рубахи трактирщика были закатаны, и я отметила, что у него очень жилистые руки. Да и сам он производил впечатление туго сжатой пружины.
— Господин Остагир, хозяин этого достойного заведения, — представил нам его Барристан.
— С островов? — спросил подошедший Винс, быстро оглядывая мужчину. — И, судя по всему, фехтовальщик? Меч-щит, как я понимаю?
— Пара мечей, лорд Винсент, — ответил вместо хозяина Барристан. — Господин Остагир два раза брал Железный кубок Галиостэдских островов в дисциплине фехтования парными мечами.
Винсент кивнул, взглянув на молчавшего доселе хозяина с уважением.
— Я рад приветствовать друзей господина Барристана в своем скромном заведении, — сказал тот глубоким голосом. — Надеюсь, вам здесь понравится.
— Я уже в этом не сомневаюсь, — тихонько пробормотал Винсент и направился вслед за хозяином в главный зал.
Здесь царил полумрак. Светокристаллы, замаскированные под старинные факелы, горели в половину силы. По стенам было развешано оружие и части старинных доспехов. Но одну стену занимал огромный телекристалл, по которому сейчас шел выпуск новостей с отключенным звуком.
Господин Остагир проводил нас к стоявшему в нише столу и помог мне отодвинуть тяжеленный стул, опередив при этом Барристана.
Затем оказалось, что тут нет меню. Из еды подавалось то, что захотелось приготовить повару. И сегодня это были бараньи ребрышки с зеленью и маринованными овощами. Эль, как оказалось, варился прямо здесь и был представлен всего двумя сортами — «Слезой варвара» и… хм… «Потом варвара». Первый — светлый и мягкий, второй — темный и крепкий. Ну и всегда в наличии имелись ржаные гренки с солью и специями, огромное блюдо которых называлось «Ногти варвара».
— Я почти влюблен в это место, — сообщил Винс, когда Остагир поставил перед нами три большие кружки со «Слезой варвара» и водрузил на стол блюдо с его «Ногтями».
Новости на телекристалле исчезли, а вместо них появилось изображение Кориниума, снятое с высоты птичьего полета. Надпись «Прямая трансляция» проехала по экрану, и Барристан попросил хозяина включить звук. Что тот и сделал, отправившись затем встречать очередных гостей своего заведения. Так что в зале, кроме нас и только прибывшей пожилой пары, было всего семь человек, отдающих должное выделениям варварских желез.
— Мы начинаем прямую трансляцию с места открытия памятника Согласия, — раздался приятный мужской голос. — С вами Мик Фарейн с места событий и Донна Дилион из прямой студии Первого королевского канала. Донна?
На экране изображение Кориниума сменилось студийным павильоном, где молодая ведущая, улыбаясь во все свои белоснежные зубы, радостно ответила:
— Мик, я прекрасно слышу тебя. Как и наши дорогие зрители. Что там происходит, Мик?
Студия исчезла, сменившись подтянутым мужчиной, одетым в строгий камзол. За его спиной множество людей направлялись в сторону Дворцовой площади. Некоторые из них оборачивались и махали в передающий кристалл за спиной ведущего.
— Я стою на подходе к площади перед Кориниумом и своими глазами вижу, как тысячи довольных граждан решили своим личным присутствием показать всем, что никакая смута не сможет втянуть Лиранию в хаос, — бодро произнес он. — Своим примером они демонстрируют саму суть сегодняшнего события — единение и согласие. Отринув мелочные проблемы и житейские неурядицы, они все вместе идут на Дворцовую площадь, с гордостью ощущая себя одним народом, имя которому — лиранийцы. Донна?
Картинка на экране разделилась напополам.
— Мик, мы видим тебя. Как ты собираешься подойти к памятнику?
— Я хороший репортер, Донна, — засмеялся Мик. — К тому же его величество был настолько любезен, что приготовил для журналистов специальное место, откуда будет все прекрасно видно. Донна?
— Я поняла тебя, Мик, — ответила ему девушка из студии. — Мы пока продолжим показывать все в прямом эфире и ждем тебя уже непосредственно на месте событий.
Мик кивнул и исчез с экранов. Видокристалл вновь изменил ракурс и показал Дворцовую площадь.
Прямо в ее центре было свободное место, огороженное невысоким кованым забором и двумя рядами городской стражи. Круг, диаметром почти в две сотни шагов, отчетливо просматривался с высоты. Вот только в нем ничего не было, кроме здоровой груды булыжников.
— Я чего-то не понимаю, — хмыкнула я. — Я думала, что там будет стоять статуя, накрытая тканью. Ну, или памятник… А потом, по знаку Дабарра, ткань снимут, явив всем очередное гениальное творение господина Батистуды. Но там же пусто! Или вот эта груда — и есть уникальный шедевр архитектора?
Винс пожал плечами:
— Без понятия. Давай смотреть.
Тем временем людей на площади становилось все больше. Видокристаллы постоянно переключались с одного на другой, показывая нам то общий план, то маневрируя прямо в толпе людей.
— Ох, и разбогатеет сегодня Ругар, — неожиданно протянул Винс. — Я уже со счета сбился, считая работающих в толпе карманников.
Экран вновь разделился на две части. Одна часть по-прежнему показывала общий план, а на другой возник улыбающийся Мик, который, судя по всему, стоял на каком-то возвышении, позволяющем видеть за его спиной огороженный стражниками круг. В углу экрана появилось маленькое изображение Донны.
— Мик, ты на месте? — спросила она.
— Да, и отсюда все будет прекрасно видно, — заверил тот.
— Но где сам памятник? Я вижу только пустое место и какой-то мусор. Мик?
Ведущий радостно улыбнулся:
— А это и будет главным событием! Мы своими глазами увидим, как на этом самом месте возникнет настоящий символ нашего государства! Господин Батистуда придумал этот шедевр и придал ему форму. А вот воплощен он будет прямо на наших глазах лучшими магами Магистериума! Это должно быть незабываемое зрелище! Донна?
— Мы с нетерпением ждем начала, Мик. И, кажется, оно уже совсем скоро.
— Ты права! Я слышу, как приветственно шумит толпа. А вот и сами участники действия!
Он исчез с экрана, открыв нам полную картину происходящего. Мик оказался прав — место для съемки было выбрано идеально. Множество людей не мешало просмотру, так как точка, откуда велась трансляция, находилась выше, а близость к месту действия давала отличную картинку.
Над Кориниумом засиял защитный купол, который маги сделали видимым. Но он не просто светился жемчужным светом. Маги постарались сделать так, чтобы это смотрелось как можно красивее. На переливающейся поверхности магического поля то и дело змеились синие молнии искрящейся энергии, которые, повинуясь воле создателей, образовывали между собой самые причудливые узоры. Зрелище на самом деле завораживало. И настолько сильно, что я чуть было не пропустила момент, когда высоко над куполом показалась яркая вспышка открывшегося портала. Вниз полетели струи настоящего живого огня, но, не долетев до самого купола, изогнулись, словно ленты в руках танцовщиц, и рассыпались блестящими звездочками под восторженные вопли собравшихся на площади.
— Настоящий фейерверк, только сверху вниз, — произнес Винсент, на это время даже забывший про свое пиво.
Из портала, тем временем, появились четыре зависшие в воздухе фигуры в развевающихся на ветру парадных балахонах Магистериума. Крепко сжимая свои посохи, они медленно начали спуск, окруженные отблесками трескучих молний энергии. Толпа встретила высших магов криками и аплодисментами.
Сквозь шум толпы пробился голос Мика:
— Это потрясающе! Глава Магистериума в сопровождении членов совета магов спускается с небес под приветствия граждан. Незабываемое зрелище перед моими глазами! И… Но что это?! Смотрите! Неужели мы лицезреем самого короля?!
Прямо сквозь магический купол Кориниума пролетела… огромная пирамида с усеченной вершиной, сделанная из огромных глыб темного мрамора, словно светившегося изнутри. На самом верху пирамиды, чья высота составляла по меньшей мере четыре дворцовых уровня, или девять стандартных этажей, возвышался Дабарр собственной персоной в окружении лордов Королевского совета, одетых столь пышно и богато, что блеск драгоценностей резал глаза. Рядом с Дабарром стоял настоятель главного храма Единого и, едва доставая ему до груди, переминался с ноги на ногу старичок-архитектор. Ради такого случая он вырядился в богатую мантию, покрой которой слегка маскировал его горб, но, увы, не мог скрыть его полностью. А за спиной короля спокойно стоял Айронд.
Пирамида остановилась в нескольких шагах от круга, и Дабарр приветственно поднял обе руки. Толпа взревела! Вверх полетели шапки и платки.
Четверо магов не спеша подлетели к пирамиде и опустились возле короля, склонившись в глубоких поклонах. Смотрелось это, надо признать, величественно.
— Как думаешь, Дабарр там реально присутствует? — спросила я Винса, но тот только пожал плечами.
Зато ответил Барристан:
— Прошу прощения, леди Глория, что отвечаю вместо лорда Винсента, но мне кажется, что это образ. Я уже два раза приметил, что у мэтра Тианатида, что стоит слева от короля и слишком близко к нему, край балахона прошел прямо сквозь руку его величества.
Глава Магистериума сделал шаг вперед и поднял руку с зажатым в ней посохом. Над людьми пронесся порыв ветра, сбивая подбрасываемые головные уборы и слегка утихомиривая толпу. А затем вперед шагнул сам Дабарр.
— Народ Лирании! — воззвал он зычным голосом, усиленным магией. — Я рад видеть здесь вас всех и каждого в отдельности! Этот день наши потомки будут вспоминать с благоговением! Именно сегодня, именно сейчас мы закладываем первый камень в новую историю Лирании! Историю, которая будет длиться вечно и принесет всем мир и процветание!
Признаться, даже у меня пошли мурашки по спине от его голоса, а уж про присутствующих там людей и говорить нечего. А когда откуда-то с неба грянула величественно-торжественная музыка, я почувствовала, что не в силах оторваться от экрана.
— Сегодня мы представим всему миру знак того, что весь народ Лирании как никогда спаян воедино. И помочь нам согласился человек, чья слава давно уже сделала его живой легендой в мире искусства. Господин Гарвен Батистуда!
Старичок-архитектор тоже сделал шаг вперед, приветствуемый толпой, которой стало уже так много, что все не вмещались на площади.
— Однако, как вы можете заметить, тут пусто. — Дабарр повел рукой. — И наверняка вы, мои добрые подданные, гадаете, что случилось? Где то, ради чего мы тут все собрались? — Он сделал, паузу, подождав, когда стихнут все одобрительные крики. А потом понизил голос, продолжив гораздо тише: — Лиранийцы… То, что сейчас предстанет перед вашими глазами, вы запомните до конца своих дней. Великий Батистуда согласился с моим предложением, и могу вас заверить в том, что подобного не делал никто в мире. Присутствующие здесь величайшие маги Магистериума прямо на ваших глазах создадут то, что станет настоящим символом королевства Используя гений господина Батистуды, его мысль, они примут участие в творении величайшего шедевра прямо на ваших глазах.
Он вновь замолчал, давая всем осознать сказанное.
— Чего-то я не понимаю… — пробормотал Винс. — Где статуя-то?
А вот я поняла. И если моя догадка окажется верной, то это будет поистине величайший магический акт, который потом будут изучать в учебниках.
— Они будут ее создавать прямо сейчас, — ответила я.
— Это как? — все еще не понимал Винс.
— Батистуда сложил ее у себя в голове. Каждую деталь, каждый штрих, стык и черточку. Это словно… словно держать в уме одновременно карту Лирании, все идущие сейчас торговые караваны и имена каждого из возниц.
Винс восхищенно выругался. Шепотом.
— Он откроет свое сознание магам и начнет в уме создавать то, что задумал. А маги прямо на наших глазах будут реализовывать его замысел своей силой.
— А если ему в это время кто-нибудь ненароком наступит на ногу и он пожелает, чтоб на наступившего плита упала? Маги это желание тоже реализуют?
— Нет, конечно, — фыркнула я. — Да и вообще, архитектор будет в таком состоянии, что вряд ли почувствует, даже если ему дадут по шее. Полное сосредоточение. И маги не дураки же. Они не читают его мыслей, пойми. Они реализовывают замысел. И видят, соответственно, только его. И плита, падающая кому-то на голову, должна быть в нем изначально.
Тем временем из мраморной пирамиды, чуть ниже площадки, на которой стояли знатные зрители, включая Айронда и образ короля, вперед выдвинулся один здоровенный блок. Выдвинулся не менее чем на десять шагов, образовав своего рода трамплин, на который и ступил Батистуда.
Архитектор осторожно прошел вперед и остановился, не доходя до края всего пару шагов. На экране появилось его лицо крупным планом. Было заметно, что он нервничал.
Что ж, я бы на его месте вообще тряслась, как осенний лист. Мраморный пол платформы даже через телекристалл выглядел очень гладким и скользким, а случись чего, падать вниз пришлось бы долго.
— И на что только не пойдешь ради золота, — прокомментировал увиденное Винс.
— Или ради искусства, — негромко вставил доселе молчавший Барристан.
Господин Батистуда закрыл глаза и выровнял дыхание. Его лицо вначале закаменело, а потом расслабилось. Он медленно поднял руки, словно стараясь обнять всех столпившихся на площади, и застыл в таком положении. А через пару мгновений вокруг его фигуры засветился сам воздух, переливаясь всеми оттенками жемчужно-зеленого.
Тогда на «помост» вступили маги. Все четверо. Опережая остальных на один шаг, впереди шел сам глава Магистериума.
Изображение на экране сдвинулось. Видокристалл полетел вокруг вышедших на «помост», давая оценить всю масштабность происходящего. Задранные лица зрителей на площади сливались в одну колыхающуюся массу. Маги тем временем остановились, и вскоре их также окружил светящийся воздух, словно они образовали с Батистудой единое целое.
Все четыре мага одновременно вскинули руки, каменные навершия на посохах вспыхнули, и снизу раздался дружный вздох многотысячной толпы.
Картинка на экране сменилась, показывая площадь сверху. Людская масса колыхалась, словно под брусчаткой перекатывались ленивые волны. Как ни странно, никакого испуга в толпе не возникло. Наоборот, когда камера прорезала людские ряды, выхватывая лица и качаясь вместе со всеми, я увидела, что люди улыбаются и одобрительно кричат.
Между тем на свободном пространстве, огороженном невысоким забором и цепью стражников, происходило нечто.
Волны, которые заставляли приподниматься поверхность площади, не спеша потекли в сторону пустого пространства, и в воздух, следуя движениям волн, на высоту человеческого роста поднялась брусчатка. При этом серые камни прямо на глазах меняли свою структуру! Они превращались в аккуратные бруски-кирпичики фиолетово-черного гранита.
Бруски сплавлялись в крупные блоки, те, в свою очередь, образовывали между собой еще более крупные массивы камня, и совсем скоро над поверхностью парила громадная гранитная плита, толщиной по меньшей мере в два моих роста. Она медленно меняла свою форму, становясь идеально ровным кругом, диаметр которого был лишь чуть меньше площади свободного пространства.
Вздрогнув, ставшая монолитной плита медленно опустилась на землю. И даже через экран я ощутила, как содрогнулась земля, когда та мягко опустилась вниз. Раздалось шипение, и в воздух начал подниматься едва заметный дым. По поверхности гигантской гранитной плиты побежали струйки багрового огня, выжигая в камне глубокие борозды, которые образовывали между собой великолепные узоры, составляющие строгую и сложную симметрию общего рисунка.
Последние струи огня прочертили в камне огромную надпись древними рунами, складывающимися в одно слово — Единение. Руны были объединены вязью общих линий и уже сами по себе представляли произведение искусства.
В углу экрана возникло изображение репортера. Его лицо светилось восхищением, а голос мне показался даже несколько подавленным из-за масштабов творимого перед его глазами действа.
— Я снова с вами, дорогие зрители! — произнес он и нервно откашлялся. — Только что мы стали свидетелями настоящего чуда. Вернее, самого начала чуда. Постамент получился поистине величественен, и моей скромной фантазии не хватает, чтобы представить, что будет дальше. Однако я замолкаю и даю вам возможность самим оценить все происходящее. Думаю, что окажусь недалеко от истины, если скажу, что мы присутствуем при историческом событии.
На экране вновь показали Батистуду. Он по-прежнему стоял с закрытыми глазами, лишь слегка шевеля воздетыми руками, словно дирижируя невидимым оркестром.
Зеленое свечение, окутавшее магов, поднялось, собравшись в одно небольшое облако, мягко сдвинулось с места и застыло над головой стоявшего слева мага. Тот, словно повинуясь неслышимой команде, слегка качнулся, и навершие его посоха вспыхнуло ярко-оранжевым.
Толпа ахнула, когда высоко над ними раздался низкий и глубокий гул. Тысячи лиц в едином порыве посмотрели вверх, и видокристалл показал нам небо. Я увидела, как по ярко-голубому небосклону от самого горизонта движется темная точка, оставляющая за собой темный дымный след.
— Они что, притягивают небесный камень? — изумленно выдохнула я, только сейчас почувствовав, как пересохло в горле.
Винс не ответил. Кажется, он вообще меня не услышал.
А точка становилась все больше, на глазах превращаясь в несущийся по небу громадный метеор, окутанный дымным пламенем. Гул все нарастал, но отраженный магией звук дискомфорта не доставлял. Гигантский шар огня по нисходящей дуге мчался прямо к площади.
Внизу начали раздаваться крики. Но они были слишком редки, чтобы толпу охватила паника. А когда величественный шар стал замедляться и в конце концов завис высоко над площадью словно маленькое солнце, общие вопли восхищенного потрясения разорвали воздух.
Видокристалл крупным планом показал мага, над головой которого зависло зеленое свечение. По всей видимости это он управлял огненным метеором, сплавив свое искусство с мыслью старого архитектора. Глаза мага были плотно закрыты, а по лицу катились крупные капли пота.
Огненный шар, зависший высоко над площадью, внезапно пролился вниз струями огня. Это случилось столь неожиданно, что никто не успел испугаться. Падающее пламя прямо на лету меняло свою форму, закручиваясь вихрями и тугими дымными струями. И едва первые огненные потоки достигли гранитного постамента, вокруг моментально вспыхнуло жемчужное защитное поле, не дающее жару и дыму вырваться за его пределы.
Огонь трещал, плакал раскаленными слезами, взлетал вверх дымными протуберанцами и опадал огненными потоками раскаленной магмы. И он формировался.
Будто кто-то невидимый громадными ладонями мял ставший пластичным огонь, вылепляя из него нечто, напоминающее человеческую фигуру.
Зрелище было настолько завораживающим, что я совершенно потеряла счет времени, не в силах отвести взгляд от происходящего на экране. А еще — остро сожалея, что не стою там, на площади, вместе со всеми.
Когда огонь окончательно принял необходимую форму, а остатки дыма развеялись в воздухе, глазам присутствующих явилась огромная фигура, в которой я сразу же узнала мага Магистериума. Балахон, посох, низко надвинутый на глаза капюшон — этакий канонический образ волшебника, который стоял спиной к Кориниуму и вглядывался в раскинувшийся перед ним город.
Когда видокристалл подлетел ближе и стал парить вокруг статуи, я увидела, что все детали сделаны с величайшей точностью. Каждая складочка одеяния, каждый волосок длинной бороды, даже текстура деревянного посоха — все было настолько естественным, что казалось, маг сейчас сделает глубокий вздох и сойдет с гранитного постамента. Тем более что стоял он у самого края, слегка опираясь на посох, навершием которого оказался самый настоящий кристалл Размером примерно с дилижанс, он, под ликующие крики толпы, засветился теплым оранжевым светом.
Видокристалл вновь показал нам застывших на постаменте архитектора и магов. Зеленое свечение над головой одного из них мягко перетекло к стоявшему рядом, и тот, в свою очередь, чуть повыше поднял посох, навершие которого засияло глубоким синим. Первый маг отступил на пол шага назад и устало оперся на свой посох, оставшись стоять с видимым усилием.
Изображение изменилось. Видокристалл поднялся повыше и теперь можно было разглядеть зеркало океана. И именно оттуда поднималась величественно-огромная волна, которая, словно неудержимое цунами, понеслась в сторону берега. Она становилась все больше и больше, закрывая собой уже половину неба.
Однако волна не ударилась о скалы со всесокрушающей мощью. Когда до берега оставалось совсем немного, бушующая масса воды оторвалась от поверхности океана и каплей, размером с дом, поднялась в воздух. После чего развернулась, словно плащ, и, переливаясь всеми оттенками голубого и зеленого, поплыла в сторону площади, по которой прокатился изумленный вздох.
Водяной «плащ» застыл над площадью, закрывая собой солнце, чьи лучи, пройдя сквозь толщу воды, заиграли всеми оттенками голубого и зеленого.
Повинуясь силе мага и воле старого архитектора, вода начала закручиваться гигантским столбом, который медленно опустился на гранитное основание с противоположной от статуи мага стороны, оставляя свободным центр постамента.
Он вращался все медленнее, но вода при этом не обрушивалась на площадь всей своей массой. А когда столб окончательно застыл, перестав вращаться, видокристалл показал Батистуду, который вновь начал свое «дирижирование» с закрытыми глазами.
Раздался сухой треск, как в морозном лесу, только намного громче. А когда водяной столб прямо на глазах начал покрываться льдом, треск сменился хрустом. Звуки мгновенно замерзающей воды становились все оглушительнее, а потом по ледяной колонне побежали струйки пронзительно-синего цвета. И там, где проходил их путь, лед испарялся, наполняя пространство клубами пара.
Вторая статуя рождалась прямо на глазах, вытачиваемая из массива льда множеством резцов, принявших вид синих струй. Сурово нахмуренные брови, аккуратная бородка, низко надвинутый шлем с полумаской. Воин! Доспехи которого были выполнены с необычайным мастерством, вплоть до мельчайшей заклепки на пластинах.
В правой руке воин сжимал опущенный меч, а левая, сжатая в кулак, касалась закованной в доспех груди. И я почти не удивилась, когда кристалл, вставленный в рукоять длинного меча, засветился синим светом.
Как и статуя мага, казалось, что воин всматривается в раскинувшийся перед ним город, словно выискивая в нем возможную опасность.
— Кстати, доспех устаревший. Как и меч, — неожиданно подал голос Винс, не отрывая глаз от происходящего на экране. — Лет на сто примерно. Это тогда модно было рубить со всей молодецкой удали. А именно фехтование в то время только зарождалось.
— Зато смотрится эффектно, — отозвалась я.
Тем временем облако зеленого свечения вновь переместилось, застыв над головой следующего мага, начавшего в свою очередь работать. Навершие его посоха засветилось глубоким пурпурным светом, и прямо над площадью в небе начал формироваться самый настоящий смерч! Он закручивал в себя редкие облака, становясь заметно темнее. Казалось, даже солнце стало светить не так ярко, давая возможность всем насладиться величественным зрелищем.
Темный столб смерча, извиваясь и подрагивая, начал не спеша опускаться. По тому, как пригибались люди на площади, как полетели в разные стороны шапки, я поняла, что там сейчас поднялся нешуточный ветер.
Темную воронку то и дело пронизывали трескучие молнии, озаряли вспышки энергетических разрядов. Ветер теперь выл так, что заглушал все остальные звуки. И неожиданно наступившая полная тишина в момент, когда смерч коснулся самого центра постамента, заставила меня подумать, что у телекристалла сломался звук.
В абсолютном беззвучии смерч вращался, застыв на одном месте, а затем воздух уплотнился. Воздушный столб словно попытался на мгновение втянуться сам в себя, схлопнуться… чтобы с громким треском взорваться ревущим ветром, пролетев по площади и уронив первые ряды зрителей и стражников.
Когда суетливо метущийся видокристалл наконец показал нам громадный постамент, там уже стояло три фигуры.
Ровно по центру, между магом и воином, в величественной позе стоял человек в богатых одеждах и длинном плаще. Его левая рука покоилась на навершии меча, висевшего на поясе, а в правой он сжимал королевский скипетр, на конце которого пурпурным светом сверкал большой кристалл.
— М-да, от скромности он не помрет… — проворчал Винс, постаравшись скрыть восхищение в голосе.
Да, последняя статуя изображала его величество Дабарра, короля Лирании. Только не нынешнего, а примерно десятилетней давности — подтянутого, грозного, справедливого, в самом расцвете лет и сил. Несмотря на сведенные брови, он слегка улыбался, а взгляд искусно вырезанных глаз лучился мудростью, пониманием и мягким предостережением.
Толпа на площади взорвалась приветственными криками! Шум стоял такой, что когда картинка на экране сменилась, вновь показав нам слегка осоловевшего репортера, его голос, несмотря на то что был усилен, звучал совершенно неразборчиво. Поняв это, Мик махнул рукой с самым счастливым выражением лица, и картинка вновь сменилась, показывая нам массы ликующего народа.
Но, как оказалось, работа великого архитектора еще не была окончена! Все три мага, которые колдовали до этого момента, теперь отошли на несколько шагов назад. Было видно, что они очень устали и прикладывают немало сил, чтобы оставаться на ногах.
На этот раз пришла очередь самого мэтра Венделя, главы Магистериума. Он в свою очередь поднял посох, навершие которого засветилось чистым белым светом.
Не в силах оторваться от экрана, я во все глаза смотрела, как вдруг одновременно вспыхнули кристаллы на статуях. Три вспышки, оранжевая, синяя и пурпурная, были настолько яркими, что экран телекристалла на мгновение потемнел. А потом я увидела, как из камня магического посоха, из навершия меча воина и из кристалла скипетра короля вверх потянулись три светящиеся струи.
Я почувствовала, как мне не хватает воздуха.
— Ты чего? — спросил Винс, заметив мое состояние.
— Они объединяют три стихии в одну. Огонь, вода и воздух, Винс! Это же потрясающе!
Он слегка пожал плечами, не отрываясь, впрочем, от экрана:
— Наверное. Еще бы меч у воина заменить на более современный…
— Да ну тебя! — и я вновь впилась взглядом в происходящее на моих глазах чудо.
Искрящиеся разными цветами струи поднялись над статуями и сплелись между собой, словно в каком-то странном танце. Я видела, что три разные стихии, направляемые волей мага, поначалу отказались подчиняться. Вода пыталась загасить огонь, тот, в свою очередь, старался сжечь воздух. Ну а воздух изо всех сил испарял воду. И все это происходило так, словно три струи чистой энергии танцуют некий завораживающий танец.
Но воля главы Магистериума оказалась сильнее несоответствия стихий. И по извивающимся струям это было заметно. Они будто притирались друг к другу, привыкали, образуя между собой нечто новое.
Огромная корона, неуловимо менявшая свой цвет с темного на светлый и наоборот, медленно опускалась. Три камня сияли в ней: оранжевый, синий и пурпурный. И если поначалу я думала, что она опустится на голову статуи Дабарра, то, повнимательнее оценив ее размеры, поняла, что для одной головы она будет слишком велика.
Корона и не опустилась до конца. Нет, она зависла над головами всех трех статуй, медленно вращаясь. И несмотря на то, что никаких особых эффектов не было, она притягивала взгляд, являя собой настоящий символ единения всех трех составляющих королевства.
— Осмелюсь сказать, что идея этой композиции близка к идеальной, на мой взгляд, — неожиданно сказал Барристан. — Однако у меня есть один вопрос. Где во всей этой композиции, так сказать, народ? Простые граждане…
В это время парящий видокристалл подлетел ближе, давая возможность нам рассмотреть корону во всей красе. И я заметила, что ее структура разительно отличается от всех трех статуй. Если те, хоть и были созданы из трех стихий, имели вид надежный и все-таки плотный, каменный, то корона была совсем не из камня. А…
— Винс… — тихо сказала я.
Он перевел взгляд на меня и, засунув руку за пазуху, достал оттуда небольшой обломок, который мы нашли на вершине Диканара.

Глава 20

— Может, мы ошибаемся, Винс? — ошеломленно спросила я. — Мы же трансляцию смотрим, а не лично там присутствуем.
Но Винс отмел мои жалкие попытки одной фразой:
— Сразу двоим показалось, да? Я пока еще верю своим глазам. И то, что я увидел, мне совершенно не нравится. Надо связаться с Айрондом…
Он не договорил, да и я не успела ничего сказать, потому что на экране телекристалла начало происходить нечто странное. И страшное.
Корона из странного кристаллического дерева начала вращаться все быстрее и быстрее. И раздавшиеся поначалу в толпе радостные крики совсем скоро переросли в удивленные восклицания.
— Мик! Мик, что происходит на площади?! — зазвучал встревоженный голос ведущей, и в углу экрана появилось изображение репортера, который стоял, задрав голову.
Словно опомнившись, он посмотрел прямо в камеру и попытался улыбнуться. Попытка получилась жалкой. Судя по тому, как развевались его волосы, на площади поднялся настоящий ураган. Крики людей становились все громче.
— Студия! Донна?! Очень плохо слышно! Что-то с кристаллом связи. Я в эфире?
— Мик, мы слышим тебя! — повысила голос ведущая. — Что там происходит?
— Я не могу понять! Судя по тому, как ведут себя маги, это не входило в планы!
Экран показал нам стоявших на вершине пирамиды людей. Показал мельком, но я успела заметить, что выглядят они весьма растерянно. Затем видокристалл вновь продемонстрировал вращающуюся корону, которая от скорости вращения теперь выглядела как размытый темный обруч.
И когда прямо из нее ударил темный столб клубящегося дыма, я поняла, что подсознательно была готова к этому.
Столб поднялся вертикально вверх, пронизываемый сетками фиолетовых молний, и словно растекся по небу, скрывая солнце безумствующим мраком. И тут же откуда-то из-за домов, из разных мест города в небо вонзились похожие копья бурлящей тьмы.
— Мик! Мик! Ответь нам! — уже кричала ведущая, но репортер не выходил на связь.
Зато другой видокристалл показал нам, как люди стараются побыстрее убраться с площади. Кто-то падал и рисковал быть затоптанным толпой, которую охватила паника.
Но несмотря на угрозу всеобщей давки, меня волновало не это. И, словно отвечая моему желанию, на экране телекристалла вновь возникло бурлящее небо. Три дымных столба, которые вырастали где-то далеко от площади, изогнулись, перестав быть вертикальными, и соединились на огромной высоте с тем, что поднимался из короны. Прямо на глазах, высоко над площадью начала формироваться пульсирующая мраком громадная капля.
Видокристалл мельком показал стоящих на вершине пирамиды людей, и я успела заметить ошеломление и страх на лице старого архитектора. А вот верховный маг, мэтр Вендель, судя по всему, не боялся. Однако картинка вновь сместилась, и я не успела разобрать выражение его лица.
Гигантская, размером с пару городских кварталов, капля тьмы словно сорвалась с чего-то невидимого и понеслась вниз. Крики на площади, хотя это казалось невозможным, стали еще громче, и я трусливо порадовалась, что мне не показывают происходящее в людской толпе.
Но внезапно падение капли замедлилось, и она начала менять свою форму, на глазах превращаясь в подобие гигантской стрелы, которая медленно прокрутилась и остановилась, указывая на…
— Винс… — выдавила я. — Кориниум…
Стрела сорвалась, словно выпущенная из лука, и, дымной струей прочертив потемневшее небо, ударила в жемчужно-светящийся защитный купол Кориниума.
Звук, который раздался в момент столкновения, больше всего напоминал звук порвавшейся струны, только усиленный в сотни раз. От вибрации все, кто стоял на вершине пирамиды, повалились, не в силах устоять на ногах. А за их спинами по защитному полю зазмеились фиолетовые трещины. Они начали расползаться по магическому куполу, двигаясь не слишком быстро, но неотвратимо «сжирая» на своем пути жемчужное свечение.
Кадры на экране замелькали, переключаясь с видокристалла на видокристалл, а сам экран пошел полосами, словно все магическое оборудование сошло с ума. Когда картинка показала нам происходящее на вершине пирамиды, я прикусила губу.
Образ Дабарра исчез. Лорды метались в панике, думая лишь о том, как оказаться как можно дальше от всего происходящего.
Я увидела, как старый архитектор, явно не понимая, что происходит, в панике начал отступать от края пирамиды, а глава Магистериума, умудрившийся остаться на ногах, сделал шаг к нему. На его лице была написана мрачная решимость.
— Я этого не планировал! — отчаянный крик Батистуды смог прорваться сквозь шум. Словно поняв, что сейчас произойдет, старик попытался миновать мэтра Венделя, метнувшись влево, но старые ноги подвели. Не имея под рукой трости, он споткнулся и упал.
— Айронд! Айронд, ответь, демоны тебя побери!!! — заорал Винс, активировав кристалл связи. — Айронд!!! Гребаная связь!
Верховный маг что-то неслышно прокричал, поднимая правую руку. Сжатый кулак мэтра окутался огнем, который он швырнул в сторону Батистуды, только-только поднявшемуся на одно колено. Но вместо того чтобы прожечь в старом архитекторе дыру, шар огня полетел куда-то в сторону. Магические искажения были слишком сильны.
— Винс! — наконец раздавшийся голос Айронда прерывался и был едва различим среди помех. — Что… Я… Винс, с вами все в…
— Айронд, это Вендель! — закричала я во весь голос. — Он хочет убить Батистуду!
— Что? Я не по… Гло…
— Вендель!!!
Вопль Винса смог пробиться через помехи, так как я увидела, что Айронд обернулся и нашел взглядом верховного мага Тот как раз в этот момент попытался сделать еще одну попытку поразить архитектора огнем.
— Он убирает единственного свидетеля, который сможет все рассказать! — крикнул Винс.
Неизвестно, услышал его Айронд или нет, так как связь прервалась окончательно. Как и трансляция. Последнее, что я успела увидеть, как Айронд прыжком бросается к Венделю и изо всех сил толкает того с вершины пирамиды вниз.
Винс бросил взгляд на экран телекристалла, по которому тоже шли только помехи, и рывком поднялся из-за стола.
— Я в Кориниум! — рявкнул он. — Глория, Барристан, вы остаетесь дома.
— Нет, Винс! — воскликнула я, только сейчас обратив внимание, что на нас уставились все, кто сидел в «Варваре». — Вспомни! Три холма, три якоря. Они используют стелы Батистуды для направления заклинания. Нам надо к одной из стел! Может быть, получится ее уничтожить. Без этого в Кориниуме делать нечего, он разрушится как Астарон!
Решение Винс принял мгновенно:
— Тогда хватаем ситтер и, пока улицы не стали непроходимыми, едем.
— Я уверена, что знаю, где находится одна из них, — выпалила я. — Переделанный памятник, который мы проезжали на днях!
— Помню. Понял, — кивнул Винс и шагнул было в сторону выхода, но вынужден был остановиться, наткнувшись на поднявшегося Барристана.
— Лорд Винсент, я тоже еду с вами, — сказал дворецкий спокойным тоном.
Барристан не спрашивал, просто констатировал факт. И по его тону было понятно, что к стеле он отправится с нами или без нас.
— Барристан, будет лучше, если ты…
— Леди Глория, я имел честь быть посвященным лордом Айрондом в произошедшее в вашем замке, — оборвал меня тот. — И, судя по тому, чему я стал свидетелем сейчас, на Кориниум была организована атака, а ваш замок был лишь пробой сил. Я прав?
Я кивнула, всей кожей ощущая нетерпение вынужденного остановиться Винса.
— Отсюда я делаю логический вывод, что магия на территории Кориниума сейчас не работает. А если и работает, то совершенно не так, как полагается. Через сколько времени его защита падет окончательно? Я помню, как лорд Айронд рассказывал про свои безуспешные попытки поставить простейший портал и про то, как отказала его магия во время нападения на Астарон. Я окажусь полезней там. А вот вам, леди Глория, лучше было бы вернуться домой.
Я просто отрицательно качнула головой, решив, что сейчас нет времени рассказывать Барристану о своих занятиях темной магией. Спорить и уговаривать дворецкий, впрочем, не стал. Вместо этого повернулся к хозяину заведения и произнес:
— Уважаемый господин Остагир, не будете ли вы так любезны одолжить мне на время один из тех превосходных мечей, что вы показывали, демонстрируя свою коллекцию.
Тот задумчиво посмотрел на него, а затем перевел взгляд на меня.
— Я так понимаю, что в Кориниуме настолько серьезные проблемы, что азуре требуется помощь? — наконец произнес он.
— Потрясающая догадливость, — проворчал Винс, побледневший от напряжения и с нетерпением поглядывающий на ведущую к выходу лестницу.
— В таком случае… заведение закрыто! — громко произнес Остагир. — Сегодня все было за мой счет. Прошу всех покинуть помещение немедленно.
И в то время как немногочисленные ошеломленные гости устремились к дверям, он вышел из-за стойки и исчез в подсобке.
Винс не выдержал и тоже отправился на выход, бросив на ходу, что активирует ситтер, но долго ждать не будет.
Долго и не пришлось. Почти сразу хозяин таверны вернулся с недлинным, но изящным мечом в ножнах и протянул его коротко поклонившемуся Барристану. Однако удивило меня не это.
Из-за плеч Остагира торчали рукояти двух парных мечей.
На мой вопросительный взгляд он пояснил;
— Думаю, что окажусь полезным вам и азуре Айронду. Барристан — мой хороший друг и хороший клиент. Ну и… предоставляется хорошая возможность, чтобы обо мне узнал сам король. — Он усмехнулся. — Как говорят у нас на островах: чтобы продолжить путь, надо не сесть на камень для передышки, а отодвинуть его с дороги.
Я посмотрела на Барристана, ожидая его решения. Дворецкий, не мешкая, кивнул, крепко пожав руку хозяину «Рогов варвара».
— Уверен, что вашим умениям найдется применение, господин Остагир, — произнес он и первым направился к лестнице.
Мы быстро забрались в ситтер к сгорающему от нетерпения Винсу. Барристан, как самый высокий, уселся рядом с ним, а мы с Остагиром разместились на задних сиденьях.
— Какая необычная модель, — констатировал Барристан, разглядывая панель приборов и задержав взгляд на нововведениях мастерской Ругара.
Винс не ответил, резко тронув ситтер с места так, что нас всех на мгновение вжало в спинки сидений.
На огромной скорости мы пролетели мимо дома Айронда и свернули на широкий проспект, где, наплевав на правила, рванули по разделительной полосе.
Винс вел ситтер молча и сосредоточенно, а я, изо всех сил вцепившись в спинку переднего сиденья, пыталась вспомнить какую-нибудь молитву, которая не даст нам разбиться в лепешку. Вписываясь в повороты, Винс не сбрасывал скорость, так что периодически ситтер шел юзом, а пару раз мы снесли пару уличных урн и палатку, торговавшую фруктами. И только чудом можно объяснить то, что Винс не сшиб никого из людей. Хотя один патруль стражи, который в растерянности стоял на обочине, был к этому близок. Спасло стражников умение вовремя отпрыгивать от мчавшегося с бешеной скоростью ситтера.
Чем ближе мы подъезжали к стеле, тем больше хаоса становилось на улицах. Люди стремились как можно быстрее покинуть опасное место. Зато на торговой площади уже было пусто, а сама стела подтвердила мои худшие предположения.
Это действительно был якорь. Из ее вершины в темное небо бил вихрящийся столб тьмы, где вливался в основное заклинание. Вот только была проблема: стелу окружало магическое поле, видимое невооруженным глазом. Больше всего оно напоминало мыльный пузырь, внутри которого виднелся высокий вычурный столб.
Винст резко затормозил, разворачивая ситтер.
— Оставайтесь здесь! — приказала я не терпящим возражения тоном и выскочила наружу. Приблизившись к стеле на максимально возможное расстояние, я подобрала с дороги какой-то камень и швырнула в нее.
Никакой вспышки или иных визуальных эффектов не случилось. Камень просто испарился, соприкоснувшись с «мыльным пузырем».
Я ожидала нечто подобное, поэтому не удивилась. Закрыв глаза, я постаралась вызвать в себе то самое ощущение пузырьков в крови, как во время самостоятельных занятий в Астароне. И кровь вскипела! Причем это были совсем не пузырьки! Сейчас темная энергия во мне буквально бурлила, словно чувствуя рядом нечто, имеющее родственную природу, и изо всех сил старалась выплеснуться наружу. Меня словно продувало насквозь невидимым ветром, бьющим в спину с такой силой, что я едва не падала.
И тут же в голове сами собой возникли строчки из прочитанной еще в замке книги: «Встань левым плечом к потоку…» 
По-прежнему не открывая глаз, я слегка повернулась, выставив вперед плечо. И сразу же стало легче. Теперь незримый ветер темной энергии словно обтекал меня, а не проходил сквозь.
Разведя руки в стороны, я зачерпнула столько энергии, сколько могла, открыла глаза и ударила ветвистыми фиолетовыми молниями прямо в защитное поле!
В месте соприкосновения двух сил, имеющих одинаковую природу и разную цель, словно родилось маленькое солнце, ослепляя меня своим сиянием. Раздался грохот, и пузырь защиты исчез, разлетевшись темными чернильными струями.
Перед глазами запрыгали солнечные зайчики, а колени задрожали от перенапряжения. Но я собрала всю волю в кулак и вновь ударила своими молниями. Теперь уже прямо в стелу. И едва успела отпрыгнуть в сторону, когда они отразились от ее поверхности, прочертив огненные борозды в камнях мостовой и стенах домов.
Зеркальная защита?
Я поняла, что могу лупить по ней молниями хоть весь день, толку от этого не будет. Наверное, первый уровень защиты стоял на пути физического вмешательства, а второй — магического. А раз так…
Наверное, такая же мысль пришла не только мне.
Я обернулась на шум и увидела, что Барристан и Остагир уже вышли из ситтера.
— Глория! В сторону! — прокричал Винс в приоткрывшееся окно и резко отъехал, словно давая себе пространство для маневра.
Я отпрыгнула к Барристану. А Винс, разогнав движущий кристалл до предела, резко сорвался с места и понесся в сторону стелы.
— Винс!!! — заорала я в ужасе. — Ты сдурел?!!
На одно мгновение мне показалось, что он решил на полной скорости врезаться в стелу. Но Винс задумал не это.
Когда на огромной скорости из-под ситтера вылетела огромная цельно кованная стрела, я поняла его план. Гигантская стрела, толщиной с молодое дерево, с добавленным ускорением разогнавшегося ситтера, вонзилась в стелу, разметав заклинательное «зеркало» вдребезги.
Стела покачнулась, а столб клубящегося мрака дрогнул, на мгновение потеряв равновесие.
— Винс, молодец! — закричала я. — Снова моя очередь! Она сейчас ничем не защищена!
Во мне бурлила энергия, и я решила, что сейчас ударю не привычными молниями, а попробую создать настоящий таран. И пусть раньше я никогда не делала этого, чувство того, что я смогу, заполнило меня полностью.
Я глубоко вздохнула, сосредотачиваясь… И отлетела в сторону, когда Барристан толкнул меня плечом.
Раздался скрежещущий звук скрестившихся клинков. Я обернулась… и охнула.
Барристан стоял с обнаженным мечом в правой руке, закрывая меня своим телом Левая его рука безвольно повисла, на ее рукаве медленно проявлялось влажное пятно.
— Какой проворный дворецкий, — с невольным уважением произнес Остагир, закручивая оба своих меча в сверкающий вихрь. — Мне действительно нравилось беседовать с тобой, Барристан, хотя… Скажу тебе по секрету, фехтовальная школа Гринисты, которой ты так восхищаешься, откровенное дерьмо. Слава Великому Пауку!
И он, одним прыжком сократив между ними расстояние, с огромной скоростью атаковал Барристана.
— Глория, нет!!! — услышала я крик Винса, и мне потребовалась вся воля, чтобы не ударить в Остагира молниями. — Он нужен живым!
Винс на ходу выскочил из ситтера, который по инерции проехал еще немного и ткнулся в стену. Выхватив на ходу меч, он длинными прыжками понесся на помощь Барристану, которому приходилось туго. Дворецкий оказался великолепным фехтовальщиком, но с первого взгляда было понятно, что Остагир на голову выше его, и жить Барристану оставалось всего несколько секунд. Тем более что дворецкий еще и следил за тем, чтобы все время закрывать меня.
Отведя одним из клинков меч Барристана в сторону, другим Остагир коротким выпадом поразил дворецкого в бок. Но Барристан успел развернуться, хотя для этого ему и пришлось выпустить свой меч, но зато клинок Остагира, вместо того чтобы вонзиться ему под ребра, оставил за собой лишь длинную режущую рану.
Барристан на мгновение согнулся и по его лицу пробежала гримаса боли. Но затем он выпрямился и с самым равнодушным видом принял боевую стойку, явно решив противостоять клинкам Остагира исключительно с помощью рук. А я едва успела поставить магический щит, который и принял на себя сдвоенный удар. Один из клинков хозяина «Варвара» должен был разрубить Барристану лицо, а второй вонзиться мне в горло.
Все это произошло так быстро, что я даже удивилась, когда следующий двойной удар принял на себя не мой щит, а меч подоспевшего Винса, который одним сложным движением перехватил своим мечом оба клинка Острагира и отвел их в сторону, заставив того по инерции развернуться и отступить на пару шагов.
Барристан присел на одно колено, поморщившись, но сразу же поднялся, а потом взглянул на меня и произнес совершенно спокойным голосом:
— Леди Глория, не затруднит ли вас подать мой меч? Кажется, я имел неосторожность обронить его.
Между тем Винс стоял, закрывая нас и слегка покачивая мечом перед замершим в боевой стойке Остагиром.
— Ну и кто же ты такой, господин Остагир? — произнес он насмешливо.
— Мне жаль, что пришлось действовать именно так, — ответил тот, внимательно наблюдая за движениями Винса. — Признаться, мне стала нравиться роль хозяина заведения. Два года, надо же… Между прочим, я действительно сам варил эль. И «Рога варвара» остались бы моим заведением, после… — Он осекся.
— Ты кому-то докладывал все, о чем разговаривал с Барристаном? Особенно о делах Айронда, — понимающе протянул Винс, сделав вид, что не заметил последнюю фразу. — Неплохо, очень неплохо. Правда, сомневаюсь, что тот рассказывал слишком много. Не то воспитание.
— Правду сказать, он вообще ничего не говорил. Нужного, я имею в виду.
Оба клинка со свистом разрезали воздух. Один из них Винс, развернувшись на месте, пропустил мимо себя, а другой поймал на гарду меча и, подскочив к Остагиру, толкнул его плечом в грудь, заставляя потерять равновесие.
— Военная академия? — понимающе спросил тот, вновь поднимая свои мечи. — Неплохо…
— Ты даже не представляешь насколько, — резко выдохнул Винс и моментально бросился в атаку.
Он двигался очень быстро, успевая и парировать оба меча Остагира и атаковать, заставляя того отступать все дальше и дальше. Спокойствие начало изменять хозяину «Варвара», особенно когда он осознал, что я по-прежнему невредима, рядом со мной застыл Барристан хоть и раненый, но уже с мечом в руках, а Винс явно одерживает верх. Остагир понял, что Винсент вполне мог уже закончить бой, но стремился в первую очередь обезоружить его, а не поразить насмерть.
Яростно закричав, Остагир бросился в очередную атаку, которая оказалась ложной. Ужом скользнув мимо Винса, он прыгнул к нам, одним клинком блокируя встречный удар Барристана, а другим замахиваясь на меня.
Однако ударить не успел. Винс, видя, что не успевает, развернулся и изо всех сил обеими руками метнул меч из-за головы. Тот с хрустом вонзился спину Остагира, высунув из груди окровавленное острие. А затем Барристан, отведя вражеский клинок в сторону, ударил сверху, разрубая хозяину «Рогов варвара» лицо надвое.
Мертвый, тот повалился, заливая кровью камни. Винс с досадой выругался.
— Живым он нужен был!!! Барристан, ну как так-то?!
— Ваш меч пробил ему грудь, лорд Винсент, но он еще мог ударить, — невозмутимо ответил дворецкий. — Мне ничего не оставалось делать. Прошу прощения.
Просящий прощения Барристан — это было столь незнакомое зрелище, что Винс сразу успокоился и деловито повернулся ко мне.
— Сделаешь с этим что-нибудь? — Он кивком указал на магическую стелу.
— Я попробую…
— Не надо пробовать, Глория! — жестко оборвал он. — Надо сделать.
Я поежилась, но все-таки кивнула. Мы помогли Барристану добраться до ситтера и полулечь на заднем сиденье, после чего я вернулась к стеле. Стараясь не смотреть на распростертого Острагира, вновь закрыла глаза и сосредоточилась.
Темной энергии было так много, что магический таран, который я инстинктивно сформировала и которым ударила в основание стелы, заставил ту затрещать и взорваться в месте удара пылью и какими-то камнями, больше напоминающими кристаллы.
Второй удар — и раздался громкий хруст ломающегося дерева и перетираемых камней. Я ощутила, что руки начинают дрожать, а сердце бьется так, что, казалось, готово выскочить из груди. На лбу выступила испарина, а во рту, наоборот, стало сухо. Кулон на груди налился тревожным жаром.
Третий удар…
— Осторожней!
Услышав вопль Винса, я с трудом открыла глаза, повернулась на слабеющих ногах и увидела, как тот мчится ко мне. В то же время стела затрещала еще сильнее и начала медленно заваливаться. Клубящийся столб, исходящий из ее вершины, исчез.
А в следующий миг Винс подхватил меня и бросился обратно к ситтеру.
— Мо-мо-мог бы и на-на-на ру-руках отне-нести, — выдохнула я, чувствуя, как при каждом шаге плечо Винса врезается мне в живот. — А не так вот! Уй! — Я стукнулась головой, когда он практически забросил меня на заднее сиденье к Барристану.
— Айронд пусть тебя на руках носит, а мне некогда! — бросил Винс и, едва заскочив в ситтер, дал задний ход.
Резкий разворот — и меня вновь вдавило в спинку. И мы помчались вперед, оставляя позади рушащуюся стелу, чьи глыбы обломков падали туда, где еще несколько секунд назад стоял наш ситтер.

Глава 21

Вопрос о том, чтобы оставить меня и Барристана в доме, отпал как-то сам собой. Впрочем, нет, насчет Барристана Винс поначалу не был уверен. Однако дворецкий хотя и не показывал вида, совершенно точно чувствовал свою вину за Остагира. Ведь именно он отрекомендовал его нам, согласился взять с собой, да еще и едва не дал убить меня.
Так что я понимала Барристана, когда он, немного бледный от боли, заявил, что если мы захотим его высадить, то из ситтера нам придется вытаскивать его силой. Сказал он это в своей манере — спокойно и негромко, извинившись в конце, что создает нам такие неудобства.
Ну и сейчас Винс мчал с огромной скоростью в сторону Кориниума, а я, ругаясь на особенно крутых поворотах, перевязывала Барристану бок. С рукой он справился сам, оторвав окровавленный рукав рубашки и крепко перетянув рану.
К счастью, резаная рана в боку оказалась не слишком глубокой, так что я, оторвав второй рукав, сделала из него некое подобие тампона, который и примотала к ране.
— Прекрасная работа, леди Глория, — прокомментировал мои труды дворецкий. — Мне очень жаль, что вам пришлось этим заниматься.
— Все хорошо, Барристан. Это я должна благодарить тебя за спасение.
— Трудно это признавать, леди Глория, но я, кажется, немного постарел. Думаю, что лет десять назад этого безумца не спасли бы ни его два клинка, ни чемпионские звания по фехтованию. И еще я думаю, что в ближайшем будущем возобновлю бег трусцой по утрам.
Винс, несмотря на то что целиком был поглощен дорогой, не удержался и насмешливо фыркнул. Но тут же замаскировал свое фыркание кашлем и даже ничего не сказал.
Барристан с подозрением покосился в его сторону и сел с идеально прямой спиной. Даже в рубашке с оторванными рукавами он смотрелся величественно. Настоящий дворецкий старой закалки.
Благоразумно объехав Дворцовую площадь по широкой дуге и маневрируя среди улочек, Винс довольно быстро довез нас до Кориниума. Перед дворцовым комплексом уже цепью разворачивались отряды городской стражи, но Винс успел проскочить между двумя смыкающимися линиями. Стражники лишь проводили взглядами обезумевший ситтер.
Я успела заметить, как один из магов направил в нашу сторону свой посох, явно намереваясь атаковать нарушителей боевым заклятием, но по какой-то причине молния, которая должна была вонзиться в экипаж и разрезать пополам, лишь пшикнула и рассыпалась роем искр на середине пути.
— Винс, магия почти не работает, — сказала я.
— Не удивлен. Все то же самое, что и в твоем замке, — откликнулся тот.
По дороге нас попытались перехватить еще несколько раз, но тоже отстали, когда мы въехали в Кориниум. И тут неожиданно наш ситтер вздрогнул, вильнул в сторону, резко дернулся… А потом рабочий кристалл со слабым жужжанием отключился, и мы со всей скоростью рухнули на землю. Экипаж по инерции протащило вперед шагов на двадцать, закрутило, а нас в этот момент нещадно трясло и болтало. От страха и неожиданности я даже завизжать не смогла.
Когда мы наконец остановились и выбрались из покореженного экипажа, я оглянулась и увидела длинную перепаханную борозду, сделанную ситтером.
— Все целы? — хрипло спросил Винс.
— Со мной все нормально, — с трудом разлепила я губы. — Пожалуй, попрошу Айронда купить мне дилижанс и поставлю свечу Единому в храме.
— Со мной тоже все в порядке, — констатировал Барристан, как всегда, прекрасно владея собственным голосом. Складывалось такое ощущение, что следующей фразой он предложит нам чай.
Только сейчас я с ужасом увидела, что тот Кориниум, который я знала, перестал быть таковым.
Почти все здания были оплавлены, словно горел сам камень. По территории дворцового комплекса носились обезумевшие люди, среди которых одинаково паниковали и дворяне, и прислуга.
Ну и то, что к нам со всех ног мчался отряд королевских гвардейцев во главе с лейтенантом, оптимизма не прибавляло.
Не сговариваясь, мы со всех ног рванули прочь. Вид вытаскиваемых на ходу мечей и поднимаемых арбалетов придал нам дополнительное ускорение. Несмотря на то что с гвардейцами бежали четверо молодых магов, колдовать они даже не пытались.
— Туда! — рявкнул Винс и первым ломанулся сквозь невысокие кусты, а как только те на мгновение закрыли нас от погони, резко свернул в сторону какого-то высокого павильона. Выпущенные вслепую арбалетные болты пролетели мимо.
Гвардейцы уже пробирались через кусты, и следующий их залп мог стать для нас фатальным. Я буквально спиной ощущала направленные в нашу сторону злые наконечники, выточенные таким образом, чтобы их нельзя было вырвать из раны.
Неожиданно для себя я резко остановилась и обернулась. Неожиданностью это оказалось и для наших преследователей, которые незамедлительно дали второй залп.
Щит темной магии закрыл меня от стрел, сжигая их в полете. Гвардейцы, увидев это, начали притормаживать. Маги, которые были с ними, уставились на меня во все глаза. Еще бы, их-то магия работала совсем не так, как должна.
Едва сдержавшись, чтобы не показать им язык, я рванула догонять Винса с Барристаном. А Винс на ходу приложил к губам кристалл связи и взвыл:
— Айронд! Отвечай, азура долбаный! Нас тут сейчас на лоскуты порежут!
— Винс… Где… Что там… — раздался голос Айронда и Винс радостно заорал в ответ:
— Мы около Писарского павильона! Сейчас будем оббегать его вокруг!
— За… Зачем? Ты слышишь меня? Зачем?!
— Потому что иначе нас грохнут!!!
Связь оборвалась, и Винс выругался, на ходу вытаскивая меч, однако его кристалл вновь ожил:
— …На ме… Я понял, где… Сейчас… — и вновь обрыв.
Мы побежали вокруг оплавленного павильона и обнаружили, что к гвардейцам подошла подмога. Еще один отрад стражников мчался нам наперерез.
— Вот и спасай их после этого! — хрипло сказал Винс.
Внезапно Барристан остановился и тоже вытащил меч.
— Бегите, леди Глория. Я их задержу.
— Надолго?! — развернулся к нему Винсент. — До первой стрелы?
Я тоже остановилась, глядя на приближающихся воинов.
— Ну, какое-то время я смогу держать над нами щит…
— Со всех сторон? — скептически осведомился Винс.
Воины не стали приближаться и пытаться нас задержать. Нет, они просто дали еще один дружный залп. С двух сторон.
И пока я в растерянности гадала, с какой стороны выставить щит, резкий порыв ветра сбил стрелы в воздухе.
— Стоять!!! Я приказываю всем оставаться на местах!
Это был Айронд, который мчался к нам со всех ног.
— В последний момент. Эффектно, ничего не скажешь… — устало пробормотал Винс.
Я с тревогой посмотрела на Барристана, но, к моему удивлению, дворецкий, несмотря на рану и проступившую сквозь повязки кровь, дышал гораздо легче меня.
— Разойтись! — на бегу рявкнул Айронд на лейтенанта королевских гвардейцев. — Это мои брат и жена. И вы едва не лишили их жизни, идиоты!
Лейтенант в ответ пожал плечами:
— Мы выполняли приказ, лорд азура. Ваш приказ. Он звучал совершенно ясно: никого в Кориниум не допускать. В случае необходимости применять силу, вплоть до уничтожения вторгшихся. А вон тот мощный старик с мечом и оторванными рукавами совсем не внушает доверия.
— Это мой дворецкий, — отрезал Айронд, уже приближаясь к нам.
— Мощный — это хорошо. Старик — это плохо, — едва слышно пробормотал Барристан и тут же выпрямился, убирая меч в ножны. — Лорд Айронд, добрый день. Вы прибыли необычайно вовремя. Прошу прощения за свой неподобающий вид.
— Что вы здесь делаете? — вместо ответа бросил Айронд.
— И это вместо «спасибо вам, спасители отечества», — мрачно протянул Винс.
Айронд внимательно оглядел нашу дружную компанию, словно только сейчас осознав, в каком мы виде.
— Идем. По пути расскажете, — произнес он гораздо мягче и крепко обнял меня.
Выслушав нас, он коротко сообщил и свою версию событий:
— Я почти ничего не слышал по кристаллу связи. Магия словно сошла с ума. Но имя мэтра Венделя разобрать успел. Благодаря вам Батистуда остался жив, хотя с тех пор непрерывно дрожит и бормочет, что он все это не планировал. Сам мэтр Вендель, кстати, тоже жив, хотя и переломан изрядно. Он сейчас где-то у Рошаля. Неизвестно, придет ли в сознание. Надеемся, что он протянет до того момента, пока магия вновь не заработает как надо. Умудрился замедлить падение, когда я столкнул его вниз. Если бы магия работала как надо, так и вообще обошелся бы без травм. А теперь и не допросить.
— Великая сила — телетрансляция, — пробормотал Винс. — Судя по тому, как ты мчался к нам, порталы тоже не работают.
Айронд поморщился:
— Работают. Только выкинуть могут в совершенно разных местах. Кстати, мы так потеряли одного из магов Магистериума. Портал-то он открыл, только выбросило его высоко над океаном. Утонул или разбился о поверхность воды.
— Айронд, все как у меня в Астароне…
— Это я уже понял, — кивнул он. — На твоем замке они репетировали. Оттачивали взаимодействие. Когда здесь начал плавиться камень, я уж решил, что на этот раз Паук достиг своей цели. Магия не работает, король не может отсиживаться в своих покоях и вынужден бежать из дворца… В общем, тут творилась полная неразбериха. К счастью, разрушив стелу как один из корректирующих якорей, вы спасли ситуацию и Дабарра. Снова. Гвардейцы смогли перехватить пятерых убийц, одетых в форму слуг. К сожалению, живыми взять никого не удалось.
— А вторая стела? — спросила я. — И корона эта над статуями… Она еще там, я видела.
— С этим теперь разберемся, благо безумство магических потоков идет на спад. Хотя и медленно.
— А сейчас мы куда? — подал голос Винс. — Нам вон Барристана лечить надо. Он хоть и могучий старик, но все-таки не железный и слишком для нас ценен.
— Я благодарю вас, лорд Винсент, за заботу о моем здоровье, но предпочту впредь заботиться о нем сам, — холодно отозвался дворецкий.
— Сейчас мы идем к его величеству, — ответил Айронд. — Король находится в Летнем дворце. Сейчас это самое охраняемое место во всей Лирании.
И он не преувеличивал.
Дворец охранялся пятью цепями гвардейцев, которые ощетинились во все стороны мечами и заряженными арбалетами. Плюс, откуда-то из арсеналов были вытащены ручные мортирки, давным-давно пылившиеся без дела, и несколько пушек.
Гвардейские маги, чувствуя себя в данный момент бесполезными, срывали свою злость на всех, кто пытался попасть во дворец.
К счастью, нас это миновало. Айронд коротко посмотрел на подскочившего к нам мага, и тот сразу же отступил в сторону, сделав вид, что просто проходил мимо.
Башни Летнего дворца тоже оплавились, но внутреннее убранство почти не пострадало. Разве что на стенах не висели гобелены, а под ногами вместо ковров были только жженые ошметки. Пахло гарью. Лишь покои короля, куда мы вошли, благоухали какими-то ароматами. Светокристаллы не работали, но света, который проникал в окна, было достаточно, да еще и подсвечники с толстыми свечами стояли уже наготове.
Небольшой зал также охранялся гвардейцами в полном вооружении. Помимо короля здесь находилось еще семь человек. И все они представляли власть в Лирании. Кроме разве что неизвестно как оказавшегося здесь господина Волода Солвея, который сидел в углу рядом с господином Батистудой. Старый архитектор действительно выглядел неважно. Потрясение оказалось для него слишком большим. Солвей негромко задавал ему какие-то вопросы, явно рассчитывая на потрясающий эксклюзив, но тот не отвечал.
Ну и помимо этой пары тут был королевский казначей, глава армейского штаба, верховный судья, председатель палаты лордов и барон Рошаль.
За большим столом сидел сам Дабарр, то и дело подливавший себе в кубок вина из большого кувшина. Никого из слуг сюда не допускали.
При нашем появлении все разговоры стихли, и король поднял на нас взгляд. Он нахмурился, но, повнимательней рассмотрев наш вид, смягчился.
— И почему я не удивляюсь, увидев здесь именно вас? — спросил он и надолго припал к кубку.
— Ваше величество, мы рады видеть вас в добром здравии. И в безопасности, — нашла в себе силы ответить я.
Король кивнул, дав понять, что услышал.
— Как я понимаю, вы, леди Глория, и вы, лорд Винсент, вновь оказались в нужное время, в нужном месте, раз лорд Айронд решил привести вас сюда? — вкрадчиво спросил барон Рошаль.
— Смею надеяться, что именно так все и случилось, барон, — отозвался Винс. — И я с удовольствием расскажу вам, что мы сделали. Только в горле у меня настоящая пустыня.
При этих словах Дабарр вновь посмотрел на него и приветственно поднял кубок.
— Эй, кто-нибудь! — зычно рявкнул он. — Налить вина лорду Винсенту! А то собрались тут… Трезвенники… Ни хрена без меня сделать не могут…
Со своего места тут же подскочил Солвей и метнулся к большому шкафу, где за стеклянными дверцами виднелась целая батарея кубков и кружек.
Вытащив два кубка, он, едва ли не на цыпочках и беспрерывно кланяясь, подошел к Дабарру.
Король кивнул на кувшин:
— Наливай давай… Стоп! А почему у тебя два кубка? Или это у меня в глазах двоится? Так вроде рано еще…
— Я… я смел надеяться… — залепетал Солвей, едва не опрокидывая кувшин. — Я смел надеться, что ваше величество разрешит и мне попробовать вашего великолепного вина, дабы я мог развлечь ваше величество светской беседой.
— Может, с тобой еще и чокнуться? — сварливо спросил Дабарр, но потом махнул рукой. — Ладно, наливай. Только потом спрячься в свой угол, чтоб я тебя не видел. И Батистуду угости. Он вон до сих пор в себя прийти не может.
Исполнив приказ, Солвей, никак не показывая разочарования, вновь уселся рядом с архитектором, а король посмотрел на Винса:
— Ну давай. Бери кубок и рассказывай.
Винсент шагнул к столу. И тут же между ним и королем встал Рошаль.
— Ваше величество, перед тем как лорд Винсент расскажет о своих приключениях, я вынужден сделать одну вещь. О которой я вам приватно уже докладывал. — Он изящно поклонился и обратился сразу ко всем. — Простите меня, господа. Вашу руку, лорд Винсент.
Винс, недоумевая, вытянул вперед руку, и Рошаль одним ловким движением замкнул на ней блокатор.
— Это что такое? — удивился Винс. — Зачем это?
— Затем, что пока мы не нашли виновного в столь масштабном покушении. И если ваш рассказ прольет свет на произошедшие события, я бы предпочел, чтобы здесь не было магии. А с любой иной силой вполне справятся королевские гвардейцы. Увы, его величество сейчас не доверяет никому. И в этом есть часть и моей вины тоже. — Он поднял руку, демонстрируя блокатор у себя на запястье. — Леди Глория?
Блокатор мягко защелкнулся на моей руке, и сразу же возникло ощущение, что у меня на мгновение заложило уши.
— Но магия и так почти не действует, — напомнила я, на что Рошаль только покачал головой:
— Сейчас не действует, а потом подействует. Да и мало ли у кого какие таланты. — И остро взглянул прямо мне в глаза.
Остальные лорды безмолвно дали Рошалю защелкнуть на себе браслеты блокаторов. Рошаль приблизился к Айронду и вопросительно посмотрел на него. Айронд взглянул на короля, словно не веря своим глазам. Но Дабарр не обращал никакого внимания на своего азуру, всецело поглощенный собственными мыслями и вином.
— Вы уверены, барон? — негромко спросил Айронд.
— Я уверен, лорд Айронд, — спокойно отозвался тот. — Я еще не знаю, что расскажет нам мэтр Вендель, когда очнется. Возможно, это прямым образом повлияет на причины, заставившие вас столкнуть его с пирамиды.
— Я вас понял, Рошаль. — И Айронд позволил защелкнуть на себе блокатор.
— Теперь я могу начать рассказ? — со злостью произнес Винсент. — А то вы, барон, нас так и в кандалы закуете. На всякий случай, так сказать. А история у меня преинтересная. И, думаю, она заставит вас извиниться передо мной и Глорией за нелепые подозрения.
— Я прошу рассказывать вашу историю, не подходя к королю, лорд Винсент. Как я вижу, у вас не забрали оружие, так что именно в этот момент на вас направлены четыре стрелы с разных направлений. Как и на уважаемого господина Барристана, про которого лично я слышал только хорошее. Если вам, господин Барристан, надоест служить в доме де Глернов, — обратился Рошаль к дворецкому, — лично я рад буду предоставить вам работу.
Барристан коротко поклонился, ничего не ответив.
Винс со злостью расстегнул пояс с мечом и бросил его на каменный пол.
— Достаточно безопасно, барон? — спросил он с едва скрываемой яростью.
— Вполне, — спокойно ответил Рошаль, делая знак кому-то за нашими спинами.
— Тогда, с вашего позволения, я наконец начну! — Винс повернулся к Дабарру. — Ваше величество, вы должны знать, что…
— Одну минуточку! — вновь прервал его барон Рошаль.
— Да чтоб тебя!.. — не сдержался Винсент, а король хохотнул, с явным удовольствием наблюдая за разыгравшейся сценой. — Мне надо снять штаны и показать, что больше оружия у меня нет?
— Кстати, есть, — мило улыбнулся барон. — Нож в левом сапоге. Но пусть его. Слишком долго доставать. — Он повернулся в сторону. — Господин Солвей, господин Батистуда, прошу вас подойти.
Солвей помог старому архитектору подняться и, поддерживая того за локоть, подвел к барону.
— Ваши руки, господа. Исключений тут быть не может, — сказал тот.
Архитектор вытянул дрожащую руку и безвольно уронил ее. Блокатор защелкнулся на запястье Солвея. Батистуда вновь протянул руку, и Рошаль поднес к ней браслет блокатора.
— Что такое? — не понял он, когда браслет, вместо того чтобы защелкнуться на запястье архитектора, упал на пол.
— Это, барон, один из простейших кистевых вывертов, — произнес Батистуда неожиданно спокойным и поразительно знакомым голосом. — Весьма полезный прием. Очень жаль… Ваши блокаторы здесь оказались совсем не кстати. Я прекрасно проводил время.
Старик-архитектор резко взмахнул рукой.
По залу прокатилась волна силы, которую я ощутила, несмотря на блокатор на запястье. Тяжелые двери захлопнулись с громким лязгом и на мгновение сверкнули темным, призрачным светом.
Снаружи предупреждающе закричал кто-то из гвардейцев и в дверь попытались ударить. Крик сменился на громкий стон боли.
— Защитное поле, — прокомментировал тот, кто еще недавно был стариком-архитектором. — Темная магия здесь прекрасно работает.
Батистуда выпрямился, сразу став выше ростом, морщины на его лице разгладились, а горб исчез под широким черным плащом, взлетевшим вверх, словно от резкого порыва ветра и затем мягко опустившимся на плечи…
— Хингар… Капитан Черных Клинков… — прошептала я.
Он коротко поклонился:
— Жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах, Глория. Видит Древо, я планировал совсем другое. — Он повернулся к Рошалю. — Отдаю вам должное, барон, ваша задумка с блокаторами оказалась той самой непредвиденной сложностью, которую невозможно предусмотреть.
В это время одновременно все пришло в движение. Лорды, наконец осознав мои слова про Черных Клинков, дружно бросились к противоположной стене. Безоружные, без магии, они прекрасно осознавали свое положение. Весьма незавидное, кстати.
Рошаль подскочил к Айронду и одним движением сорвал с него браслет. Муж резко вскинул руки в боевом жесте, но… но боевая молния лишь сверкнула и ушла по кривой куда-то в потолок.
— Искажения, — спокойно, даже с легкой ленцой прокомментировал Хингар. — Только темная магия в них относительно стабильна.
И, резко взмахнув рукой, ударил в Айронда сгустком черного пламени. Только чудом муж успел поставить слабый щит и отскочить в сторону, прежде чем тот испарился.
В то же время Винс рывком подхватил с пола свой пояс и, обнажив меч, прыжком достиг Дабарра, который, кажется, еще даже не сообразил, что тут происходит. А едва загородив короля, бросил в капитана Черных Клинков кинжал, отвлекая от следующего удара.
От кинжала Хингар увернулся с легкостью и обратил внимание на Винса.
— Прекрасная реакция, — усмехнулся он. — В другое время я бы, пожалуй, взял тебя на обучение. Хочешь, значит, бой на мечах? Что ж, почему бы и нет?
В его правой руке словно из воздуха появился меч с недлинным и узким клинком.
— Остагир оказался слишком самонадеянным, заверив меня, что полностью владеет ситуацией, — произнес он. — Его глупость, как я понимаю, была наказана?
— Еще как, — ответил Винс. — Он вообще оказался дерьмовым бойцом. Если все Клинки такие, то у меня для тебя плохие новости.
— Он не был Клинком, — покачал головой капитан. — Так, фанатик. Один из многих. Великое Древо ждет всех, и все мы лишь листва Его кроны.
— Листва, как же… — усмехнулся Винс, зорко следя за каждым движением капитана. — Кто-то листва. А кто-то — Паук. Заслать убийц не получилось, сам пришел, значит?
Капитан Хингар слегка прищурился.
— Вредно быть столь догадливым, Винсент. Теперь я вынужден убить вас всех, хотя мог бы обойтись одним королем. И начну, если никто не против, с него.
Одно неуловимое движение — и Волод Солвей, зажимая разрубленное горло, осел на пол. В его глазах застыло неверие. Потом он завалился на бок и замер.
Словно догадавшись, кто будет следующим, барон Рошаль с необычайной прытью отскочил подальше, опередив следующий удар капитана на одно неуловимое мгновение.
— Вы всегда нравились мне за догадливость, барон, — произнес Хингар и, заметив, как Айронд шагнул вперед, поморщился. — Ах, Айронд, брось. Без магии ты никто, а я упражнялся в воинском искусстве столько лет, что тебе и не снилось. Вот брат твой сейчас стал мне куда более интересен. Пожалуй, начну с него.
Только Винс не стал дожидаться и первым рванул к капитану в высоком прыжке. Фигуры бойцов сошлись в смертельном танце. Правда, уже через несколько мгновений я поняла, что шансов у Винса мало. Если они вообще были. Он вился вокруг капитана, стоящего практически неподвижно, атакуя из разных положений и используя различные приемы фехтования, но каждый раз его меч натыкался на клинок Хингара. Казалось, тот сражается даже лениво. Ни одного лишнего движения, ни одного неверного уклона. Каждый раз его клинок оказывался в нужном месте. И казалось, так может продолжаться долго. Но, увы, Хингар так не считал.
— Неплохо, но недостаточно быстро, — наконец сказал он, совершенно не запыхавшись, и атаковал.
Спасло Винса только то, что он споткнулся о тело лежащего Солвея и упал. Клинок капитана с шипением разрезал воздух в том месте, где только что была шея Винсента.
— Проклятый Солвей, — фыркнул Хингар. — Всегда меня бесил и даже сейчас, сдохнув, все равно мешается под ногами.
От отчаяния у меня выступили злые слезы. Но что я могла поделать без магии? Разве что кинуться к капитану и повиснуть на нем, надеясь на то, что Винс успеет сразить Клинка раньше, чем тот меня. Однако, глядя, с какой скоростью двигается Хингар, я отбросила эту идею как полностью самоубийственную. Он поймал бы меня на меч еще при приближении.
В бой, отвлекая внимание от Винса, вступил Айронд, выпустив еще одну молнию, поменьше. Более слабая, она оказалась более управляемая и практически достигла капитана Черных Клинков, но тот отмахнулся от нее как от назойливой мухи.
А затем, резко обойдя подскочившего Винса и одной рукой заблокировав его атаку, второй расчертил пылающий темным огнем символ и… огненный шар ударил в Дабарра, больше никем не прикрытого.
— Нет!
Под одновременный крик Рошаля и Айронда короля охватила мгновенная чернота. Раздался сиплый хрип, а потом обугленное тело Дабарра Пятого Лиранийского повалилось на пол.
Тут уж закричали остальные лорды. Кто-то в панике бросился к дверям и заколотил в них изо всей силы, но его почти сразу настиг очередной огненный шар Хингара. Миг — и на одно обугленное тело в зале стало больше. При этом капитан Черных Клинков все это время совершенно спокойно успевал отбиваться еще и от атак Винса!
Затем он повернулся к Айронду и произнес:
— Король умер. Но следующий король здравствовать не будет. Ни один из Глернов. Ваша очередь, лорд Айронд. Уж не обессудьте. Глория нужна мне живой. Вы — точно нет.
После чего, одним движением закрутив меч Винса, рывком отбросил того от себя, а другим замахнулся на Айронда.
А потом случилось сразу несколько событий. Вперед бросился Барристан, принимая на себя удар, предназначавшийся Айронду, а во мне словно вскипела вся кровь, что была, вышибая на одно короткое мгновение магический импульс такой силы, что блокатор на руке разлетелся вдребезги.
Я не составляла никакого заклинания. Я даже не успела ясно сформировать желаемое. Я только изо всех сил постаралась закрыть Айронда от меча капитана. И возникший прямо в воздухе перед оседающим Барристаном полупрозрачный магический щит принял на себя удар, предназначавшийся Айронду.
Однако Хингар успел ощутить проявление моего щита и подкрепил свой удар заклинанием, так что щит не смог отбить его меч, а лишь задержал его на одно неуловимое мгновение, прежде чем лопнуть.
Но этого мгновения хватило Винсенту, чтобы в прыжке рубануть капитана Черных Клинков по шее. И он попал! На излете за мечом летели капли крови.
Хингар неверяще обернулся к Винсу, застывшему в боевой позиции, покачнулся и сделал шаг. Но заблокировать следующий удар уже не смог. Клинок Винсента с хрустом вошел ему в грудь.
— Великое Древо… — прошептал Хингар, и меч выпал, из его рук, зазвенев о камни пола. — Тебе действительно везет, Ви…
Он не договорил, повалившись. Жизни в остекленевших глазах капитана Черных Клинков не было.
А потом исчезло и защитное поле. Двери распахнулись, и в небольшой зал ворвались королевские гвардейцы с оружием на изготовку. Все было кончено.
Кровь заливала пол зала. На этом полу лежали тела Волода Солвея, Барристана, неизвестного мне лорда, капитана Черных Клинков Хингара де Риона и… его величества Дабарра Пятого Лиранийского.
У страны не стало короля.
Однако об этом сейчас я думала меньше всего. Главное — Айронд был жив! И Винс. И…
Не сговариваясь, мы втроем бросились к Барристану, а в следующий миг Айронд выдохнул:
— Еще жив! Мне нужно срочно выбраться из зоны искажения! Винс, оставайся с Глорией!
И, подхватив дворецкого, рванул к выходу из зала.
В царившей вокруг всеобщей суматохе и панике, на это практически никто не обратил внимания.

Глава 22

Прошедшая ночь показалась мне такой долгой, что, казалось, она никогда не закончится.
Было много речей и суеты. У меня, в частности, состоялся весьма неприятный разговор с бароном Рошалем, который интересовался, как моя темная магия развилась настолько, что могла уничтожить его новейший артефакт, и зачем я так нужна Паукам. Причем этот разговор вполне мог закончиться заключением меня в недра Магистериума «на опыты и во избежание», если бы вернувшийся Айронд не пообещал барону великое множество неприятностей, в том числе оторвать ему голову и отправить в отставку. Рошаль отступился, но я была уверена, что наша беседа с ним далеко не закончена. К счастью, сейчас его занимали более важные дела: не допустить смуты после того, как станет известно о гибели Дабарра. Наследника-то король не оставил.
А потом моя помощь понадобилась в разрушении второй стелы и короны над статуей. Саму статую пока решили оставить, только днем сбить надпись на постаменте. Действительно, единение получилось так себе.
Винс также был занят, помогая страже поддерживать порядок. В результате все мы освободились лишь к утру и теперь сидели в покоях Айронда в Кориниуме и устало поглощали завтрак. Пресный, совсем не такой, какой обычно готовил Барристан.
В очередной раз вспомнив дворецкого, я сжала пальцы. По приказу Айронда ему выделили отдельную палату в Королевском военном госпитале и поставили неотлучную стражу. Рана дворецкого оказалась тяжелой, но, к счастью, не смертельной. Айронд успел вовремя. Но, даже несмотря на его заверения в том, что все будет хорошо, я все равно переживала.
Слишком высокой ценой мы заплатили за уничтожение второго Паука! При этом мы точно знали, что работал он не один, следовательно, где-то рядом могли находиться его Клинки. А значит, опасность еще не миновала.
— На твоем месте, Винс, я постаралась бы оказаться как можно дальше отсюда, — задумчиво пробормотала я. — Все уже знают, что Хингар пал от твоей руки. Значит, Клинки захотят отомстить.
Винсент пренебрежительно махнул рукой:
— Я не собираюсь прятаться, Глория. Ни от кого. От судьбы все равно не убежишь. Подумать только, Хингар оказался Пауком. А ведь он мне поначалу даже понравился…
— Маги сняли с него последние воспоминания, — поделился новостью Айронд. — И несмотря на то что картинки оказались обрывочными, его общий план получилось разгадать. Когда все кусочки мозаики сошлись, он оказался не слишком и сложен. Масштабен — да, но не сложен.
— Айронд, не томи, пожалуйста, — попросила я.
Он потер виски, собираясь с мыслями.
— Его величество, да примет Единый его душу, хотя и сдал в последнее время, но по-прежнему крепко держал власть в своих руках. Войска вовремя получали жалованье, налоги если не росли, то и не урезались. Динтару крепко врезали на границах, так что угроза внешнего вторжения тоже миновала…
— Но?
— Но тем, кого называют Пауками, спокойная жизнь явно не по нутру. И на этот раз они своего добились. Теперь Лирания вполне может повторить судьбу Гавиона, уничтоженного триста лет назад. Знаешь, как это произошло?
— Знаю. — Я кивнула. — Из-за того, что королевский повар так приготовил телячий бок, что у тамошнего короля случился заворот кишок. Он не оставил наследника, и началась грызня за власть. Все лорды разбежались по своим землям и изо всех сил демонстрировали самостоятельность.
— Именно, — подтвердил Айронд. — А потом пришел Динтар и вырезал их всех по одному. Так вот, Пауки хотели устроить нечто подобное. Подбирались к Дабарру как могли. Сначала косвенно, мешая ему заполучить наследника. Затем все ближе, ближе… пока их план не увенчался успехом. Я закрыл твой замок заклинаниями, схожими по структуре с теми, что защищают Кориниум. После успешной тренировки по их преодолению, Пауки решили действовать. Осталось только найти личность кандидата для попадания в высшее общество и таковым оказался архитектор.
— Кстати, а что насчет Батистуды? — спросила я. — Его убили?
— Скорее всего, — не стал отрицать Айронд. — Смысла оставлять его в живых у Хингара не было. Так что, думаю, настоящего архитектора мы уже никогда не увидим. Зато можно примерно определить время подмены.
— Как? — заинтересовался Винс.
— По поведению. И привычкам Хингар прекрасно сыграл свою роль, но во многом прокололся. Жаль, что это стало понятно только сейчас.
— Это в чем же?
Айронд на мгновение задумался и ответил;
— Батистуда, хотя многие и признают его гением, в жизни был достаточно неприятным типом. Нелюдимым и погруженным в себя. Рошаль уверен, что в столицу прибыл именно он. Получив королевское разрешение, Батистуда действительно занялся работой, не отвлекаясь ни на что больше. Но в какой-то момент, а именно месяц назад, его поведение слегка изменилось. Он перестал заниматься благоустройством улиц и домов, перестал брать частные заказы. Вместо этого старик много ходил по городу и тщательно что-то мерил, объясняя это тем, что разрабатывает какую-то новую концепцию. На самом деле, как теперь ясно, он рассчитывал необходимые для финального заклинания величины и устанавливал в ключевых точках те самые злополучные стелы. Ну а саму идею финальной статуи Хингар, судя по всему, вытащил из мозга настоящего Батистуды. Ему ничего не оставалось делать, кроме как играть роль архитектора до конца, ведь к тому времени король никого не удостаивал аудиенции. Так что другого способа подобраться к Дабарру не было. Но Хингар, хоть и сильный маг, все же не архитектор. Так что сам себя выдал.
— Так, получается, верховный маг его разгадал?
Айронд кивнул:
— Да. Когда мэтр Вендель пришел в сознание, мы с Рошалем тут же прибежали к нему в палату. Мэтр, конечно, сказал мне много… гм… всякого, — он на мгновение запнулся, — но потом все же объяснил, что произошло. Когда корона повела себя не так, как задумывалось, на одно мгновение капитан Хингар потерял над собой контроль, восхитившись собственным творением. И мэтр Вендель успел уловить это в его мыслях. Когда мэтр понял, что архитектор не тот, за кого себя выдает, он попытался связать лже-Батистуду заклятием, но магия уже сбоила и ничего не вышло. Тогда он решил подойти ближе для лучшей настройки, но…
— Но тут вмешались мы, — с досадой заключила я.
— Думаю, что шансов у мэтра Венделя все равно не было, — отметил Винс и широко зевнул. — Готов поспорить, что маг внезапно поскользнулся бы, или у него закружилась бы голова, или… Да мало ли что мог с ним сотворить воин такого уровня, как Хингар. И никто ничего не заметил бы. Так что мэтру сама судьба нагадала свалиться с вершины пирамиды. К счастью, он уцелел.
— Думаю, что это покушение войдет в историю, как самое масштабное, — сказала я. — Но что же теперь будет?
— А вот на этот вопрос позвольте ответить мне, — внезапно раздался голос от входных дверей.
Барон Рошаль стоял на пороге и разглядывал нас троих из-под нахмуренных бровей. Впрочем, лично я отвечала ему тем же. После недавнего разговора видеть Рошаля мне вообще не хотелось.
Увы, выбора не было.
— Прошу вас, барон, — произнес Айронд, мгновенно приняв отстраненный вид. — Располагайтесь.
Рошаль кивнул, обернулся, чтобы рявкнуть на кого-то невидимого в коридоре, и закрыл за собой дверь.
— Совсем ополоумели, сопляки, — проворчал он. — Только при дворе появились, а туда же, с места в карьер.
Пройдя мимо меня, Рошаль уселся в свободное кресло.
— Отвечая на ваш вопрос, Глория, скажу, что будет грызня, — мрачно сообщил он. — До церемонии погребения Дабарра власть в Лирании взял на себя Верховный совет лордов, но это продлится лишь неделю. Поэтому сейчас все высшее дворянство озабочено одним — кого признает родовой камень. Ну а кое-кто уже сделал все необходимые выводы. Кстати, — он обратился к Винсу, — лично вы не заметили ничего странного вчера днем?
Тот удивленно посмотрел на него:
— К чему вы клоните, барон? Если к тому, что за эту ночь я получил почти полсотни приглашений в самые разные дворянские дома и мне назначили почти с два десятка свиданий, то что в том такого? — Винс тряхнул головой.
— Действительно, что? — Рошаль усмехнулся, а затем вкрадчиво уточнил: — С чем вы связываете столь возросшую популярность?
— Как это с чем? — Винс довольно улыбнулся. — Я ж все-таки убийцу Дабарра завалил. Страна чтит своего героя.
— Стране насрать на своего героя, — жестко оборвал его барон. — Дело в том, лорд Винсент, что о вашем отречении от фамилии пока никому не известно. И сейчас именно вас считают первым претендентом на престол.
У Винса округлились глаза. Он набрал в грудь воздуха, но барон не дал праведному возмущению выплеснуться наружу, сказав:
— В связи с этим у меня к вам деловое предложение. Давайте вы все-таки немного побудете этим самым претендентом.
— Иди. В. Пень, — четко выговорил Винс, откидываясь на спинку кресла.
Услышав такое обращение, Рошаль слегка побледнел, но сдержался, бросив взгляд на Айронда.
— Винсент, в словах барона есть резон… — начал было тот, но Винс торжествующе хлопнул в ладоши:
— Я так и знал! И давно вы это придумали?
— Сегодня ночью, — спокойно ответил Айронд. — И, поверь, я был последним из тех, кто видит в тебе короля. Но даже я признаю, что на данный момент это лучшее решение.
— И ты иди в пень, — ответил ему Винс и посмотрел на меня: — Ты тоже с ними, Глория?
Я беспомощно переводила взгляд с одного на другого.
— Винс… я не знаю. Может, и правда…
— Я понял, — оборвал он меня. — Про пень ты уже слышала.
И тут Рошаль не выдержал.
— Да ты понимаешь, что сейчас начнется, упрямый мальчишка?! — рявкнул он. — Так я тебе скажу — смута! Прямого наследника нет! Представляешь, как дворяне начнут друг другу глотки грызть?! А там еще и динтарцы напасть могут! Так от Лирании уже через месяц ничего не останется! И все потому, что ты отказался послужить на благо королевства, пока мы не найдем претендента на трон!
Выпалив все это, Рошаль резко выдохнул и замолк. В покоях воцарилось тяжелое молчание. Мы все старались не встречаться взглядами.
Однако, когда стало совсем невыносимо, Винсент подал голос:
— Освобождение моего сыскного бюро от налогов. Пожизненно. Это первое. Второе — свободный допуск куда угодно. Если проще, то звание агента Тайной стражи. Тоже пожизненно. Третье… третье я еще не придумал. Но придумаю, мать вашу, обязательно.
— Принимается! — тотчас утвердил Рошаль, мигом оживившись. — А пока все будут гадать, действительно ли на троне окажется Винсент Первый, мы тихо и спокойно подберем подходящую кандидатуру.
— И сколько это продлится? — уточнил Винс.
— Думаю, управимся за пару недель. — Барон перешел на деловой тон. — Сначала будет подготовка к похоронам короля, потом подготовка к коронации. Как раз выиграем нужное нам время. А на коронацию приведем кого надо. Заодно и кандидат не подвергнется опасности, до последнего момента оставаясь в тени. А то сейчас шпионов и убийц вокруг прибавится. Клятвы верности-то некому давать пока. В общем, лорд Винсент, отечество вас не забудет.
Тот только хмыкнул. Сообщение о вероятных убийцах по его душу Винса, кажется, только развеселило.
А вот меня — напротив. И, кстати…
— Но что будет с родовым камнем? По традиции он ведь должен признать короля, — вспомнила я. — А если он не одобрит ваш выбор?
— Значит, его просто разобьют и выкинут в океан, — цинично ответил вместо барона Винс. — Когда дело касается власти, ты не поверишь, сколько найдется людей, готовых попрать любые традиции. А скорее всего, так и будет, недаром это именно родовой  камень. Он абы кого признавать не будет. Кроме нас с Айрондом даже не знаю, у кого еще есть хоть какие-то шансы.
— Есть пара фамилий. — Рошаль снова нахмурился. — Родство с королевской династией там, конечно, более дальнее, но… посмотрим. Разберемся. Главное, благодаря вам, лорд Винсент, у нас появилось время. Вы в очередной раз продемонстрировали, что судьба Лирании для вас не пустой звук.
— Я вообще очень трепетно отношусь к своему  имуществу, — с усмешкой ответил ему Винс.
— Вот и славно. — Барон кивнул. — В таком случае будьте любезны пойти со мной. Необходимо обсудить детали вашего поведения на ближайшие две недели. И скоро собирается совет лордов. Вы должны на нем присутствовать.
Винс как-то разом скис.
— А это обязательно? На кой демон мне совет? Вон, пусть Айронд лучше сходит…
— Вопросы, которые будут там обсуждаться, не касаются безопасности королевства, — отметил Рошаль. — Совет собирается на обсуждение церемонии погребения Дабарра. Как его преемник вы должны проявлять в этом максимальное участие.
И, не слушая новых попыток Винса отказаться, буквально вытолкнул его в коридор. После чего коротко кивнул нам с Айрондом, прощаясь, и тоже вышел.
Когда за ними закрылась дверь, я задумчиво произнесла:
— Как думаешь, каким бы королем стал Винс?
— Бесстрашным. Немного вспыльчивым и любящим вино. В общем, для Лирании ничего бы в целом не изменилось, — ответил Айронд и слегка улыбнулся.
Я хихикнула, а потом, посерьезнев, посмотрела на него.
— Не жалеешь, что женился?
— Нет, — твердо ответил он. — Теперь — особенно.
— Но ты и впрямь стал бы лучшим ко…
Закончить мне не дали губы Айронда.
— Рошаль не позволит выбрать недостойного короля, — мягко целуя, шепнул он. — И я помогу ему, если понадобится. Но и только. Свой выбор я уже сделал. Никакой трон тебя не заменит. Я люблю тебя, Лори, и ты это знаешь.
Я знала. И с каждым его поцелуем, с каждой лаской страхи и переживания о будущем, опасения и мысли о Пауке, которому я была зачем-то нужна, отступали прочь. Все это стало не важно. Важными были только губы моего мужа, его руки и жар тела.
Да, возможно, и Лиранию, и нас ждет тяжелое время. Но мы справимся. Справимся, как и раньше. Главное — что мы вместе. И ничто — ни смута, ни Паук, ни даже королевский трон — не сможет нас разлучить.
Никогда.

Эпилог

Над Лиранией стояла темная ночь, беззвездная и прохладная. Луна лишь изредка проглядывала сквозь несущиеся облака и тут же исчезала, давая уличным светокристаллам делать свою работу.
В этот глухой час город спал. Разве что порой на улицах можно было встретить подгулявших дворян, да патрули городской стражи, непременно в сопровождении мага, мерили шагами темные улицы.
Недалеко от Кориниума, в тесном переулке, Айронд, прислонившись спиной к стене дома, задумчиво разглядывал свой браслет с кристаллами связи. Вообще-то он уже собирался домой, но внезапно возникшее дело заставило его сообщить жене, что он задержится.
Это было странно. Айронд никогда не относил себя к почитателям Единого, поэтому не смог скрыть удивления, когда буквально несколько минут назад с ним связался настоятель главного храма и попросил прибыть на встречу. Непременно ночью и непременно в Гримолаксе. Настоятель далее указал точные координаты места, сказав, что там находится небольшая часовня, посвященная Единому, и что там его будут ждать.
Гримолакс, надо же. Он, конечно, считается пригородом Лирании, но место это весьма глухое. Сплошные леса, столь густые, что в Гримолакс даже дворяне, любители охотничьих забав, не заглядывают. А если и бывают, то краешком обходят огромный лесной массив.
Всего несколько деревень и маленький городок — вот и вся цивилизация на огромной территории. Судя по всему, координаты, что ему дал настоятель, и приведут как раз на окраину этого городка.
Настоятель просил не привлекать к встрече посторонних, но покушений Айронд не боялся, будучи уверенным в том, что сможет справиться с любой опасностью. К тому же ему продемонстрировали одну из трех королевских печаток — знак особой важности, так что Айронд решил послушаться.
Внутренние часы подсказали, что время пришло. Айронд отлепился от стены и взмахом руки активировал портал, который осветил темный переулок призрачно-синим светом. Оглянувшись напоследок и не заметив ничего подозрительного, азура на всякий случай приготовился к возможному столкновению и вошел в арку. На мгновение Айронд пожалел, что ничего не сказал Винсенту, но потом отбросил эти мысли.
Тем более что никакой ловушки на первый взгляд не было. Перед ним действительно открылась небольшая часовня, выстроенная в глухом месте.
«Интересно, сюда вообще ходит кто-нибудь хоть изредка? — мельком подумал Айронд. — Это ведь даже не окраина городка, а вообще далеко за его чертой».
Вокруг часовни раскинулся настоящий дикий лес. Айронд глубоко вздохнул и поднялся по скрипучим ступеням, толкнул дверь и…
Неожиданный свет, что разлился позади и очертил на обветшалых стенах резкую, длинную тень, заставил Айронда метнуться в сторону и активировать боевое заклинание, которое должно было разметать в пар возможного нападавшего.
Однако почти тотчас раздался предупреждающий возглас:
— Эй, полегче! Лорд Айронд, я знаю, что вы меня не слишком любите, но, надеюсь, не оставите здесь остывать мое и без того холодное тело. Хотя, если быть честным, плакать по мне мало кто будет. Скорее наоборот.
Возле нового портала стоял барон Рошаль собственной персоной и, прищурившись, разглядывал Айронда и часовню за его спиной. Портал погас и вновь наступила тьма.
— Зачем вы хотели встретиться со мной, барон? — холодно спросил Айронд. — Да еще в таком месте. Причины у вас должны быть серьезные. И почему встречу вы назначили через настоятеля храма Единого?
— Я? — Рошаль удивился столь открыто, что сразу стало понятно: он не лжет. — Лорд Айронд, я здесь по призыву все того же настоятеля, который точно обозначил место и время. Признаться, меня заинтриговало это приглашение.
— И вы вот так просто взяли и пришли, барон?
— Ну почему же «просто»? — хитро прищурился тот. — Я же не азура, мне о здоровье думать надо. Приглашение пришло хоть и недавно, но я успел послать сюда отборный отряд стражников. Честно говоря, мы с вами сейчас под их наблюдением, лорд Айронд.
На это замечание Айронд ответить не успел, так как за его спиной скрипнула дверь и в темном проеме часовни, освещая себе путь чуть чадящей лучиной, возникла закутанная в ветхий балахон служителя фигура.
— Господа, сюда, прошу вас. — И фигура гостеприимно приоткрыла дверь пошире.
— После вас, лорд Айронд, — любезно поклонился барон, и азура, пожав плечами, поднялся по ступенькам первый.
В глубине небольшого темного помещения стоял настоятель собственной персоной. Он поднял руку, пресекая возможные вопросы, и произнес:
— Лорд Айронд, барон, благодарю вас, что явились на мой зов…
— И хотелось бы побыстрее узнать, зачем именно, — проворчал Рошаль. — Мои дела сами себя не сделают…
— Вы здесь потому, что меня попросили устроить встречу. — Настоятель кашлянул и продолжил: — Я исполню свое обещание, а вы поступите так, как велит вам совесть.
Он сделал шаг вперед и извлек из складок одежды небольшой кристалл. Прошептав что-то, настоятель отошел подальше, оставив кристалл висеть в воздухе. Тот медленно наливался красным светом, активируя заложенное в него послание и одновременно закрывая магическим щитом все помещение часовни.
— Господа, вам необходимо лично активировать послание, — произнес настоятель. — При этом вы должны сделать это оба. В противном случае оно исчезнет.
Айронд кивнул и подошел к кристаллу. То же самое сделал и барон. Они одновременно коснулись парящего камня, и тот сразу же вспыхнул еще ярче.
Айронд недоуменно взглянул на Рошаля, но встретил столь же непонимающий взгляд. В то же время настоятель и единственный служитель вышли прочь, оставив Айронда и барона одних. И как только дверь за ними закрылась, над кристаллом возник светящийся образ. Это была молодая женщина, одетая со вкусом и изяществом. И самое удивительное, что и барон, и Айронд, ее знали. Баронесса Сольера фон Грейнар! Пятая азура короля, безжалостно убитая совсем недавно.
— Приветствую вас, господа, — мелодичным голосом произнесла баронесса. — Лорд Айронд, барон… — Она слегка поклонилась и улыбнулась. — Раз вы видите меня именно в таком виде, а не лично, это может означать две вещи. И обе неприятные. Первая — погибла я. Вторая — нашего короля больше нет с нами. Господа, я считаю вас наиболее преданными и доверенными слугами его величества. И чтобы вдвойне обезопасить ту тайну, которую я хочу передать, она будет принадлежать вам двоим. Если один из вас окажется предателем, во что я, конечно, не верю, или погибнет, то другой сможет остановить возможное злодеяние и выполнить все что нужно.
Баронесса улыбнулась еще раз, на этот раз печальней, и продолжила:
— Не так давно его величество поручил мне расследовать причины того, что наша добрая королева не может иметь детей, подозревая, что дело тут в темном магическом вмешательстве. Я приняла задание. Получилось так, что Дабарр… — Она слегка запнулась. — Его величество решил проверить и себя на предмет невидимого изъяна. Я была той проверяющей, господа. Как оказалось, с королем все в порядке. Я забеременела, и мне успешно удалось скрыть информацию об отце моего ребенка. Однако, если вы вспомните, я неудачно упала, и маги ничего не смогли сделать, чтобы спасти малыша. Однако, господа, это было ложью. Ребенок родился живым и здоровым. Он был отправлен в Баскиуру, где, смею надеяться, и пребывает поныне в добром здравии. Ну а теперь, собственно, к последней воле, господа. Айронд, если у Дабарра нет наследника, то именно ты готовишься сейчас занять его трон. Но теперь ты знаешь про его сына, пусть и незаконнорожденного. Я верю, что ты поступишь правильно. Если король умер бездетным, то вы с Рошалем доставите моего сына в Лиранию, обучите его и посадите на трон, как этою требует закон. — Леди Сольера сделала паузу. Лицо баронессы-азуры затвердело, скулы заострились. — А если ее величество Габриэлла все-таки подарила Дабарру наследника, то вы должны найти моего сына и… и ради предотвращения возможных смут, ради процветания нашего королевства… вы должны убить его.
Затем баронесса подробно пояснила, как можно найти ребенка и исчезла.
Айронд и Рошаль обменялись ошеломленными взглядами. У короля есть наследник! Это значит, что надвигающуюся смуту можно раздавить в самом зародыше и не допустить волнений! Только вот находится наследник там, где последние два месяца не было ничего, кроме анархии и смерти.
В захваченном Динтаром королевстве Баскиура.